11 сентября 2014

Sergei Dovlatov Way: «Велкам хом» Ангелины Никоновой

В прокате — второй фильм творческого дуэта Ангелины Никоновой и Ольги Дыховичной, комедия положений о жизни иммигрантов в Нью-Йорке. «Бумага» рассказывает, чем «Велкам хом» похож на повести Довлатова.
Кадр из фильма «Велкам хом»
Женщина без определенных занятий Саша (соавтор сценария Ольга Дыховичная) живет по туристической визе и на деньги любовника — режиссера рекламы Джонни (Эдвард Бейкер-Дьюли) в абсурдно маленькой квартире в Нью-Йорке. Ее сосед — армянин Бабкен (еще один соавтор сценария Карен Карагулян), актер, чей успех выражается призами фестивалей, но не гонорарами, так что ему приходится работать в магазине ковров, чтобы прокормить многочисленное и постоянно пополняющееся семейство. У Саши еще есть пожилая подруга Марья Иванна, работающая в туалете ночного клуба, у Бабкена — кузен-трансвестит Гамлет, у Джонни — шведская жена. Все они рано или поздно друг с другом повстречаются.
Никонову сравнивали с Триером, хотя и добавляя неизменное уничижительное «в юбке»
Первый фильм Ангелины Никоновой «Портрет в сумерках» был снят в жанре русского артхауса со всеми вытекающими последствиями (Никонову за него сравнивали с Триером, хотя и добавляя неизменное уничижительное «в юбке»), от второго по инерции ждали того же, но оказался он вовсе не триеровским. Вполне жизнерадостный, умеренно смешной и довольно незлобивый «Велкам хом» — вообще не то кино, которое в России принято ассоциировать с фестивалями; впрочем, фильм принадлежит не только и даже не столько к российской традиции и напоминает американское инди. Можно было бы уличить Никонову в том, что она делает копию копии, эмулируя фильмы «под Вуди Аллена», но это было бы не вполне справедливо, потому что промежуточного звена здесь нет: режиссер жила в Нью-Йорке, там же училась в киношколе, и этим обстоятельством определяется специфика «Велкам хом», сочетающего с переменным успехом русское с американским. Русское, как ни странно это прозвучит, заключается здесь в сильном женском образе, выстроенном в соответствии не с трудами Джудит Батлер, но известной цитатой Некрасова и вообще русско-советских представлениях о независимой женщине. Героиня фильма делом доказывает сказанное в начале любовнику — она может обойтись без мужчины: в момент кризиса она без колебаний и лишних угрызений совести закупает партию кокаина и продает ее в стрип-клубе, соблазняя юных посетителей. И тем не менее — парадокс патриархальной культуры: мужчины вокруг Саши — сплошь безвольные слабаки, но почему-то она не может идти до конца в своей независимости, ей нужны муж, семья и дом, который она пытается обрести в эмигрантской столице, одновременно привечающей всех и бесприютной.
Русское, как ни странно это прозвучит, заключается здесь в сильном женском образе, выстроенном в соответствии не с трудами Джудит Батлер, но известной цитатой Некрасова и вообще русско-советских представлениях о независимой женщине
Большинство героев фильма — эмигранты, разговаривающие на своем родном языке дома и на ломаном птичьем английском — вне его. Впрочем, и родной язык в Нью-Йорке переживает трансформации: в диалогах на русском проскакивает что-то типа «менеджера того билдинга», но увы, зрителю не дадут сполна насладиться парадоксами брайтонской речи, как, впрочем, и любой другой. В какой-то момент фильма Джонни излагает продюсерам свою блестящую сценарную идею: показать Нью-Йорк как город, где почти никто не говорит на чистом английском, и это, видимо, задача Никоновой тоже. Но, очевидно, зрителя в России можно оставить без таких тонкостей, так что диалоги на армянском и английском со всеми его многочисленными акцентами в прокатной версии заглушены ровной русской речью дурных артистов дубляжа. Звучит это немногим лучше, чем благопристойный писк, прерывающий несколько раз в минуту песню Шнура на финальных титрах. Если же оставить в стороне эту удивительную нечувствительность к языку, «Велкам хом» приближается к эмигрантским текстам Сергея Довлатова на достаточное расстояние, чтобы это можно было считать достоинством. У писателя был даже вполне прямой аналог фильма — повесть «Иностранка» под эпиграфом «Одиноким русским женщинам в Америке»; у Никоновой не хватает только интеллигентного рассказчика (зато присутствует армянское семейство — нередкие герои довлатовских текстов). «Велкам хом» — дополнение к неслучившейся нью-йоркской мемориальной доске и бруклинской улице, названной в честь писателя: русская культура продолжает встраиваться в картину американской жизни, и даже если в голове у режиссера и авторов сценария были другие образцы, — they did it Sergei Dovlatov way.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Свободу Саше Скочиленко
Как помыться из бутылки за 6 минут и погулять в помещении 2х5 метров? Саша Скочиленко — о месяце в СИЗО
Адвокат: Саша Скочиленко испытывает сильные боли в сердце и животе. Она жалуется на условия для прогулок и несоблюдение безглютеновой диеты
Адвокат: Сашу Скочиленко запирали в камере-«стакане», у нее продолжают болеть живот и сердце
«Я очень обеспокоена ее самочувствием». Адвокат Саши Скочиленко — о состоянии подзащитной в СИЗО
Саша Скочиленко остается в СИЗО. Суд продлил ее арест еще на один месяц
Военные действия России в Украине
«Петербургский форум зла». Шесть протестных плакатов из поселкового сквера в Ленобласти
Организаторы выставки «Мариуполь — борьба за русский мир» заявили о ее срыве, обвинив в этом местную чиновницу. Теперь в районном паблике пишут, что она «предатель»
Роспотребнадзор: в Петербурге не выявлены случаи заражения холерой. Ранее власти говорили о риске завоза заболевания
«Звук от фейерверков многих напугал». Школьников из Мариуполя пригласили на «Алые паруса» — вот их реакция
Как получить украинскую визу в Петербурге? Подробности от МИД
Экономический кризис — 2022
В Петербурге проходит юридический форум — без мировых экспертов и вечеринки на Рубинштейна, но с Соловьевым и выставкой о Нюрнбергском трибунале
«Там была буквально битва». «Бумага» нашла петербуржца, который нанял сотрудника IKEA для покупки мебели на закрытой распродаже. Вот его рассказ
Что для России значит «символический» дефолт? Объясняет декан факультета экономики ЕУ СПб
Петербуржцы ищут в соцсетях сотрудников IKEA — чтобы купить мебель и другие товары на закрытой распродаже
Сравнивают себя с Рейхсбанком и спасают россиян. Что мы узнали из текста «Медузы» о работе Центробанка в военное время
Давление на свободу слова
«Бумага» улучшила свой VPN: можно заходить на российские госсервисы из-за границы 💚
«Дочь сказала, что ей больше не нравятся полицейские». Директор «ПЕН-клуба» в Петербурге — о задержании за дискредитацию армии на выходе из поликлиники
Запрет Facebook и Instagram за «экстремистскую деятельность» вступил в силу. Чего опасаться?
«Ты не Петр I, ты Адольф II». Как Петербург протестовал в День России — с плакатами, самолетиками и пластилиновыми птицами
Школы и детские сады Петербурга готовятся ко Дню России. Дети танцуют под Газманова, рисуют триколоры и клеят на окна изображения голубей
Хорошие новости
«Скучно стало, и поехал спонтанно». Житель Мурина второй месяц едет на самокате из Петербурга во Владивосток
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
Деятели искусства рекомендуют
«В Петербурге нет ни одного спектакля, где столько крутых мальчиков-артистов». Актриса МДТ Анна Завтур — о «Бесах» в Городском театре
«Верните мне мой 2007-й». Актер театра Fulcro Никита Гольдман-Кох — о любимых спектаклях в БДТ
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.