18 декабря 2017
Как петербургский парк «Россия — моя история» будет воспитывать патриотизм и что руководство думает о претензиях историков? Рассказывает замдиректора парка

В декабре в Петербурге открылся исторический парк «Россия — моя история», построенный в том числе при поддержке Смольного и отделений РПЦ. Члены Вольного исторического общества уже раскритиковали парк за небрежное отношение к цитатам политиков и исторических деятелей, «красноречивые лакуны и недомолвки» и произвольный подход к выбору фактов. Так, историки утверждают, что в экспозиции вовсе не отражено завоевание Казанского ханства и взятие Казани, очень много говорится о борьбе с «ересью жидовствующих», но мало — о разногласиях внутри самой Церкви.

«Бумага» узнала у замдиректора парка Елены Морозовой, как в парке реагируют на критику, будут ли учить школьников патриотизму и какую роль в проекте играет религия.

Елена Морозова

Заместительница гендиректора парка по экспозиционно-выставочной работе

— В чем миссия парка «Россия — моя история» в Петербурге?

— Наверное, я разделю мнение коллег: все наши парки по всей России — это настоящий подарок россиянам (всего в России 16 парков «Россия — моя история» — прим. «Бумаги»). Что касается именно парка в Петербурге, то это еще и многофункциональное музейно-выставочное пространство, в котором экспозиции погружают посетителей в историю нашей страны со всеми ее взлетами и падениями.

Было очень приятно, когда молодые люди, выходя с выставки, говорили: «Наконец-то мы нашли ответы на ЕГЭ!». Значит, мы многого стоим, если помогаем им в очень сложном первом серьезном испытании.

Мы начинаем сотрудничать с петербургскими гимназиями и школами. Учителя истории подготовят для школьников контрольные вопросы по своему предмету, а ответы нужно будет искать у нас. Это будет внеурочное подспорье для образования молодых людей. Мы не образовательное учреждение, но участвовать в этом будем с полной ответственностью.

Фото предоставлено пресс-службой парка «Россия — моя история»

Обобщая, самая главная наша задача — историко-патриотическая работа. Мы никого не воспитываем, а посредством очень понятных молодым людям технологий даем возможность по-другому взглянуть на свою историю. Мы как живой учебник истории, рассказывающий о событиях, которые проходили и проходят в нашей стране, не утаивая ничего и не делая никаких выводов.

— Музейно-выставочный комплекс будет помогать воспитывать патриотизм?

— Развивать в людях патриотизм — одна из основных задач. И мы будем горды, если парк внесет свой вклад в дело патриотического воспитания подрастающего поколения. Мы стараемся в наших экскурсиях и интерактивных программах вовлечь гостей в диалог, в живую беседу. Стараемся расположить посетителей, особенно юных, к размышлению об историческом пути нашего государства, о влиянии внешних и внутренних обстоятельств на судьбу государства.

Сейчас мы начинаем готовить тематические программы, где в диалоге с гостями будем рассуждать на абсолютно разные темы, в том числе на тяжелые, острые, злободневные. Это делается, чтобы проанализировать факты и прийти к выводу, что наша страна, несмотря ни на что, всегда поднималась и всегда шла своим путем.

Фото предоставлено пресс-службой парка «Россия — моя история»

— Члены Вольного исторического общества назвали выставку примером «чудовищного исторического непрофессионализма». Они говорили об «обелении» Ивана Грозного, искажении образов декабристов. Как вы на это отреагировали? (Члены Вольного исторического общества обратились к министру образования и науки России Ольге Васильевой с просьбой провести публичную экспертизу выставок — прим. «Бумаги»).

— Их замечания некорректны. Представители Вольного исторического общества либо невнимательно изучали экспозицию, либо не были на ней вовсе. Им нужно быть более внимательными к деталям и подходить к нашему проекту не с точки зрения раздражения, а с точки зрения рекомендации. Они, наверное, не детально прочли нашу выставку, которая отражает, на самом деле, очень многое.

В этой дискуссии нас поддержало даже Минобрнауки, куда и обращались члены общества. Сейчас министерство намерено использовать наши экспозиции в учебной программе.

Говоря об Иване Грозном, стоит отметить, что у нас в экспозиции есть целый стенд, посвященный ужасам опричнины. В нем отдельные статьи и о Малюте Скуратове, и о карательном Новгородском походе, и об убийстве святителя Филиппа и преподобномученика Корнилия. Там даются разные взгляды на деятельность Грозного.

Историки из общества говорят, что мы берем на вооружение «совершенно фантастическую и абсолютно маргинальную концепцию информационной войны со стороны злонамеренных иноземцев» и «обеляем» этим образ государя. Но информационная война действительно имела место: об этом говорится и в книге докторов исторических наук Зимина А. А. и Хорошкевич А. Л. «Россия времени Ивана Грозного», и в немецкой диссертации «Иван Грозный в зеркале иностранных печатных изданий его времени. К истории западного образа России». Все они подтверждают, что царя изображали как чудовище.

По поводу того, что декабристы якобы у нас изображены как сотрудничавшие с иностранными разведками, — это уже смехотворно. У нас даже упоминания об иностранных разведках в экспозиции нет и не было.

При этом хочется отметить, что содержание исторических парков вполне соответствует историко-культурному стандарту. Наши достоинства отмечали и директор Института российской истории РАН Юрий Петров, и исполняющий обязанности ректора РГГУ Александр Безбородов, и ректор Московского педагогического государственного университета Алексей Лубков.

Вообще, Вольному обществу мы даже подготовили ответы на абсолютно все их обвинения. У нас всё в порядке, в том числе и с большинством цитат. Мы учим извлекать уроки из истории, это серьезный проект.

— Как вы вообще реагируете на критику?

— Всегда, конечно, хочется говорить о хорошем. Но мы готовы к диалогу. Критику мы воспринимаем нормально, ведь этот парк составляли сотни очень умных людей: и академики РАН, и педагоги, и культурологи, и историки, и петербурговеды. Все они имеют заслуги в своих областях.

Конечно, из-за того, что контент подбирали люди, могут быть какие-то ошибки или недоработки. Это возможно. Но если вы находите эту ошибку, то давайте вступим в диалог и обязательно ее устраним.

— А ошибки уже находили?

— Совсем небольшие. Единственная действительная ошибка, которую подметили члены Вольного исторического общества, — это цитата Маргарет Тэтчер, которую мы изложили неточно. Когда ее обнаружили, она моментально была устранена абсолютно во всех парках в России.

В основном ошибки возникают в орфографии: где-то точка не там поставлена, где-то запятая. Был случай с еще одной неточной цитатой. Мы всё это стараемся устранять после каждого обращения. Ведь это, еще раз повторяю, работа людей.

Фото предоставлено пресс-службой парка «Россия — моя история»

— Парк строился при поддержке Патриаршего совета по культуре и Фонда гуманитарных проектов (известные источники финансирования музейно-выставочного центра — прим. «Бумаги»). Какую роль они играли в выстраивании экспозиции выставки?

— Они помогали при строительстве, ведении хозяйства, подборе специалистов. Патриарший совет вообще выступил инициатором проекта: они вокруг себя собрали больших ученых, патриотов и идеологов, которые помогли в общем порыве создать наш парк.

— То есть Русская православная церковь играла важную роль в подборе контента?

— Я бы не назвала это сильной ролью. В парке всего лишь рассматривается ход [развития] нашего государства. Мы просто говорим, что одним из главных лозунгов народа был: «За веру, царя и Отечество!». Это было всегда.

Во всем этом нужно понимать, что никто никогда не мог оспорить того факта, что принятие христианства Владимиром дало мощнейший толчок для сплочения нашего народа и развития государства. Это прекрасно понимает Патриарший совет, в котором на благо нашей страны и душ трудятся очень мощные люди.

При этом в Петербурге рассматривается не только играющая великую роль в соборовании нашего народа православная вера, но и другие конфессии. В нашей стране же всегда рука об руку жили и трудились народы разных конфессий и культур. Нельзя огульно говорить, что мы здесь что-то продвигаем. В Петербурге религия играет важную роль, нельзя о ней не говорить: даже Дюма однажды предлагал переименовать Невский проспект в проспект Веротерпимости.

— Вы согласны с тем, что даже в таком большом комплексе невозможно уместить все факты, их разные интерпретации?

— Да, конечно. Рассуждать должен зритель. Наша задача — это еще и вызвать у людей любопытство, ведь история — очень большая книга, которой нужно увлечься и которую нужно очень внимательно читать. Молодые люди придут к нам, а впоследствии уже будут сами рассуждать об этом с историками.

Фото предоставлено пресс-службой парка «Россия — моя история».

— Как в дальнейшем будет развиваться парк?

— В будущем мы планируем развить в парке цикл встреч с историками, организовать клуб любителей истории России, будем делать факультативы на нашей базе для школьников, программы для переподготовки преподавателей школ.

У нас каждые полгода будет обновляться контент с учетом тех или иных интересных фактов. Это будет постоянный процесс. Мы надеемся, что будем работать еще долгие-долгие годы: что-то добавлять, что-то расширять, находить что-то новое. Потому что почему бы и нет.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.