16 августа 2022

«Все настолько напуганы, что боятся каких-то троллей». Ася Казанцева — об отмене лекций, «подпольных» выступлениях и будущем просвещения в России

В начале августа отменились сразу три лекции научной журналистки и популяризаторки науки Аси Казанцевой. Это произошло на разных площадках в трех городах. Казанцева подозревает, что причина — в атаке на нее телеграм-канала «Культурный фронт Z», который травит людей с антивоенной позицией.

«Бумага» поговорила с Казанцевой о том, почему она не стала отменять выступления, а организовала «подпольные» встречи, планирует ли она уезжать из России и что, по ее мнению, произойдет с просвещением в ближайшие годы.

— Ваши выступления сорвались на площадках в трех городах: Пскове, Петербурге и Великом Новгороде. Как развивались события и что стало причиной отмены?

— Точно мы не знаем, что именно произошло. Но знаем, что есть телеграм-канал «Культурный фронт Z», который написал про меня несколько постов в духе «Девочка против войны, а публично выступает, надо оградить наш народ от такого тлетворного влияния и развращения». В комментариях под этими публикациями обсуждалась скоординированная кампания, во время которой нужно было писать площадкам и угрожать им проблемами и проверками прокуратуры, санэпидемстанции, пожарной инспекции и прочее. В итоге кто-то и правда начал писать площадкам, а те поочередно испугались и отменили лекции.

Две площадки действительно были связаны с государством. Это «Ленполиграфмаш» в Петербурге, который сотрудничает со «Сколковом», а также государственный культурный центр «Диалог» в Великом Новгороде. Они быстро решили, что лучше не связываться с человеком, который выражает антивоенную позицию.

Во Пскове у нас была площадка «Простория» — она частная, поэтому держалась дольше, но в последний момент тоже слилась. Мой продюсер подозревает, что, может быть, ей кто-то позвонил и сделал предложение, от которого она не могла отказаться. Понятно, что такие вещи никак не проверить, о них никто не говорит.

— О чем вы планировали рассказывать на этих лекциях?

— Это одна новая лекция, про социальный мозг. Я в ней рассказываю, почему людям и другим стайным животным так важно общество. Если у вас есть друзья, это повышает вашу выживаемость в эволюционном дарвиновском смысле, повышает вашу приспособленность и вероятность оставить потомство. Обратная сторона медали в том, что если вы испытываете социальное отторжение и остракизм, то это чудовищный стресс, поэтому люди, овечки и обезьянки готовы на всё, чтобы избегать отторжения, а лучше — наоборот, добиться социального признания. В том числе готовы делать странные и страшные вещи, если им кажется, что здесь так принято, о чем нам говорят классические эксперименты Соломона Аша, Стенли Милграма, а также современные исследования в том же духе.

— Связана ли тема лекции с атакой ботов или дело только в вашей антивоенной позиции?

— Понимаете, антивоенная позиция — это такая штука, которая проявляется во всех делах, поступках и высказываниях человека. В анонсе лекции про конформизм сказано, что люди делают чудовищные вещи под общественным давлением. Эта фраза так или иначе может наводить людей на мысль, что воевать в Украину они тоже идут под общественным давлением. И это тоже чудовищная вещь.

В анонсе этого не было заявлено прямо, но если у ботов есть какой-то интеллект, то они догадываются, что любое мое публичное высказывание — прямо или косвенно — антивоенная агитация.

— Как на вас и ваших слушателях отразился перенос лекций?

— Если бы лекции совсем отменились, то это была бы всеобщая фрустрация. Люди заплатили деньги, купили билеты — им пришлось бы ждать, когда вернутся деньги. Мы с организатором теряем кучу денег, потому что уже купили билеты [на транспорт], забронировали гостиницы и прочее. Плюс потери времени и нервов у всех.

Но поскольку мой великий продюсер нашел новые площадки во всех трех городах за оставшиеся до лекций три дня, нам удалось избежать всего этого.

У нас также появился медийный шум, потому что многие издания, включая прекрасную «Бумагу», написали про отмены, — благодаря этому мы продали все билеты. Мы искали площадки в последний момент, поэтому там была ограниченная вместимость. Если бы отмены случились пораньше, то и площадки нашлись бы побольше и продали бы еще больше билетов.

В итоге мы и финансово вышли в плюс, и эмоционально. Кроме этого, повысилось количество просмотров статьи в википедии про меня, а для любого публичного человека это число конвертируется в продажу книжек, билетов на лекции и прочую славу и гонорары. Здесь был эффект Стрейзанд — эта атака скорее принесла мне пользу: повысила цитируемость и укрепила репутацию.

— Почему вы решили провести «подпольные» лекции? Чья была идея не объявлять площадки до последнего момента?

— Не отменять лекцию — очевидное решение. К тому моменту шла продажа билетов, а значит, у нас уже были обязательства перед людьми. Если мы обещали им лекцию, то мы обязаны сделать всё зависящее от нас, чтобы мероприятие прошло.

Не объявлять адреса площадок — тоже очевидное решение, учитывая, что аж целых три площадки у нас испугались. Мы решили не подвергать стрессу прекрасных людей, которые пустили нас на свои новые площадки в последний момент. [Мы решили], что пусть лучше люди узнают место в последний момент, чтобы боты не успели провести свою информационную атаку.

Все свои площадки честно предупреждали, что такая фигня происходит, а площадки говорили нам: «Ну что ж, мы не боимся». Вообще, не так и много людей, которые боятся. Чего бояться-то?

— Множество музыкантов в России с вами не согласятся, что перенести выступление — самое очевидное решение.

— У меня есть долг перед аудиторией. Моя работа и жизнь полностью зависят от того, есть ли у меня аудитория. И она мне очень важна, у нас с ней тесная, взаимная и многолетняя эмоциональная связь.

Моя антивоенная позиция тоже этим обусловлена — моя аудитория есть и в Харькове, и в Киеве, и во Львове, и в Одессе, и в Петербурге, Пскове и Новгороде. Для меня одинаково ужасно, если любой из этих городов начинают бомбить. Если бы бомбили Новгород, то я точно так же бы говорила, что это плохо, немыслимо, недопустимо.

— Какие площадки согласились вас принять?

— В Новгороде — «Квартирники в Юрьево». Это дом в лесу со сценой. Туда можно приезжать на такси, а для крупных мероприятий они делают трансферы. И там атмосферно и можно сидеть на ступеньках лестницы с витыми перилами

В Пскове нам предоставила помещение студия звукозаписи Pointpsk. У них отличные катакомбы со звукоизоляцией, черепами таинственных зверей и росписями на стенах. Ее хозяин Яков Репп говорит: «Человек не должен бояться роботов, у Азимова целая философия на этот счет была».

Зрители в обоих случаях были в восторге, что разведали такое место, и я тоже.

А питерскую площадку мы не палим. Она говорит, что клиентов ей и так хватает, а без новых ботов переживет.

— Как был устроен процесс оповещения гостей о «подпольных» выступлениях?

— У нас была лендинговая страничка, на которой объяснялась ситуация и продавались билеты. Во время покупки билета нужно было оставить свои контакты, чтобы в день лекции с утра вам пришла рассылка по почте. Днем людям, купившим билеты, также приходила смс-рассылка. Везде в соцсетях и на странице с билетами был указан электронный почтовый адрес, на который можно было написать и спросить, если вам что-то не пришло. С него организаторы вручную отвечали.

В принципе, всё это сработало, все нашлись. Два человека мне написали в личные сообщения, и я им ответила. Мы возвращали деньги за билеты тем, кто решил, что новая площадка им неудобна, но таких людей было человека три-четыре, а все остальные отнеслись с пониманием.

— Какие у вас были опасения относительно проведения «подпольных» лекций?

— Серьезных опасений не было — я давно в профессии. Это не первый случай, когда меня массово ненавидят, травят и ведут в отношении меня скоординированные кампании. Такое было уже со стороны гомеопатов, креационистов, еще кого-то, сразу даже не помню.

Я знаю, что у таких людей пар в основном уходит в свисток (фразеологизм означает безрезультатность, малую эффективность каких-либо действий — прим. «Бумаги»). Шуметь в интернете все горазды, а переходить к реальным боевым действиям, тем более в адрес беременной женщины, окруженной поклонниками, пришедшими на ее лекцию, — это история маловероятная. Я бы искренне удивилась, если бы они пришли срывать мою лекцию, но наверное, присутствующие в зале молодые люди как-то их бы вывели.

— Как вы думаете, будете ли вы и дальше сталкиваться с отменами лекций?

— Скорее всего, да. Пока режим не рухнет, все, кто против войны, оказываются вне закона. Но у меня получилось счастливое стечение обстоятельств, что я на восьмом месяце беременности, поэтому я в любом случае собиралась сильно сбавлять свою лекционную активность.

— Планируете ли вы отъезд из России в связи с рождением ребенка?

— Вообще я бы хотела остаться в России. Я очень ее люблю, меня с ней связывает много жизни, чаяний и надежд. Уезжать я бы не хотела ужасно. Но, поскольку у меня скоро родится ребенок, то нужно смотреть на то, насколько здесь можно будет обеспечить нормальное будущее для него. В первую очередь оградить от безумной пропаганды, вот когда в детских садах детей выстраивают в виде буквы Z.

Сейчас мой план подождать пару лет. Посмотреть, что будет происходить на выборах 2024 года, как это будет воспринимать общественность. Посмотреть, как и чем закончится война. Если будет казаться, что всё плохо, но при этом я всё еще буду жива и на свободе, то тогда, думаю, через пару лет придется уезжать, чтобы ребенок не сталкивался вот с таким вот социумом. Но я очень надеюсь, что к тому моменту жизнь как-то нормализуется, морок спадет.

— Думали ли вы когда-нибудь, что можете столкнуться с отменой лекций из-за своих высказываний?

— Сейчас такое плохое время, когда все запуганы и стремятся умирать раньше смерти. Я не думаю, что к площадкам приходили люди из Центра «Э», показывали «корочку» и говорили: «Мы запрещаем вам проводить лекцию Аси Казанцевой». Если я привлекла их внимание, то они бы, скорее всего, начали с меня, а не стали бы косвенно воевать с площадками. Поэтому я думаю, что это просто были какие-то тролли, у которых много свободного времени, потому что нет ни девушки, ни любимой интересной работы — ничего. Им только дай волю кого-нибудь похейтить, у кого жизнь хороша.

Это история про check your privileges. Я человек с любимой, интересной, хорошо оплачиваемой работой, а люди, у которых есть время кошмарить площадки, — они, очевидно, не такие. Если бы у них была любимая работа, они бы ей занимались, а не чужие лекции срывали. Такого рода неудачники были всегда, но сейчас такое время, когда всем страшно, поэтому неудачники неожиданно приходят к власти и обретают влияние. Все настолько напуганы, что боятся каких-то троллей.

Я не думала, что будет такой страх. Никто не думал, что будет война, что будет такое безумие, но именно потому, что это всё вещи маловероятные и нестойкие, я не верю, что они будут продолжаться долго.

— Будут ли лекции отменяться чаще? И как это скажется на популяризации науки в России?

— Отмены научно-популярных лекций — вещь невыгодная в долгосрочной перспективе, в том числе самому государству. Чтобы у государства была какая-то экономика и она развивалась, нужно, чтобы люди думали не только о закручивании своей гаечки на конвейере, но и о том, как устроен мир. Когда общество в целом устроено так, что там принято думать и разговаривать об устройстве мира, то в этом обществе чаще появляются научные, технологические и бизнесовые прорывы.

Препятствовать свободе слова, свободе мысли и культурному обмену — это стратегия крайне невыгодная в долгосрочной перспективе. К сожалению, в нашей стране есть нефтяная рента, которая позволяет еще долго закручивать гайки и препятствовать интеллектуальным инновациям. Поэтому сейчас, как и в случае с войной, всё дело упирается в то, как быстро Европа перестанет покупать российское сырье и как быстро России придется менять власть, строить демократические институты и развиваться интеллектуально.

В ближайшее время будет больше отмен научных лекций. Все тренды негативные: власти изо всех сил пытаются закручивать гайки во внешней и внутренней политике. Эта система ненадежна и неустойчива. Думаю, в течение нескольких лет она не устоит. Я надеюсь.

Что еще почитать:

  • Как наказывают за протест в России-2022? Объясняем, что вам грозит за пост, общение в чате, пикет или стрит-арт. 
  • «Мы», обесценивание и высмеивание — как пропаганда влияет на язык и эмоции? Отвечает социолингвист

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Мобилизация
В России зарегистрировали новый иск об оспаривании мобилизации. Его подал 48-летний петербуржец
Более 200 тысяч человек мобилизовали в России, заявил Шойгу. Что еще рассказал министр обороны
На границах с Латвией и Эстонией развернули мобильные призывные пункты, рассказал губернатор Псковской области
«Я пересмотрела свой взгляд на государство». Жены мобилизованных — о том, как провожали мужей на войну
За полмесяца из России уехало минимум 300 тысяч человек. Как менялся поток автомобилей на границах: графики
Визовые ограничения
На финской границе развернули более 500 россиян после введения запрета на въезд для туристов. До этого отказы были единичными
Helsingin sanomat: финскую границу закроют для российских туристов сегодня ночью
Финляндия скоро запретит въезд всем российским туристам. Что об этом известно
«Они должны выступить против войны». Что говорят о бегущих от мобилизации россиянах в других странах. Обновлено
Сейм Латвии запретил продлевать ВНЖ россиянам, не владеющим латышским языком, а также выдавать рабочие визы
Давление на свободу слова
Обвиняемый по делу о «фейках» Борис Романов в четвертый раз не явился на заседание горсуда
Петербургскому депутату, просившему обвинить Путина в госизмене, пытались вручить повестку о мобилизации
Роскомнадзор заблокировал Soundcloud
Петербургская прокуратура потребовала признать движение «Весна» экстремистской организацией и запретить ее деятельность
В Ленобласти возбудили уголовное дело против жены активиста Правдина. Ранее его задержали из-за плаката «Русские, вы нелюди»
Свободу Саше Скочиленко
Обвинение Скочиленко опирается на экспертизу, где говорится, что Саша лжет, а военные РФ «гуманны». «Бумага» разобрала документ
«Имея предубеждение — неприязненное чувство…». Саше Скочиленко предъявили обвинение
«Вы совершили тяжкое преступление против государства». Как прошла встреча Саши Скочиленко и омбудсмена Агапитовой — две версии
Саша Скочиленко рассказала про типичный день в СИЗО — с обысками, прогулками в крошечном дворе и ответами на письма
Саше Скочиленко, арестованной по делу о «фейках» про российскую армию, срочно нужно обследование сердца
Экономический кризис — 2022
Сеть H&M закрыла треть своих магазинов в Петербурге
Россияне все чаще покупают криптодоллары, чтобы вывезти деньги из страны. Вот что нужно знать об этом финансовом инструменте
Курс евро на Мосбирже опустился ниже 52 рублей впервые за шесть лет. Что происходит?
Акции «Яндекса» и Ozon с начала войны подешевели на 73 %. Почему российский фондовый рынок уже неделю падает, а рубль нет?
Российский фондовый рынок продолжает падение на фоне новостей о мобилизации. Доллар также растет к рублю
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.