19 января 2022

«Нам желали гореть в аду». Как петербургский бизнес общается с противниками QR-кодов

Некоторые петербургские магазины и заведения общепита столкнулись с агрессией из-за того, что начали требовать у гостей QR-коды. Их обязаны проверять у посетителей со 2 января — согласно последней редакции постановления об ограничениях в Петербурге.

В итоге сеть благотворительных магазинов «Спасибо!» подверглась нападкам в соцсетях, а Paloma Cantina столкнулась с гостями без QR-кодов, которые отказывались покинуть заведение. «Бумага» поговорила с представителями ресторанного и благотворительного бизнеса о том, как они общаются с противниками QR-кодов.

Артем Перук

сооснователь El Copitas Bar, Paloma Cantina и Tagliatella Cafe

— У нас в команде есть психотерапевт, и три раза в неделю с ним проходят занятия. Иногда мы стараемся там разбирать причины не только нашего поведения, но и [поведения] наших гостей. У нас концептуальные заведения: туда ты идешь за какой-то эмоцией, чтобы ощутить заботу о себе. К тому же наша команда славится своим общением и шутками.

Людям больно, конечно, и они начинают «бычить», если они идут к нам и по какой-то причине не попадают. Но мы начинаем им объяснять, что они такие же классные, что мы их так же любим, предлагаем им взять что-то с собой — и объясняем, что не можем [впустить]. Ведь если ты наш приятель и не понимаешь, что из-за таких, как ты, нас вообще могут закрыть и мы с тобой никогда не встретимся, тогда вопрос: приятель ли ты вообще после этого?

[Нам никто не говорил] «Ах так, я думал вы нормальные ребята, контркультурщики, а вы, оказывается, путинские подстилки, и больше я к вам не хожу». Многие правда понимают [что проверка QR-кодов — не инициатива бизнеса].

Мы довольно трепетно относимся [к проверке QR-кодов], потому что у нас популярные места и к нам повышенное внимание. Хотя, сами понимаете, бывает всё что угодно: может быть, кто-то и не спросил пару раз за вечер паспорт [у гостей].

[Агрессивные] люди были, как мне рассказывали, но сотрудники просто вежливо озвучивали, что им нельзя [пускать гостей без QR-кода], что их уволят, и просили оставить в покое. Бывало, что тогда люди начинали поливать грязью нас, но я спокойно к этому отношусь.

В Paloma Cantina было несколько [агрессивных] ребят. Они отказывались уйти и говорили, что будут здесь [у входа] стоять [пока их не впустят]. Но тут очень важно не реагировать на оскорбления. Мы просто озвучиваем, что не можем их обслуживать на входе и не будем с ними никак взаимодействовать. Обычно они немного постоят, пофыркают, а потом понимают, что на них не обращают внимания, пожимают плечами, разворачиваются и уходят.

В Tagliatella Cafe у нас работают только девушки, и я не представляю, какой это должен быть отморозок, чтобы он начал им рассказывать, что [QR-коды] — это происки Путина, 5G и чипирование.

Ксения Чепига

пиар-директор сети благотворительных магазинов «Спасибо!»

— Сначала в наших соцсетях начался ад [из-за того, что мы требовали в магазинах QR-коды] — нас просто захейтили. Это был какой-то кошмар — такое ощущение, что это мы придумали проверять QR-коды, будто именно благотворительный бизнес в виде благотворительного магазина «Спасибо!» стал лицом зла, который все эти [ограничения] ввел.

Нам желали гореть в аду, мне много раз желали смерти, говорили, что это аукнется на моем здоровье и здоровье моих близких. Это продолжалось несколько дней. Потом мы выпустили большой [пост] с моими словами о том, что не надо нам так говорить, и вроде как хейт понемногу пошел на убыль.

Но что показательно, в магазинах люди нам ничего [плохого] не говорят. Мы всё понимаем и тоже неоднозначно относимся к этой истории [с QR-кодами]. Понятно, что мы должны исполнять эти требования — иначе нам грозит штраф, который для нас будет довольно большим.

Дело даже не столько в штрафе, сколько в том, что мы можем получить повторный штраф и оказаться закрытыми. А если нас закроют даже на три месяца, то это провал — мы просто не сможем выжить. С другой стороны, мы понимаем людей, которые говорят, что [вход в магазин по QR-кодам] не очень соответствует [соблюдению] их прав.

Поэтому мы придумали несколько схем: к примеру, людям, которые пришли на кассу, и которых мы, к сожалению, не можем обслужить, даем довольно большие скидочные сертификаты, чтобы они могли совершить покупку онлайн либо [в магазине] в другой день, когда изменится обстановка. Кроме того, мы усилили работу телеграм-канала и инстаграма, а также активно пользуемся службами доставки.

Александр Романенко

член «Союза независимых рестораторов», сооснователь Bakunin Group

— Несколько людей достаточно агрессивно отреагировали [на проверку QR-кодов] в одном из моих заведений на Гороховой в первый день [действия новых ограничений], 2 января. Эти люди говорили, что мы не имеем права [не пускать их в заведение].

У нас есть приказ губернатора. Сейчас мы спрашиваем [у посетителей] QR-код, проверяем его действительность и просим предъявить документ [подтверждающий личность]. Если гость отказывается, то просим назвать фамилию, имя, отчество и дату рождения. [Тем, кто не согласен], мы говорим: нам губернатор приказал. В общем-то, всё, объяснять больше нечего — мы не имеем права пустить человека.

На всей планете во многих странах очень плохая ситуация [с распространением COVID-19]. Например, в Германии по заведениям ходит полиция, проверяет там QR-коды и штрафует на большие суммы не только бизнес, но и людей. Так что у нас всё достаточно мягко.

[Агрессия] в одном из заведений, думаю, была связана со спецификой публики на Гороховой. Потом бывало, что люди разворачивались и уходили, но проблем не было — по факту QR-коды есть у всех, кому надо перемещаться по городу.

Для общественного питания в Петербурге сегодня я вижу другую проблему — ограничение времени работы заведений. Это правда убивает бизнес насмерть. Если человек с QR-кодом пришел в заведение, где работает персонал с QR-кодом, то откуда взялись эти ограничения? Это нелогично. Кроме того, не очень красивая ситуация получается с заведениями, которые новые требования игнорируют.

Андрей Перцев

основатель ресторанов Ognivo, green 28, Litera G и гастробара Gringo

— Из-за того, что наши заведения работают в сегменте «средний плюс», почти у всех наших гостей есть QR-коды. Ни я, ни мои управляющие не встречали противников QR-кодов, которые бы с пеной у рта [выступали против], я не слышал, чтобы были какие-то конфликты. Это меня радует. Люди, которые приходят, либо уже на пороге держат заготовленный QR-код, либо спокойно его показывают.

Если [к нам приходит] кто-то совсем подозрительный (например, у него явно не та дата рождения, что на QR-коде), то просим [показать] паспорт или [водительские] права. Если гости говорят, что у них и этого нет — при том, что у них есть QR-код, — мы их пропускаем.

[Если у гостя нет QR-кода, наши сотрудники говорят], что, согласно постановлению № 121, на территории Петербурга действует режим, по которому для посещения заведений общепита нужно предоставлять QR-коды. Обычно гости всё это понимают.

Да, наверное, [из-за новых ограничений] количество гостей стало меньше. Насколько — пока не можем оценить. По отношению к прошлому году оценивать сложно, потому что [тогда] были ограничения и сильная заболеваемость, а если сравнивать с тем, что было два года назад, не уверен, что это будет релевантно.

Алена Мельникова

управляющий партнер ресторана The Repa («Ginza Project Санкт-Петербург»)

— В связи с постановлением губернатора Санкт-Петербурга мы проверяем у гостей как QR-коды, так и документ, удостоверяющий личность, предупреждая об этом заранее при бронировании стола. К счастью, все наши гости относятся к введенному постановлению с пониманием и без агрессии, за что мы им очень благодарны.

От коллег из профессионального сообщества Петербурга нам известно, что в некоторых ресторанах города такие случаи [агрессии] были, гости крайне возмущены и называют просьбу о предъявлении кода сегрегацией, обвиняя в этом сам ресторан или сотрудников зала, которые просто добросовестно выполняют свою работу.

Мы прекрасно понимаем, почему люди возмущены — к такому резкому изменению не все готовы. К слову, как и сами рестораторы. Мы с нетерпением ждем снятия всех ограничений, ведь на будущее у нас так много планов и проектов.

Что еще почитать:

  • Отменят ли в Петербурге QR-коды? Изучаем «за» и «против» смягчения ограничений.
  • Новая волна из-за «омикрона» многих пугает. Исследователь статистики рассказывает, что сейчас происходит в Петербурге.

Фото на обложке: Сергей Ермохин / ТАСС

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Свободу Саше Скочиленко
Сашу Скочиленко оставили в СИЗО, несмотря на заболевания и петицию с 135 тысячами подписей. Главное про апелляцию
«Наши солдаты не допустили бы бомбардировки мирных гражданских объектов». Допрос пенсионерки, которая написала донос на Сашу Скочиленко
Сашу Скочиленко, арестованную по делу о «фейках» про ВС РФ, перевели в новую камеру и обеспечили безглютеновым питанием
Что известно о травле Саши Скочиленко в СИЗО. Ее девушка узнала о запрете открывать холодильник и требованиях ежедневно стирать одежду
«У меня уже отняли семью. Что мне теперь терять?». Девушка Саши Скочиленко — о жизни после ее задержания и проблемах с передачами
Военные действия России в Украине
Власти Ленобласти заявили еще об одном погибшем в Украине военнослужащем — Илье Филатове
Россия ответит «сюрпризом» на заявку Финляндии на вступление в НАТО, Минобороны РФ заявляет о тысяче военных, сдавшихся в плен на «Азовстали». Главное к 18 мая
Вывоз военных из «Азовстали», пауза в переговорах и отказ Финляндии платить за газ в рублях. Главное к 17 мая
«Мне слишком дорого далась эта работа». Сотрудники российских независимых СМИ о военной цензуре и блокировках
В соцсетях пишут о переброске военной техники к границе с Финляндией. Что об этом говорят в ЗВО?
Экономический кризис — 2022
Власти Петербурга заявили, что городской бюджет по доходам исполнен почти на 50 %. Что это значит?
Bloomberg: ВВП России снизится на 12% в 2022 году. Это будет самый большой спад с 1994 года
Минпромторг утвердил список товаров для параллельного импорта в Россию. Что это значит?
«А остальным что?». В комздраве заявили о завозе в аптеки дефицитного лекарства «Эутирокс» — но не для всех. Обновлено
Власти подготовили список товаров для ввоза в Россию без согласия правообладателей. Что об этом известно?
Давление на свободу слова
«Мне слишком дорого далась эта работа». Сотрудники российских независимых СМИ о военной цензуре и блокировках
«При молчании происходит всё самое страшное». Петербургская художница Елена Осипова — о нападениях во время антивоенных акций и реакции окружающих
Как писать письма в СИЗО? Рассказывает адвокат задержанной по делу о фейках об армии России Ольги Смирновой
Как силовики изобрели и опробовали новый метод давления на активистов — подозрение в лжеминировании. Истории 7 петербуржцев
Ходят слухи, что «Алые паруса» проведут без Ивана Урганта впервые за десятилетие. Это правда?
Хорошие новости
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
В Петербурге в 2022 году обустроят более девяти километров велодорожек
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.