16 апреля 2014

«Мы построили библиотеку в стране без книг»: история первого в России проекта онлайн-курсов

В 2009 году на базе Физико-математического лицея № 239 открылся проект «Лекториум», который развивает в России идею онлайн-образования и объясняет министерству образования, что такое MOOC и зачем он нужен. Директор «Лекториума» Яков Сомов о сложной работе с вузами, о создании курса по бионформатике для Coursera и о том, как их проект поможет построить космический корабль.
На фото слева направо: куратор курсов Дина Игнатьева, профессор ИТМО Александр Чирцов, директор «Лекториума» Яков Сомов и инженер Вячеслав Новолоцкий
 

Онлайн-образование и российские вузы

Я в жизни очень много придумывал и все идеи заносил в ежедневник, который я называю КЛИД — кладбище идей. Что-то придет в голову — я туда запишу, а оно через какое-то время произойдет. Наконец, мне надоело просто придумывать, пока люди на этом делали большие деньги, и я решил попробовать создать свой проект. Я прочитал в блоге Темы Лебедева о том, как хорошо на Западе и как все плохо у нас: там все нормальные музеи имеют цифровые представительства, вузы записывают лекции на видео и так далее. Мне стало интересно, действительно ли такая тенденция существует: изучив тематику онлайн-образования, я обнаружил целую культуру видеозаписей лекций в вузах, которая нам вообще была чужда. Родилась идея сделать большой сайт-агрегатор и положить туда видео лекций. В 2009 году написали с другом сайт и систему хранения, а потом выяснилось, что контента в России практически нет. Получилось, что мы построили библиотеку в стране без книг. Нам было весьма неприятно, но мы решили, что можем сами этим заняться. Начали ходить по вузам и предлагать им делать медиатеки.
Наши учебные заведения не были готовы делать что-то новое, они не понимали, зачем им это нужно, — быстрой прибыли это же не приносило
Тогда мы ясно поняли: если хочешь заключить договор с вузом, то готовься ждать от года до полутора. Наши учебные заведения не были готовы делать что-то новое, они не понимали, зачем им это нужно, — быстрой прибыли это же не приносило. К сожалению, для них не было очевидно, что медиатеки — это мощнейший инструмент для продвижения бренда университета. В общем-то, за пять лет ситуация не сильно изменилась. Сейчас в России есть несколько вузов — к ним относится МФТИ, Сибирский федеральный университет, которые планомерно работают в этом направлении. Но по объемам контента наши университеты сильно отстают от MIT, который записал тысячи лекций. Здесь показателен следующий пример: раньше у любого интеллигентного физика дома должны были стоять тома «Фейнмановских лекций по физике». Сейчас лекции великого физика Фейнмана есть в видеоварианте, а у нас до сих пор это хранится в текстовом формате. По сути, все, что у нас опубликовано, — это результат гигантской и очень сложной индивидуальной работы. Дело в том, что в российских вузах администраторы думают лишь на год вперед и не более того, поэтому объяснить им, зачем сейчас нужно делать медиатеку, было трудно. Однако среди них нам удавалось находить людей со стратегическим мышлением, которые осознавали важность того, что мы делаем.
В 2009 году написали с другом сайт и систему хранения, а потом выяснилось, что контента в России практически нет. Получилось, что мы построили библиотеку в стране без книг
В общей сложности за время существования «Лекториума» мы записали три тысячи лекций, и из них почти тысяча записана по программе, которую мы называем медиагранты. То есть мы находим людей, которые занимаются серьезным и правильным делом и помогаем записать им академический курс. Дело в том, что даже у больших вузов нет структур, которые могут быстро и оперативно снимать лекции и выкладывать их в интернет. Европейский университет, например, после совместной работы с нами, понял, что создание медиатеки — стоящее дело. В итоге они даже организовали собственную службу, которая ведет запись потоковых лекций.  

Лекторы и профориентация

У нас в «Лекториуме» есть три принципа, по которым мы работаем. Во-первых, мы сотрудничаем только с юридическими лицами, а не с преподавателями напрямую, поскольку необходим определенный академический отсев. Я лично не могу определить, сидит ли передо мной лжеученый или нет. Во-вторых, мы очень щепетильно относимся к контенту и работаем с людьми из академической среды. У меня есть правило, согласно которому мы и на пушечный выстрел не подпускаем к себе бизнес-тренеров. И в-третьих, мы занимаемся контентом, который будет интересен пользователям и через месяц, и через пять лет, поэтому на сайте можно найти не разовые лекции, а полноценные курсы. По сути, «Лекториум» повторил опыт MIT, когда они создавали онлайн-проект OCW (OpenCourseWare), куда выкладывали лекции, учебные материалы и так далее. Так получилось, что они опубликовали почти 80 % своей образовательной программы и обнаружили: половина людей, которые к ним приходят, вообще не собирались учиться в MIT и занимались самообразованием. А также, что где-то 35 % абитуриентов при выборе вуза руководствуются наличием медиатеки. Оказалось, что это отличный способ продвижения.
Профориентация — это наиболее острый вопрос для России, поскольку люди часто находятся не на своих местах: бывает, что сапожник мог бы быть отличным менеджером, а юрист — отличным сапожником
В какой-то момент мы также обнаружили, что большой популярностью пользуются лекции, которые читаются для первого курса: введение в специальность, профориентационные лекции и научпоп. Провели небольшое исследование и выяснили, что нашу медиатеку используют школьники, поступающие в вуз, и бакалавры, ищущие магистратуру. Допустим, ты учишься в 11 классе и выбираешь вуз. Каким образом ты будешь это делать? Наверное, ходить на дни открытых дверей, просить совета у знакомых, которые оканчивали этот вуз двадцать лет назад, поступать на подготовительные курсы. Но при это всем остается неясным, как же будет происходить обучение. Теорема Архимеда не меняется от вуза к вузу, а то, как ее читают, разнится. Благодаря подобным лекциям абитуриент или студент сможет выбрать, куда ему идти. Профориентация — это наиболее острый вопрос для России, поскольку люди часто находятся не на своих местах: бывает, что сапожник мог бы быть отличным менеджером, а юрист — отличным сапожником. Проблема того, что человек находится не на своем месте, возникает, потому что у него не было возможности выбрать путь, он не знал, что есть такая область, такой вуз. Хотя мне не очень нравится концепт «образование как услуга», но, грубо говоря, у нас получилось показать товар лицом. Есть потрясающие преподаватели, и ты можешь находиться с ними в одном вузе и не знать, что они читают лекции в соседней аудитории. Мы пытались показать, из чего можно выбрать.  

Массовые открытые онлайн-курсы

Есть важный момент между медиатекой и массовыми открытыми онлайн-курсами (MOOC). Одним из первых проектов в формате массовых курсов стала ныне популярная Coursera, основанная профессорами Стэнфордского университета. MOOC — это технология, которая состоит из пяти компонентов. Первый — видеоролики, записанные в студии специально для этого курса, которые длятся 7–10 минут, второй — тесты и домашние задания, проверку которых можно автоматизировать, третий — обратная связь, общение на форумах, вебинары, четвертый — дедлайны и пятый — массовость. Если убрать какой-то из этих компонентов, то получится другой продукт. Если, допустим, убрать дедлайны, то разрушится сообщество студентов, поскольку пропадет единственное, что их объединяло, — тесты и экзамены, в день которых они то и дело сидели на форумах и общались.
В России есть телевизионщики и ребята, которые делают модные клипы, а между ними — ничего. Мы пробовали нанимать и тех, и других, но в итоге поняли, что будем выращивать свой персонал
Если мы в России хотим запускать подобный курс, то это нужно делать на базе медиатеки, но хороших медиатек у нас нет. Мы решили проверить, сможем ли своими силами сделать достойный курс, на который запишется много людей. Нам повезло, и к нам обратился Павел Певзнер из Университета Сан-Диего с предложением записать курс видеолекций по биоинформатике для Coursera. На нем обучалось около 30 тысяч студентов, и это был один из самых сложных курсов со множеством специфических задач. Нам было с ними сложно работать, поскольку требования были высокими. Мы выступали как видеостудия и пытались понять, как нужно работать с лектором, как монтировать и так далее, поскольку до нас здесь ничего подобного не делалось.
Все лекторы очень сложные личности со своим особенностями, особым чувством юмора и манерой покачиваться
В России есть телевизионщики и ребята, которые делают модные клипы, а между ними — ничего. Мы пробовали нанимать и тех, и других, но в итоге поняли, что будем выращивать свой персонал. У нас работают люди вообще без опыта, поскольку намного важнее, чтобы они умели решать сложные задачи и были психологически устойчивы. Почти все операторы у нас девушки, потому что в случае, если лектор снял радиопетличку, то девушка улыбнется, прервет лекцию и пока 150 глаз будут уничижающе смотреть на нее, подойдет и поправит. А всему остальному мы их обучаем сами. У нас подобралась отличная команда неравнодушных людей, сейчас у нас 15 штатных сотрудников. Начинали же мы втроем: я, Саша Скородумова и Андрей Завьялов. У Андрея, который занимался программной платформой, сейчас свой успешный проект. Саша — главный редактор, командует всеми нашими операторами и монтажерами, она также курирует программу «Медиагранты», в рамках которой мы бесплатно записываем курсы и конференции.
Главный редактор «Лекториума» Александра Скородумова и инженер Вячеслав Новолоцкий
После курса по биоинформатике мы решили попробовать взять технологию MOOC с пятью компонентами и создать собственные курсы. Мы договорились с несколькими петербургскими вузами и разработали специально для лектория четыре профориентационных курса, которые запустятся в мае: «Небесная механика» от ИТМО, «Теория денег: от ракушки до биткоинов» ЕУ, «Инженерное дело» основателя Фаблаба в Политехе Игоря Асонова и курс по бионике от ЛЭТИ. Каждый курс будет состоять из лекций, которые, в свою очередь, делятся на десятиминутные модули. Игорь Асонов, например, будет рассказывать об инженерных конструкциях и на примере соломинки покажет, как построить башню из трубочек так, чтобы стало ясно, с какими проблемами сталкиваются инженеры, когда возводят реальные здания. Все лекторы очень сложные личности со своим особенностями, особым чувством юмора и манерой покачиваться. Поскольку они все привыкли работать с аудиторией, то приходится находить для каждого индивидуальный метод работы. Например, Павел Певзнер сказал, что он готов работать только с аудиторией, так что нам пришлось посадить перед ним узким клином студентов и таким образом записывать лекцию. С некоторыми приходится проводить речевые тренинги, многие читают стихи перед записью.  

Монетизация онлайн-образования

Сейчас никто не знает, как монетизировать онлайн-курсы, в ближайшие пять будет происходить захват рынка, кто успеет построить, тот молодец. Когда мы только запускали «Лекториум», я решил поехать на «Селигер», хотя ни в каких молодежных политических организациях не состоял, и представить проект. Была встреча с Путиным, но на мое выступление не оставалось времени, тогда я растолкал всех локтями и в течение минуты представил проект. Он спросил, мол, чего я хотел от него, на что я ответил: «Во-первых, похвастаться, а во-вторых, попросить вас сказать Василию [Якеменко], чтобы он сказал Фурсенко, чтобы он рассказал вузам о нас». Путин пообещал, что сегодня же «позвонит Андрюше». В итоге мы получили письмо от Минобрнауки, которое позволило нам начать сотрудничать с вузами. В результате люди в министерстве знают, что такое MOOC, есть документы, в которых употребляется этот MOOC. И это произошло через два года, после того как они запустились на Западе, а это довольно быстро для нас.
Идея «Лекториума» — увеличить хотя бы на чуть-чуть шанс появления инженера, который построит космический корабль, или биохимика, который произведет новое лекарство
Мы купили камеры и следующие пять лет работали самостоятельно. Доходило до абсурда: мы снимали свадьбы, для того чтобы записывать лекции Машевского бесплатно. Он до сих пор не знает, откуда берутся деньги, откуда камеры появляются в аудитории, и это хорошо. Полгода назад мы смогли привлечь венчурные инвестиции от ФППИ (Фонд предпосевных инвестиций), которые посчитали, что надо застолбиться в этом направлении и продолжать работать, поэтому мы в ближайшие два года не планируем заниматься монетизацией. Я люблю сериал «Стартрек» про экипаж звездолета «Энтерпрайз»: «Его цель — открывать новые миры, новые цивилизации, смело идти туда, где не ступала нога человека». В 60-х авторы сериала сделали Спока зеленокожим, поскольку они предполагали, что если сделают из него марсианина, то, когда через пару лет Марс будет колонизирован и там не найдут марсиан, сериал перестанет быть научным. То есть 50 лет назад у людей было ощущение, что космос рядом, что стоит сделать шаг и оказаться на новой планете, однако этого не произошло.
Путин пообещал, что сегодня же «позвонит Андрюше». В итоге мы получили письмо от Минобрнауки, которое позволило нам начать сотрудничать с вузами
Пока мы не поймем, куда дальше идти, и у нас не появится инструмента, который это позволит, то будет происходить полный бред. Идея «Лекториума» — увеличить хотя бы на чуть-чуть шанс появления инженера, который построит космический корабль, или биохимика, который произведет новое лекарство. Мы реалисты, мы понимаем, что это маловероятно, но если мы увеличим этот шанс, то будет хорошо.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Новости

все новости

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.