21 октября 2014

«Ни нож, ни мочку не вернули»: Петр Павленский — о своем задержании после акции «Отделение»

Петербургский акционист Петр Павленский в выходные отрезал себе мочку уха на крыше одной из пристроек института психиатрии имени Сербского в Москве. Он рассказал «Бумаге» о том, как сам оказался в психиатрическом отделении, а также о смысле акции и поведении полиции.

Петр Павленский

— Когда Ван Гог отделил себе мочку уха, его объявили сумасшедшим, и он подвергался травле даже после освобождения из сумасшедшего дома. Это сыграло важную роль в том, что в итоге он покончил жизнь самоубийством. Его отделили от общества, как отделяется от тела мочка уха, которая к телу уже не вернется.
Я повторил точно такое же действие, но те врачи-психиатры, с которыми я столкнулся за эти несколько дней, не объявили меня сумасшедшим. Слепота — она во все времена остается слепотой, ангина остается ангиной. А где психиатрия? При одном режиме психические расстройства одни, при другом — другие, в совсем ранние времена — это духи, дьяволы и бесы. То есть режим борется с тем, что находится внутри человека, с человеческим сознанием, со способами мышления.
Следственный комитет очень хотел, чтобы я оказался в руках психиатрии, — хочет получить мое тело, поэтому я им просто отдал свое тело — я разделся. Я им отдал тело без одежды и защиты. Полицейские подкрались сзади, надели наручники и положили на какие-то металлические носилки, зафиксировали ремнями и на веревках спустили носилки на территорию института. Так и получилось, что в институт Сербского я пришел через свое действие, а не через бумаги следственного комитета. В институт, который сейчас символизирует использование психиатрии в политических целях.
У нас сейчас, вообще, происходит возврат к советским практикам подавления и запретительных мер. Психиатрия здесь играет важную роль. Есть большая вероятность, что ее роль будет расти — власти очень удобно объявлять людей сумасшедшими.
Соблюдать подписку о невыезде для меня — все равно что лежать в психиатрическом отделении неподвижно на кровати
Когда я оказался в приемном отделении института имени Сербского, со мной начали устанавливать контакт. Я сказал, как меня зовут, и дал номер телефона своего адвоката. Поскольку дальше я отказался с ними разговаривать, сотрудники института начали колоть мне реланиум, чтобы снять напряжение, и я стал к ним лучше относиться.
После этого меня на машине отправили в больницу Боткина, в психосоматическое отделение. Там для пациентов есть два варианта: либо тебя привозят на носилках и у тебя уже текут слюни, тогда ты нормальный, хороший пациент. Если ты можешь разговаривать и задавать вопросы, то относишься к категории буйных и начинаешь мешать. Поэтому ко мне применили вязку. Ноги я освободил где-то через полчаса и спрятал их под одеялом.
В отделении происходит какое-то издевательство над человеком: взрослые люди лежат связанные, в памперсах, а на стенах нарисованы паровозики. Говорят, что это должно провоцировать приятные воспоминания о детстве. Но если честно, сама по себе это достаточно безумная картинка: мужики лежат в палате, похожей на большой детский сад, и им нельзя двигаться и разговаривать. Не привязывали там только тех, у кого текли слюни.
Когда пришел врач в сопровождении санитара, я показал ему, что ноги у меня свободны и сказал: «Вот смотри, ноги у меня свободны, но я же не бью. Зачем меня привязывать?». Врач все равно меня не отвязал. Начал со мной говорить. Я объяснил ему смысл акции, рассказал ему об использовании психиатрии в политических целях. После этого меня отвезли в реанимационное отделение и попытались вколоть галоперидол.
В реанимации я провел ночь, затем меня перевели в ЛОР-отделение, откуда я уже вышел своими ногами. Пока я в Москве, у меня тут есть дела. Со стороны полиции по поводу этой акции я не вижу никаких действий. Ни нож, ни мочку не вернули. Какие-то проблемы с правоохранительной системой должны быть в Петербурге, я же под подпиской о невыезде был. Соблюдать подписку о невыезде для меня — все равно что лежать в психиатрическом отделении неподвижно на кровати.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Мобилизация
В России зарегистрировали новый иск об оспаривании мобилизации. Его подал 48-летний петербуржец
Более 200 тысяч человек мобилизовали в России, заявил Шойгу. Что еще рассказал министр обороны
На границах с Латвией и Эстонией развернули мобильные призывные пункты, рассказал губернатор Псковской области
«Я пересмотрела свой взгляд на государство». Жены мобилизованных — о том, как провожали мужей на войну
За полмесяца из России уехало минимум 300 тысяч человек. Как менялся поток автомобилей на границах: графики
Визовые ограничения
На финской границе развернули более 500 россиян после введения запрета на въезд для туристов. До этого отказы были единичными
Helsingin sanomat: финскую границу закроют для российских туристов сегодня ночью
Финляндия скоро запретит въезд всем российским туристам. Что об этом известно
«Они должны выступить против войны». Что говорят о бегущих от мобилизации россиянах в других странах. Обновлено
Сейм Латвии запретил продлевать ВНЖ россиянам, не владеющим латышским языком, а также выдавать рабочие визы
Давление на свободу слова
Обвиняемый по делу о «фейках» Борис Романов в четвертый раз не явился на заседание горсуда
Петербургскому депутату, просившему обвинить Путина в госизмене, пытались вручить повестку о мобилизации
Роскомнадзор заблокировал Soundcloud
Петербургская прокуратура потребовала признать движение «Весна» экстремистской организацией и запретить ее деятельность
В Ленобласти возбудили уголовное дело против жены активиста Правдина. Ранее его задержали из-за плаката «Русские, вы нелюди»
Свободу Саше Скочиленко
Обвинение Скочиленко опирается на экспертизу, где говорится, что Саша лжет, а военные РФ «гуманны». «Бумага» разобрала документ
«Имея предубеждение — неприязненное чувство…». Саше Скочиленко предъявили обвинение
«Вы совершили тяжкое преступление против государства». Как прошла встреча Саши Скочиленко и омбудсмена Агапитовой — две версии
Саша Скочиленко рассказала про типичный день в СИЗО — с обысками, прогулками в крошечном дворе и ответами на письма
Саше Скочиленко, арестованной по делу о «фейках» про российскую армию, срочно нужно обследование сердца
Экономический кризис — 2022
Сеть H&M закрыла треть своих магазинов в Петербурге
Россияне все чаще покупают криптодоллары, чтобы вывезти деньги из страны. Вот что нужно знать об этом финансовом инструменте
Курс евро на Мосбирже опустился ниже 52 рублей впервые за шесть лет. Что происходит?
Акции «Яндекса» и Ozon с начала войны подешевели на 73 %. Почему российский фондовый рынок уже неделю падает, а рубль нет?
Российский фондовый рынок продолжает падение на фоне новостей о мобилизации. Доллар также растет к рублю
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.