11 ноября 2021

«Мне дали понять: не стоит воевать против власти». Фигурант «дворцового дела» — о сроке за попытку отбить у силовиков девушку на митинге

В среду, 10 ноября, на свободу вышел участник митинга в поддержку Навального петербуржец Иван Пунегов. Его — водителя-экспедитора — приговорили к году колонии-поселения по делу о насилии в отношении представителя власти на протестной акции 21 апреля. По словам мужчины, он «приобнял» полицейского, который пытался задержать девушку у «Звенигородской».

«Бумага» поговорила с фигурантом «дворцового дела» о следствии, условиях заключения и возвращении к обычной жизни.

Иван Пунегов

О задержании, аресте и суде

— [В день митинга, 21 апреля, я] стоял возле метро «Звенигородская», курил, общался с друзьями, собирался домой. Недалеко стояла девушка. Подошел росгвардеец, схватил [ее] и потащил [в автозак]. Пришлось спасти. Подошел сзади [к силовику]. Не придушил, душить не собирался — приобнял. Он здоровый, я на нем повис. Другие вырывали девушку. Это было ближе к концу акции.

Я был на акции. В суде я, конечно, сказал, что мимо проходил, но это ничем не помогло. Задержали меня уже 30 апреля. Когда выходил из подъезда своего дома, на меня накинулись со всех сторон «эшники». Жесткого задержания не было: накинулись, корочку показали, показали видео, [на котором «приобнял» силовика]. Обыскали квартиру. Увезли к следователю, потом всю ночь [провел] в отделе.

Я просто удивляюсь: в новостях вижу, как водителей, которые людей насмерть сбивают, отпускают под домашний арест. А я, грубо говоря, ничего плохого не сделал — закрыли сразу же.

1 мая меня увезли на суд. После суда — в Горелово, но конвоиры как-то неправильно оформили, после чего меня увезли в ИВС на Захарьевской. Там находился восемь дней. Условия содержания там нормальные, единственное что — горячей воды не было. Зато есть библиотека, еда хорошая.

Я сотрудничал [со следствием] только в день задержания. Они показали видео, спросили: «Узнаешь себя?» Отпираться было бесполезно, было видно, что это я. А больше ко мне никто не приезжал. За всё время вообще ничего не было, [никакой коммуникации со следствием].

Можно сказать, что меня не слушали [в суде]. От государственного адвоката толку никакого. После первого суда по мере пресечения я у него спросил, как писать апелляцию. Он мне просто ответил: «Тебе в камере помогут написать».

Митинг 21 апреля. Фото: Юрий Гольденштейн

О жизни в СИЗО и извинениях перед силовиком

— После ИВС меня снова увезли в Горелово, там провел два месяца. Потом отвезли в новые «Кресты». Там как раз всех перевозили, творился бардак. Из «политических» пересекался только с Колей Девятым. Потом меня в другой корпус перевели. Я там пока сидел, шесть камер поменял.

Отношение [в СИЗО] ко мне было нормальное. Но еда там плохая, ужасные условия: тараканы, клопы. Месяца полтора я был в трансе от всего происходящего, потом уже отходил. Постоянно читал книги. В «Крестах» был телевизор в камере.

В колонии-поселении я просидел только [неделю] на карантине. Еда там получше, чем в «Крестах». Медицины что там, что там никакой. У меня нога болела, я обращался [за помощью] — толку никакого. Попасть к врачу тоже проблема. Я с человеком сидел — он полгода ждал, чтобы ему прививку от коронавируса сделали. В итоге [моя] нога сама прошла, хотя я много месяцев мучился.

Время летело быстро. Тянуться оно стало, когда я в колонию попал. Там целый день спишь да кушаешь, больше ничего не делаешь.

Через адвоката направил извинение «пострадавшему». Он в первый же день следствия приезжал на опознание — я и тогда извинился. Через адвоката тоже направил взнос в благотворительный фонд, помогающий детям. Мама у меня инвалид. Но хотели закрыть — и закрыли. Прокурор просил 1 год и 8 месяцев колонии-поселения, суд решил дать год. Апелляции были без толку.

Силовики на митинге 21 апреля, у «Звенигородской». Фото: Юрий Гольденштейн

Об освобождении и о том, как изменило заключение

— Пока я пытаюсь отойти ото всего этого. Пытаюсь получить свои вещи, это не так просто. Сегодня еду к следователю забирать банковскую карту в отделе. На следующей неделе опять в «Кресты» поеду, буду пытаться свои вещи получить. Их сразу не выдают. В старых «Крестах» сказали ехать в новые. Я вчера приехал, а они выдают только по средам с полпервого до полвторого

[До срока] я работал водителем-экспедитором, в последнее время выполнял заказы по городу. Директор специально ждал, когда меня выпустят: никого не принимал на работу, держал под меня машину. Рассчитываю продолжить работу, как только получу все вещи.

Из родственников только моя мама и знала об этом [сроке], больше никто и не знает. Для них я где-то по России катаюсь. Сомневаюсь, что они такие вещи читают, иначе бы давно узнали.

Мне дали понять, что не стоит воевать против власти. Вчера почитал новости, кого за что сажали на митинге, — это просто смешно. Мне адвокат рассказал, что судья, которая меня судила, перед этим отпустила с штрафом 6 тысяч рублей человека, который не на митинге, а пьяный вышел с бара и сбил [на машине] женщину из Росгвардии. А я просто «приобнял» полицейского.

Что еще почитать:

  • Задержания с электрошокером, хаотичные перемещения по центру и перекрытые улицы. Репортаж о том, как прошла несогласованная акция в поддержку Навального 21 апреля.
  • Как митинги 2020–2021 годов изменили российский протест и почему власти отреагировали на них репрессиями? Пересказываем доклад «Год Навального».
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Протесты в Петербурге — 2021
«Я отстаивал те же идеалы, что и мои прадеды». Как Эльдар Гарипов провел 372 дня в СИЗО из-за «порванных штанов» бойца ОМОНа на митинге
Петербуржец, выступавший в суде по делу Навального, не пришел на заседание. Его соратник заявил о давлении следствия
Петербуржец Федор Горожанко выступил на суде по Навальному. Он был свидетелем обвинения, но поменял позицию
Суд заменил Олегу Навальному условный срок по «санитарному делу» на реальный
Оказалось, на протестах в 2021-м работало даже отделение МВД по опознаванию трупов. Вот кто еще — список
Свободу Саше Скочиленко
Сашу Скочиленко оставили в СИЗО, несмотря на заболевания и петицию с 135 тысячами подписей. Главное про апелляцию
«Наши солдаты не допустили бы бомбардировки мирных гражданских объектов». Допрос пенсионерки, которая написала донос на Сашу Скочиленко
Сашу Скочиленко, арестованную по делу о «фейках» про ВС РФ, перевели в новую камеру и обеспечили безглютеновым питанием
Что известно о травле Саши Скочиленко в СИЗО. Ее девушка узнала о запрете открывать холодильник и требованиях ежедневно стирать одежду
«У меня уже отняли семью. Что мне теперь терять?». Девушка Саши Скочиленко — о жизни после ее задержания и проблемах с передачами
Военные действия России в Украине
Власти Ленобласти заявили об еще одном погибшем в Украине военнослужащем — Илье Филатове
Россия ответит «сюрпризом» на заявку Финляндии на вступление в НАТО, Минобороны РФ заявляет о тысяче военных, сдавшихся в плен на «Азовстали». Главное к 18 мая
Вывоз военных из «Азовстали», пауза в переговорах и отказ Финляндии платить за газ в рублях. Главное к 17 мая
«Мне слишком дорого далась эта работа». Сотрудники российских независимых СМИ о военной цензуре и блокировках
В соцсетях пишут о переброске военной техники к границе с Финляндией. Что об этом говорят в ЗВО?
Экономический кризис — 2022
Bloomberg: ВВП России снизится на 12% в 2022 году. Это будет самый большой спад с 1994 года
Минпромторг утвердил список товаров для параллельного импорта в Россию. Что это значит?
«А остальным что?». В комздраве заявили о завозе в аптеки дефицитного лекарства «Эутирокс» — но не для всех. Обновлено
Власти подготовили список товаров для ввоза в Россию без согласия правообладателей. Что об этом известно?
Российским авиакомпаниям рекомендовали подготовиться к полетам без GPS. Рогозин предложил заменить эту систему на ГЛОНАСС
Давление на свободу слова
«Мне слишком дорого далась эта работа». Сотрудники российских независимых СМИ о военной цензуре и блокировках
«При молчании происходит всё самое страшное». Петербургская художница Елена Осипова — о нападениях во время антивоенных акций и реакции окружающих
Как писать письма в СИЗО? Рассказывает адвокат задержанной по делу о фейках об армии России Ольги Смирновой
Как силовики изобрели и опробовали новый метод давления на активистов — подозрение в лжеминировании. Истории 7 петербуржцев
Ходят слухи, что «Алые паруса» проведут без Ивана Урганта впервые за десятилетие. Это правда?
Хорошие новости
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
В Петербурге в 2022 году обустроят более девяти километров велодорожек
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.