Эколог и глава местной администрации — о том, что будет после отмены строительства «токсичного» завода в Красном Бору

В Ленобласти не будут строить завод по переработке опасных отходов, однако для экологов это только часть победы: токсичный полигон Красный Бор всё еще не ликвидировали.
«Бумага» узнала, что происходит с полигоном, почему никто не знает, что захоронено внутри него, и чем это чревато.
Фото: Shutterstock
Георгий Полтавченко заявил, что мусороперерабатывающий завод в Красном Бору строить не будут. Правительство не выделит на это средства, пока не будет изучен «мировой и российский опыт, связанный с переработкой подобного рода особо опасных отходов».
Против завода по утилизации опасных отходов в Красном Бору не первый год протестуют местные жители и экологи. Недавно слушания, на которых должны были обсудить строительство предприятия и куда, по оценкам Гринпис, должно было прийти несколько тысяч человек, отменили за несколько часов до начала. Несмотря на это, перед зданием Дома культуры, где они были запланированы, собрался стихийный митинг.
Как говорит руководитель токсической программы Гринписа Дмитрий Артамонов, заявление Полтавченко по поводу Красного Бора — это победа в борьбе против завода, но не точка в истории полигона Красный Бор, куда 40 лет свозили отходы медицинского, химического, промышленного производства. В данный момент он не принимает отходы. Тем не менее, говорит Артамонов, состав содержимого полигона до сих пор не исследован, поэтому непонятно, как нужно его утилизировать.

Дмитрий Артамонов

Руководитель токсической программы Гринписа России
— Завод проектировался именно для утилизации опасных отходов, поэтому строительство такого завода в другом месте не имеет смысла. Насколько в целом власть готова подойти к выработке более безопасных решений, я не могу сказать. Опыт показывает, что за последние годы уровень профессионализма в комитете по природопользованию снизился. Нужны решения в том числе со стороны губернатора.
Здесь нельзя использовать европейский опыт, потому что нигде не было такого, чтобы на протяжении 40 лет в одну яму сбрасывали опасные отходы абсолютно разных типов, часто даже без документов
Ситуация на полигоне близка к катастрофической: вещества первого класса опасности попадают в сточные воды, система полигона находится в аварийном состоянии, поэтому в любой момент может произойти экологическое бедствие.
Требуется серьезное изучение состава полигона. Здесь нельзя использовать европейский опыт, потому что нигде не было такого, чтобы на протяжении 40 лет в одну яму сбрасывали опасные отходы абсолютно разных типов, часто даже без документов. Все они требуют разной утилизации. К сожалению, не все виды отходов можно уничтожить: некоторые из них возможно только захоронить, но это не более нескольких процентов содержимого полигона, остальное может быть безопасно обезврежено. Есть разные методы и физической, и химической сепарации отходов, чтобы разделить содержимое полигона. Вопрос только в том, будет ли желание разобрать их, а не урвать денег на очередной дорогостоящий проект.
В начале октября полигон Красный Бор возглавил Виктор Колядов, до этого работавший в управлении эксплуатации министерства обороны. На предыдущего директора полигона Сергея Мацукова завели уголовное дело о злоупотреблении полномочиями.
Кроме того, власти организовали оперативный штаб, который должен заняться проблемой полигона. Его возглавил начальник аппарата вице-губернатора Игоря Албина Алексей Золотов. Второе заседание штаба прошло вчера, 27 октября. Как рассказывает глава Тельмановского поселения Юрий Кваша, заявление губернатора — «хороший сигнал», однако теперь встает вопрос, какие технологии необходимы, чтобы разобраться с отходами на полигоне.
Юрий Кваша , глава муниципального образования «Тельмановское сельское поселение» Тосненского района Ленобласти:
— Нужно установить, насколько велики выбросы токсичных веществ в горизонтах на разных уровнях залегания, насколько территория заражена, какие наиболее оптимальные технологии есть, чтобы вывести эти вещества с территории полигона.
Организации, которые проводили исследования раньше, видимо, проводили их на бумаге, потому что керна (образца породы, извлеченного с помощью скважины, — прим. «Бумаги») у них не осталось: как глубоко они достали, остается загадкой. Керн — это зеркало состояния полигона. Он помогает понять, какова скорость проникания токсинов, насколько почва заражена и разрушена токсинами, насколько из нее вымыты минералы.
До 5 ноября штаб должен собрать предложения ученых и экспертов, чтобы можно было составить техническое задание на проведение комплексного исследования. Тогда должен будет определиться вопрос с тем, что и как можно утилизировать, а также какие постройки допустимо взводить на прилегающей к полигону территории.
Активисты неоднократно замечали подозрительные стоки с полигона. 19 октября Красный Бор получил судебное разрешение на прием отходов, однако в настоящее время его деятельность приостановлена Росприроднадзором. Тем не менее, считает Кваша, чтобы окончательно разобраться с полигоном, нужен закон, который бы признавал Красный Бор объектом, подлежащим закрытию, а его территорию — рекультивации. «Тогда это будет не политическое решение, чтобы успокоить население, а реальное действие в интересах жителей», — говорит Кваша.
ТЕГИ: 
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Новости

все новости

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.