Что значит «партнерский материал»
Меткой «Партнерский материал» отмечена наша нативная реклама. Это журналистские тексты, которые редакция «Бумаги» подготовила при спонсорской поддержке. Наши партнеры помогают выпускать материалы на темы, которые им кажутся важными. Например, компании, разделяющие ценности здорового образа жизни, могут поддержать публикации о любительском спорте, вузы и технологические компании — рубрику о науке, а петербургские бренды — истории о городских героях.
Сделать спецпроект с «Бумагой»

Как петербуржцы запустили волонтерские проекты — чтобы реставрировать парадные, ставить спектакли в ПНИ и помогать собакам из приюта. Три истории

В этом году компания «Газпром нефть» получила сразу несколько наград проекта «Лидеры корпоративной благотворительности». Это самый авторитетный в России конкурс в сфере социальных инвестиций. «Газпром нефть» и ее программа «Родные города» возглавили общий рейтинг социально ответственных компаний, стали первыми в номинации «За подход к оценке программ корпоративного волонтерства».

«Газпром нефть» ежегодно проводит волонтерский конкурс среди своих сотрудников — каждый из них может предложить идею, реализация которой решит актуальную для города задачу. Одобренные проекты получают ресурсную и экспертную поддержку.  

Как петербуржцы проводят акции по восстановлению парадных, кто ставит спектакли с жителями психоневрологического интерната в Петергофе и чем можно помочь приютам для животных кроме кормов и лекарств?

«Бумага» поговорила с тремя сотрудниками «Газпром нефти», которые при поддержке программы «Родные города» запустили свои волонтерские проекты: «Пора парадных», «Искусство быть собой» и «Блестящий нос». Они рассказывают, сложно ли получить разрешение для работы в исторических зданиях, зачем людям с особенностями развития творческие мастерские и как искать волонтеров для помощи собакам.

 Ксения Гладких

  руководительница проекта «Пора парадных»

— Какое-то время я была подписана на инстаграм Максима Косьмина (аккаунт Максима посвящен петербургским квартирам, у него более 199 тысяч подписчиков — прим. «Бумаги»), а потом подписалась на Ксюшу (Ксения Сидорина, соорганизатор петербургского объединения краеведов «ГЭНГЪ» и фестиваля «Крайкон» — прим. «Бумаги»), которая ведет интересный блог про плитку. Однажды она написала, что на Советской улице есть изразцовая печь, которая находится в очень плохом состоянии — в брызгах краски, клее. Ксюша предложила подписчикам собраться и убрать всю грязь с печи. Я решила пойти.

Тогда я не была знакома лично ни с Ксюшей, ни с другими ребятами [из объединения «ГЭНГЪ»]. Но прочитав призыв расчистить печь, подумала, что из этого может получиться волонтерский проект. На встрече я рассказала об этом ребятам-краеведам — они тоже были согласны, потому что хотели продолжать проводить акции по восстановлению архитектурных деталей в петербургских парадных. Так мы и объединились. Проект одобрили в «Газпром нефти», и в этом году мы его воплотили.

Волонтеры отмывают печь в доходном доме Греховой. Фото: Николай Никитин

Наши акции проходили раз в месяц по воскресеньям. Участников искали через соцсети краеведов, также я размещала анонсы на нашем внутреннем ресурсе в компании. В какой-то момент появилась группа волонтеров, которые участвовали в большинстве акций, и с некоторыми из них у нас сложились дружеские отношения.

Основная тонкость, присущая Петербургу, — статус домов. Чтобы организовать акцию по расчистке или уборке в обычном доме без статуса, достаточно заручиться поддержкой жителей или управляющей компании. Но, конечно, больше всего на акциях мы взаимодействуем с жильцами. Были даже случаи, когда они присоединялись к нам.

Безусловно, люди разные: некоторые реагировали странно, но чаще всего жильцы были довольны и благодарны за нашу работу. Летом одна женщина вынесла нам тарелку жареной картошки, а во время последней акции жительница дома, в котором мы работали, дала нам конфет — причем было видно, что она специально сходила за ними в магазин. У нас самих с собой всегда есть еда и вода, но, видимо, так люди выражают свою благодарность.

Чаще всего мы выбирали объекты, которые находятся в очень плохом состоянии, где мы могли задействовать много людей и показать хороший результат. Перед началом проекта мы не знали четко все объекты, на которых будем работать. Чаще всего адреса подсказывали мои партнеры-краеведы.

У нас было два объекта, которые имеют статус памятников, — для работы на них мы получали разрешение от КГИОПа и приглашали реставраторов с лицензиями. Хотя и на обычные акции мы тоже приглашаем специалистов по реставрационным работам.

Акция по расчистке плитки в доходном доме Любищевой. Фото: Николай Никитин

У нас есть постоянный реставратор, который нас консультирует и помогает, если что-то непонятно. Когда мы занимались витражами, то позвали специалистку, которая провела для нас мастер-класс по работе с ними.

На последней акции 15 декабря мы отмывали плитку в доходном доме Любищевой на Петроградской набережной. Работали около пяти часов. Сначала отмывали слои водоэмульсионной краски, потом — масляной. Завершающий слой приходилось тереть ацетоном. В итоге решили собраться еще раз и закончить работы через неделю.

Всего с мая мы провели восемь совместных акций и в следующем году хотим продолжать этот проект.


Как развивается корпоративное волонтерство в России

  • Обучение. Компании организуют для активистов образовательные программы по социальному проектированию, коммуникациям, привлечению партнеров и дополнительного финансирования. В результате подготовленные волонтеры реализуют эффективные проекты.
  • IT-решения. Появляется всё больше сетевых и интернет-площадок, где волонтеры рассказывают об акциях, координируют действия, привлекают новых участников и отчитываются о результатах своей работы.
  • Волонтерство в формате pro-bono — с использованием своих профессиональных знаний и опыта. Всё больше специалистов и экспертов безвозмездно помогают людям с инвалидностью, детям из приютов и другим социально уязвимым группам населения.
  • Рост числа участников. По данным Национального совета по корпоративному волонтерству, 15 % россиян уже участвуют в добровольческой деятельности, а 50 % наших соотечественников готовы регулярно уделять время социальной работе.


 Григорий Огибин

   Организатор фестивалей «Искусство быть собой» и «Искусство быть собой 2.0»

— Наш фестиваль «Искусство быть собой» несколько раз побеждал в волонтерском конкурсе «Газпром нефти», мы организуем его вместе с фондом «Перспективы» и ребятами из психоневрологического интерната в Петергофе (ПНИ №3, с 2000 года «Перспективы» реализуют там программу помощи «Взрослые вне семьи» — прим. «Бумаги»).

Я решил заняться этим проектом, во-первых, потому что мне было интересно попробовать и посмотреть, как подобные мероприятия работают изнутри. А во-вторых, моя жена занимается такой деятельностью достаточно давно: она работала с Зеленогорским детским психоневрологическим интернатом и организует благотворительную барахолку в Facebook. Ей отдают хорошие вещи люди, которым они надоели, она их продает, а деньги отправляет на благотворительность.

«Перспективы» организуют для жителей интерната мастерские — по керамике, живописи, электронной музыке, — где ребята создают просто невероятные произведения. Люди, которые живут в этом интернате, не сильно социально адаптированы, но открыты искусству. Это их мир. Кроме мастерских у них есть театральная студия, которую ведет Елена Шифферс (актриса, педагог и режиссер «Театра без границ» — прим. «Бумаги»). Она уже 16 лет работает в этой студии, и ребята под ее руководством ставят спектакли.

Мы решили, что организуем фестиваль, центром которого будет спектакль, а волонтеры компании будут подключаться и вести мастерские для ребят из интерната. Так мы начали ездить в Петергоф, придумывать сюжет и репетировать. В результате получился 30-минутный, эмоционально-насыщенный и интересный спектакль.

Тему придумал один из ребят, Ильгар. Это спектакль о том, что искусство для людей из интерната — это по сути их жизненная дорога, выход. Кроме того, в творческом процессе все различия между людьми уходят на второй план. Обычно на таких ребят смотрят с жалостью, а тут возникают простые человеческие отношения. Спектакль называется «Искусственный канал».

Ильгар и Григорий Огибин во время спектакля. Фото: фонд «Перспективы»

Первый фестиваль «Искусство быть собой» прошел в 2017 году. Помещение нам бесплатно предоставил ресторан Any day. Мы привезли туда ребят из интерната, позвали друзей, коллег, родственников. Организовали, в результате, и барахолку, и аукцион нескольких картин, и спектакль. Получилось ярко и трогательно.

После этого мы продолжали ездить в интернат и на следующий год решили всё повторить. Фестиваль назывался «Искусство быть собой 2.0» и проходил в «Охта Lab». Мы поставили там другой спектакль, который был посвящен соотношению театра и жизни, и организовали с Videofabrika 3D-фотозону с воображаемыми планетами, созданную по мотивам работ ребят из интерната.

Я благодарен фонду «Перспективы», который дает ребятам возможность творить. Мне кажется, это самое главное. Таким образом мы привлекаем внимание к этой проблеме. Людей с ограниченными возможностями в интернатах принято уравнивать — всех под одну гребенку. Хотя там живут и люди, которые вообще не могут за собой следить, и те, кто хоть и ограниченно, но способен жить более или менее привычной нам жизнью. Мне кажется важным привлекать внимание к этой теме: рядом с нами — совершенно прекрасные люди, и у нас с ними есть связь.

Сейчас мы готовимся провести более масштабное мероприятие. Тем более что всё больше волонтеров хотят принимать в этом участие. На прошедших фестивалях в основной волонтерской группе работало примерно 10–12 человек, в мастерских было занято еще 15 человек. На наши мероприятия пришло 50–70 человек — я тоже считаю их волонтерами, так как они поддержали наше дело.

 Дмитрий Буслович

   руководитель волонтерских проектов «Кожаный нос» и «Блестящий пес»

— Я впервые принял участие в волонтерском проекте, когда был студентом и учился в Университете путей сообщения. У «Пятого канала» была новогодняя акция, и мы собирали средства на подарки детям. С этого всё и началось.

Позже, когда я устроился в «Газпром нефть» в 2015 году, начал участвовать в волонтерских акциях и проектах коллег. Но потом мне захотелось реализовать что-то свое — посмотреть, как это вообще работает. Вместе с фондом «Сегодня» мы сделали проект для детей в семейном городке «Надежда», который расположен под Гатчиной. Там живут многодетные семьи, у которых есть свои дети и дети на попечительстве. Им выдают дом в поселении, но это достаточно далеко от города и ничего, кроме других домов, в этом поселке нет. Поэтому у благотворительного фонда «Сегодня» возникла идея организовать для ребят экскурсии в город.

Нам удалось с коллегами и друзьями провести для детей три мероприятия. Сначала мы думали, что будем чуть ли не каждую неделю ездить в этот поселок и рассказывать детям об архитектуре и культуре, но оказалось, что самое сложное — это собрать всех вместе. Было лето, каникулы: кто-то не мог в один день, кто-то — в другой. В итоге мы съездили на экскурсии в Гатчину и Кронштадт и организовали квест на Петроградке. Этот проект был рассчитан на год и уже завершился.

В 2018 году я начал заниматься помощью животным. В приют «Ржевка» мы попали, по сути, случайно. На один из семинаров в компании к нам пришли представители приюта, рассказали о своих нуждах и пригласили нас. Тогда я впервые понял, что вообще такое приют для животных. Таким учреждениям уделяется очень мало внимания. Но, как ни странно, для участия в этом проекте откликнулось больше людей, чем когда я делал мероприятия для детей.

Для себя я это объясняю так: людям помогают многие — и сочувствующие, и государство в той или иной мере, — а животным практически никто. При этом проблему создают люди.

Приют «Ржевка» — один из немногих, где работают волонтеры. Но чтобы их привлечь, надо было проводить там какие-то проекты, как можно больше рассказывать о приюте. Ну, и я как-то втянулся. Благодаря этому проекту полюбил собак, хотя раньше больше любил котов.

«Кожаный нос» был первым совместным проектом с приютом «Ржевка». Когда мы начали работать, у приюта была убитая территория и выгул собак всегда происходил за ней. Но там было достаточно опасно ходить — особенно людям, которые не умеют обращаться с собаками, потому что животное могло рвануть и убежать. Мы решили организовать на территории приюта участок, где можно выгуливать псов.

Проект был рассчитан на год, им занималось около 18 человек. Обычно к работе присоединялись и волонтеры центра, и люди, которые туда приезжали. Основная стройка шла летом. Сейчас этой акции нет конца: мы начали с площадки, а теперь волонтеры компании постоянно ездят в приют, выгуливают собак, кормят, моют, отвозят к ветеринару, то есть уже занимаются основной рутинной работой волонтеров «Ржевки».

После того как мы построили площадку, появилась возможность привлечь еще средств в этот проект. Мы с директором приюта пересмотрели потребности, и оказалось, что одна из проблем — это мытье собак и гигиена. Мыть псов из шланга не получится — они убегают. А чтобы их подстричь, раньше нужно было договариваться с салонами: некоторые были готовы делать это бесплатно, но для этого надо было найти волонтера, посадить собаку в машину и отвезти туда, — но собак в приюте 150, каждую не повозишь. Теперь в приюте есть мойка и грумеры, которые приезжают и бесплатно стригут и купают псов.

Себе я пса пока не взял, но сейчас курирую одну собаку: ищу ей новых хозяев. Предыдущая хозяйка от нее отказалась. Когда она брала эту собаку, ей сказали, что она будет маленькой, а она выросла, и оказалось, что хозяйка физически не может за ней ухаживать. Сейчас собака живет с ней дома, но я и соседи по очереди выгуливаем ее, следим, чтобы у нее была вода и еда, возим к ветеринару. Не могу сказать, что сейчас ей живется очень хорошо, но все-таки лучше, чем в приюте. Там ею никто отдельно заниматься не будет и найти новых хозяев будет сложнее.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.