Как петербуржец проплыл всю Неву за 13 часов и почему полиция задержала его на финише 🐳🐳🐳

Во вторник, 25 июля, петербургский пловец Алексей Серёдкин проплыл всю Неву — от крепости Орешек до Финского залива, проведя в воде 13,5 часов. Перед финишем его задержала водная полиция, так как заплыв не был согласован.

Алексей рассказал «Бумаге», как готовился к заплыву и что ел, пока находился в воде, как провел полтора часа в отделе и как к нему отнеслись полицейские, из-за чего на финише не чувствовал радости и почему называет заплыв по Неве «детской прогулкой».

Алексей Серёдкин

О целях заплыва и рекордах

— О том, что собираюсь переплыть Неву, я заявил еще в октябре 2016 года. Конкретных дат не было, смотрели по погоде и по разным обстоятельствам.

Я не хотел устанавливать рекорд. Воспринимал этот заплыв как приключение. Главным здесь было то, что я люблю плавать, и то, что Нева — очень красивая река. Всегда, когда я оказываюсь на набережной, мне хочется там поплавать.

На Неве условия, конечно, лучше, чем на Ла-Манше (в 2016 году Алексей пытался переплыть Ла-Манш — прим. “Бумаги”). Вода гораздо теплее, ветро-волновые условия очень хорошие, и еще есть попутное течение. По сравнению с Ла-Маншем это была детская прогулка. Я не считаю, что погода, которая была в этот день, создавала неблагоприятные условия, хотя температура воды и воздуха была довольно низкой.

Фото: Юрий Гольденштейн

О подготовке

Промежуточным этапом была подготовка к суточному заплыву (24-часовой плавательный марафон в бассейне, который проходил 27–28 мая 2017 года — прим. «Бумаги»). Я готовился, много плавал, но прямо перед началом, к сожалению, заболел и не смог принять участие.

Когда я готовился к суточному заплыву, то плавал каждый день по несколько часов. Была контрольная тренировка — одиннадцать часов в бассейне. Именно после этого возникли проблемы со здоровьем. У меня было химическое повреждение слизистой носоглотки: туда попала инфекция. На полтора месяца я выбыл из строя. У меня был постоянный кашель, температура по вечерам. Пришлось отказаться от бассейна.

Но вся база — всё то, что я тогда наплавал, — легла в основу моей подготовки к Неве. Я ощущал, что вполне готов. Мы рассчитали, что попутное течение сделает за меня примерно половину работы.

Как только температура позволила, я перешел на открытую воду. Тогда я еще не полностью выздоровел. Кстати говоря, это меня и избавило от хронического кашля. Действительно, моя стихия — открытая вода.

Фото: Юрий Гольденштейн

До этого я уже тренировался на открытой воде в районе Невы. Мой первый большой заплыв — из Петербурга в Кронштадт, 25 километров. К нему я готовился как в бассейне, так и в различных озерах Петербурга, в Гребном канале на Крестовском острове. Иногда я плаваю вокруг Елагина острова. Вообще, моя постоянная тренировочная база — озеро Разлив.

Гидрокостюм я не надевал. Вообще, по правилам международной федерации плавания FINA, все профессиональные соревнования на открытой воде не предполагают использование гидрокостюмов. Их обычно используют триатлеты.

О сложностях во время заплыва

Для пловца трудности создает целая совокупность факторов. Во-первых, это темнота, мы ведь стартовали в темное время суток (в 3:45 — прим. «Бумаги»). Потом холод. Конечно, 19 градусов — относительно теплая вода, но неподготовленный человек в ней будет очень плохо себя ощущать. И усталость. Заплыв продлился 13 часов 34 минуты, и на протяжении почти всего этого времени приходилось безостановочно работать. Накапливается и психическое, и физическое утомление, начинают болеть мышцы.

Плюс идет работа в разных условиях: где-то Нева была очень спокойной и гладкой, где-то были небольшие водовороты, меня немного засасывало. Периодически появлялись волны от проходящих кораблей, иногда обнаруживались реверсивные течения. Обстановка всё время менялась, приходилось подстраиваться под условия, что тоже довольно тяжело.

Фото: Юрий Гольденштейн

С чистотой воды у меня не возникло никаких трудностей. Не знаю, почему все трубят, что там грязная вода. За время заплыва мне пару раз встретились водоросли, палочки, но сама река показалась очень чистой. Не было бытового мусора, я ни разу не видел пачку от сигарет, бычок или бумажку.

Я и на вкус воду оценил. Находясь в воде столько времени, невозможно не проглотить какую-то ее часть. Я думаю, что за заплыв я выпил два стакана невской водички. И сейчас никаких проблем с пищеварением нет.

О сопровождении и болельщиках

Со мной плыли две байдарки. Одна байдарка была «ориентировочной»: она прокладывала курс, шла впереди, я на нее ориентировался. Ребята сидели в оранжевых жилетах, мне было хорошо их видно из воды. Вторая байдарка непосредственно сопровождала меня: на ней следили, чтобы со мной всё было в порядке, кормили каждые полчаса, передавали приветы от болельщиков.

На байдарках было пять человек. Владислав Гамулинский был официальным наблюдателем, он мастер спорта по плаванию. Опять же, по правилам Ла-Манша, нужен независимый эксперт, который будет вести протокол заплыва: когда мы стартовали, когда финишировали, когда меня кормили. На берегу у нас тоже была замечательная поддержка. Подвозили необходимые продукты, пополняли запасы кипятка.

Все болельщики в основном либо друзья, либо друзья друзей. Но я их, к сожалению, не видел, потому что с воды и в запотевших очках сложно увидеть, что происходит на берегу. Для этого нужно останавливаться. Вообще, поддержка была отличная. Ребята с лодок говорили, что на мосту кто-то стоит, или плакат мне с берега свешивали: «Леха, греби!».

Перерывы разрешены, но если на воде часто встречаются боковые течения, то их нужно минимизировать. Иначе вас будет сносить с курса. А здесь попутное течение — даже если ты стоишь, тебя всё равно несет. Останавливаться надолго нельзя, потому что начинаешь замерзать.

Фото: Юрий Гольденштейн

Что касается питания, то я пил энергетические коктейли — натуральные и специальные спортивные. Для поддержания физической активности в первую очередь нужны углеводы, чтобы энергия в мышцах могла вырабатываться. Ребята мне смешивали кипяток с энергетическими коктейлями, чтобы сделать их горячими. И в пластиковом стаканчике просто из рук в руки передавали. Иногда мне давали что-то сухое. Например, сыр плавленый очень хорошо зашел.

О встрече с полицией

Нам удалось завершить заплыв. Ребята из команды сопровождения предлагали финишировать либо на Елагином острове, либо в Парке 300-летия. А я решил, что если это заплыв через Неву, то на Большой Неве.

Мы должны были пройти между Троицким и Дворцовым мостами, мимо Эрмитажа, Петропавловки и дальше вдоль Васильевского острова. Оказалось, что там начинается портовая зона, где находиться запрещено. Тем более на байдарках. Тем более вплавь.

Кто-то из служащих увидел, позвонил в полицию и попросил разобраться. Мы уже подплывали к оконечности Васильевского острова и должны были финишировать под ЗСД. Полиция сказала, что мы не имеем права там находиться, но здесь недалеко есть место, где мы можем причалить и дальше нас пригласят на дознание, чтобы мы написали официальную объяснительную. Но всё было очень корректно. Нам даже дали время, чтобы я пришел в себя, согрелся. Дальше мы на катере поехали в отдел полиции, где дали показания. Там мы пробыли полтора часа.

Фото: Юрий Гольденштейн

Вообще, очень удачно, что нас не завернули еще где-нибудь в середине Невы, получается, нам позволили доплыть. Я не имею никаких претензий к полиции. И в отделе мы пообщались с сотрудниками — замечательные мужики там работают.

Другое дело, что это совсем не то, чем мы планировали заниматься на финише. Но здесь сами виноваты: не уделили должного внимания согласованию заплыва. Нам перечислили, сколько инстанций нужно пройти, чтобы все участки согласовать, и я понял, что если бы мы пошли по этому пути, то заплыв бы не состоялся: всё очень сложно. Мы, конечно, немного по-пиратски проскочили.

Что чувствуешь, когда заканчиваешь такие сложные дистанции? Ничего не чувствуешь. Нет радости, что это закончилось. Переутомление наступает не только физическое, но и эмоциональное.

О дальнейших планах

Передо мной всё еще стоит цель переплыть Ла-Манш. Также сейчас я разрабатываю маршрут вокруг Петербурга: Нева, Финский залив до Выборга, там по каналам можно до Финляндии добраться. А по системе озер, которая входит в реку Вуокса, вернуться в Россию, на Ладогу и Неву. Получается около 650 километров. Это, разумеется, долгосрочный проект, его участки нужно тщательно прорабатывать. Но это грандиозно и меня сильно вдохновляет.

Вообще, я не гонюсь за грандиозностью, но она создает для меня мощный стимул. Во время подготовки приходится преодолевать большие трудности, если нет силы и вдохновения, то ты, скорее всего, всё бросишь. Я ищу вдохновение на всех уровнях. Сейчас, например, в сторону зимнего плавания посматриваю.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.