8 октября 2018

В Петербурге появилось первое Death Cafe, где люди разговаривают о смерти. Как устроены такие встречи и кому они могут помочь

В начале октября в Петербурге прошла первая встреча Death Cafe, на которой обычные горожане за чаем обсуждали смерть и свое отношение к ней. Регистрация на мероприятие закончилась за несколько дней, и на ближайшие встречи мест уже нет.

Кто и зачем придумал Death Cafe, какие правила действуют на встречах, могут ли разговоры об эвтаназии и трагедиях в семье менять отношение к смерти и чем объясняют популярность проекта в Петербурге? «Бумага» поговорила с основательницей петербургского Death Cafe, психологом Ольгой Сориной.

Ольга Сорина

Психолог, руководитель психологической службы для сотрудников НКО «Вдох», основательница Death Cafe в Петербурге

Как создавались первые Death Cafe в мире и как работающий с НКО психолог решила открыть его в Петербурге

Death Cafe — это международная инициатива. Всё началось в 2011 году в Великобритании. Веб-дизайнер Джон Андервуд почерпнул идею от знакомого антрополога, который работал над ритуалами, связанными со смертью и похоронами, и беседовал с пожилыми людьми об этом. Андервуд запустил первое кафе в Лондоне, а позже описал правила, чтобы и другие люди могли создавать Death Cafe по всему миру. Уже через год кафе появились в США, а позже и в других странах.

Правила достаточно стандартные. Важно сказать, что у нас ценз 18+ и то, что все участники и ведущий в том числе равны друг перед другом: там нет эксперта, который «знает больше». Все, кто открывает Death Cafe, должны соблюдать эти правила.

По своей специальности я в последнее время сталкивалась с сотрудниками некоммерческих фондов, которые занимаются онкологией. Я поняла, что большая часть их работы — это утрата: они работают с людьми, часть которых умирает вне зависимости от качества их работы. Это влияет на их состояние, они остаются с этим. Конечно, ко всему можно привыкнуть. Но с точки зрения психологии классно, когда можно это проговорить.

О проекте [Death Cafe] я узнала от московских коллег, которые занимаются им с 2016 года. Изначально у меня не было идеи реализовать его в Петербурге. Но потом я узнала, что для этого не требуется много усилий, и решила, почему бы и нет. Мне пришлось только хорошенько изучить правила проведения встреч на сайте [Death Cafe] и купить печенье и салфетки [для тех, кто может заплакать]. Еще, конечно, нужно было узнать предысторию Death Cafe, чтобы рассказать о нем пришедшим, интересоваться темой и немножко уметь взаимодействовать с группой. Кафе для встречи мы нашли быстро, так как это социальная инициатива. В итоге мы просто объявили о наборе, и всё закрутилось.

Как прошла первая встреча Death Cafe в Петербурге и кто на нее пришел

На первую встречу пришло 25 человек: студенты, врач-фармацевт, актер, психологи, журналисты. Были как те, кого действительно грузила эта тема, так и те, кто пришел, потому что это модно. Мы начали со знакомства с каждым, пришедшие рассказали, зачем им встреча. Так сформировалась первая тема для разговора: эвтаназия и то, насколько это этично, и где проходит грань между собственным решением и депрессивным порывом.

Мы сидели вокруг стола. Обсуждали и собственные утраты, и суицид, и разговоры о смерти чужих близких, и этикет при поддержке друга из-за чьей-то смерти. Поднималась и религиозная тема: врач рассказывала, как у нее совмещается вера в перерождение и естественно-научное сознание.

Оказалось, что тема смерти обширна: есть и бытовой уровень, и этический, и философский, и психологический, и физиологический. В какой-то степени мы обсудили каждый из них. Конечно, не все были согласны друг с другом в некоторых вопросах, но никто не осуждал: это запрещено правилами.

На встрече были люди, которые никогда бы не пересеклись в другом месте и не стали бы обсуждать смерть: если говоришь со знакомым, боишься открыться в полной мере или задеть чувства. Обычно в спорах люди хотят донести свою позицию, а здесь мы просто слушаем и рассказываем о своем опыте. У всех были разные представления о смерти, поэтому говорили много и, как мне показалось, не наговорились в полной мере.

Людей на встрече было многовато: я боялась, что группы придется разделить на две. Но все хорошо коммуницировали, так что этого не понадобилось. По рекомендациям Death Cafe в группе должно быть 15–20 человек.

Какие правила есть в Death Cafe и кому не рекомендуется приходить на встречи

Death Cafe не похоже на психологические тренинги, на которых люди садятся в кружок и решают проблему. Цель встречи — просто поделиться и послушать других. Цель очень простая, но как раз ее, как мне кажется, не хватает в жизни. Каждая встреча уникальна, потому что темы приносят люди, которые пришли именно в этот раз.

При этом у нас не терапевтическая группа. Мы здесь больше обсуждаем смерть вообще, с позиции личного опыта, своего отношения и своих переживаний. Тем, кто не так давно (месяц или два месяца назад) пережил утрату, мы не рекомендуем приходить — а идти в группу поддержки. Death Cafe не работает с острым горем.

На встрече говорить не обязательно. Так как не все готовы сразу обсуждать такие темы, человек может прийти и просто послушать: об этом можно сказать в самом начале.

Мы сохраняем конфиденциальность. То есть не фотографируем без согласия других участников, не записываем на аудио или видео их слова без согласия, не цитируем в фейсбуках, твиттерах и других публичных пространствах то, что обсуждалось, с указанием имен — опять же без согласия.

К тому же у нас не критикуют и не дают советы. И еще ничего не продают и не продвигают услуги, связанные со смертью. Задача — услышать и быть услышанным. Всё это нужно, чтобы больше ценить жизнь.

Почему в России люди мало говорят о смерти и может ли это быть вредно

Начать говорить о смерти [в обычной обстановке] достаточно сложно, даже если вы думаете о ней каждый день. Просто потому, что это может пугать других. Отчасти это связано с российской культурой, в которой не принято говорить о чувствах, а есть культ отрицания: «Да ладно, успокойся», «Всё будет хорошо», «Не переживай и не злись». А со смертью связано много сложных эмоций, с которыми нужно разобраться.

Например, я считаю себя психически здоровым человеком, но иногда думаю, что будет ужасно неудобно, если меня собьет машина, когда я иду забирать ребенка из школы. Сразу возникает вопрос: а кто его заберет, что случится дальше? Обсудить это бывает не с кем. Причем говорить об этом не хотят не только с ровесниками, но иногда даже с пожилыми.

Вообще экзистенциальный страх смерти так или иначе есть у всех людей. Мы рождаемся и в 4–6 лет потихоньку осознаем, что умрем и вообще все умрут. И это большая подстава, которую тоже надо принять.

Мы все так или иначе понимаем, что смерть есть. Если человек отрицает смерть, это уже что-то из области психоза. Но при этом, если мы не говорим о смерти как таковой, то можем начать тревожиться о том, что связано с жизнью. Например, мы можем не думать о смерти, чувствах, связанных с ней, том, как будем умирать, что будет после, — но подсознательно это будет нас тревожить. И косвенно это будет с нами в виде, например, боязни, что годы уходят, а времени не хватает. Если трактовать этот процесс с точки зрения психологии, это и есть страх смерти.

Как объясняют популярность Death Cafe в Петербурге и как открыть такой же проект в своем районе или офисе

В Москве Death Cafe идут уже два года. А у нас вышло так, что при открытии был полнейший ажиотаж: на две следующих встречи регистрация уже закончилась, а на третью заканчивается сейчас. Но я не думаю, что это из-за того, что «Петербург более депрессивный город». За неделю до открытия регистрации вышел материал «Медузы» [о Death Cafe в Москве и Воронеже], который, как мне кажется, подогрел интерес: люди узнали, что у нас происходит.

Пока у меня нет других планов и целей на Death Cafe. Думаю, с таким бодрым началом мы сможем собирать как минимум одну группу в месяц.

Сейчас мы существуем на пожертвования, которые нам по желанию оставляют пришедшие. Эти деньги (небольшие суммы) распределяются между создателями: сейчас нас трое, но в будущем мы планируем расширить команду до пяти — еще добрать людей, занимающихся соцсетями. Мы их тратим на проезд и печеньки для людей. И еще это дополнительно мотивирует заниматься созданием мероприятий, конечно.

Другие люди также могут открывать в Петербурге Death Cafe. В Москве, например, есть одно Death Cafe Moscow и два районных Death Cafe. Если кто-то хочет, он может так же прочитать правила и открыть что-то похожее на московское, или что-то узкоспециализированное: например, только для своих коллег или только для ЛГБТ.

Мне кажется, что это проект с долгосрочной перспективой. Видно, что людям это интересно. При этом культура отношения к смерти у нас не так развита, как в Европе или США. Там сейчас спокойно проводятся конференции на тему грамотного умирания, кладбища могут устраивать праздники, а хосписы существуют уже полвека. У нас же только возникает мысль, что можно умирать с достоинством и спокойствием.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Вся лента

все новости
Читайте еще
«Не уверена, что мы все будем жить». Дневник школьницы из Ленинграда — о блокаде, любви и смерти отца
«Смерть — это еще не конец»: как живут семьи погибших в авиакатастрофе над Синаем спустя два года и кто их поддерживает
«Убийство для полицейских — брак в работе»: как петербуржцы погибают в отделах полиции
Вторая волна коронавируса
«Без работы остаются десятки тысяч петербуржцев»: владельцы детских игровых центров попросили Беглова не запрещать их работу
«Тенденции к снижению заболеваемости нет»: напряженная ситуация с коронавирусом в Петербурге может сохраниться до весны, рассказали в Роспотребнадзоре
На 24 петербуржца составили протоколы за нарушение масочного режима в транспорте после ужесточения ограничений
Прививку от COVID-19 уже можно сделать в Москве. Участники испытаний вакцины, которую будут использовать и в Петербурге, рассказывают о программе и своем самочувствии
Какие слухи про коронавирус популярны в России и почему люди распространяют «советы Юры из Уханя» и «письмо бельгийских врачей»? Рассказывает исследовательница фейков
Поддержка протестующих в Беларуси
Беларусь объявила Тихановскую в межгосударственный розыск за призывы к свержению конституционного строя
На «Марше гордости» в Беларуси задержали почти 600 человек, сообщают правозащитники
В Минске произошли столкновения милиции и протестующих. На акциях задержали несколько десятков человек, в том числе журналистов
В Петербурге прошла акция солидарности с протестующими в Беларуси. Ее участники проехали по рекам и каналам с бело-красно-белыми флагами
В центр Минска стянули автобусы с силовиками, бронетехнику и водометы. На акции протеста накануне в городе задержали около 400 человек
Коллеги «Бумаги»
Документальное кино о женщинах в ожидании свободы
В московских школах из-за ковида пожилых учителей заменят студентами
Надежда малых городов
Отравление Навального
Путин заявил, что лично дал поручение выпустить Навального на лечение за границу
Евросоюз ввел санкции против нескольких российских чиновников из-за отравления Навального
Из-за чего обвалился рубль, как на него повлияло отравление Навального и будет ли доллар по 100? Рассказывает экономист
«Санкции против всей страны не работают». Навальный призвал ЕС ввести санкции против окружения Путина
Эксперты ОЗХО подтвердили, что Алексея Навального отравили «Новичком»
Конфликт баров и жителей Рубинштейна
Улица Рубинштейна будет пешеходной в выходные только ночью. В праздники — целый день
Улица Рубинштейна официально станет пешеходной по выходным и в праздники с 20 октября
За порядком на Рубинштейна теперь следит союз владельцев баров: они наняли ЧОП и запустили «горячую линию». Но местные жители считают, что это не защитит их права
На Рубинштейна постоянно проходят уличные вечеринки, где веселятся сотни людей. Местные жители жалуются на шум, а полиция устраивает рейды
Жители Рубинштейна попросили ужесточить правила работы летних кафе во время пандемии
Озеленение Петербурга
У дома Бассейного товарищества активисты высадили 12 лип. Местные жители долго не могли получить согласование на посадку деревьев
Петербургские активисты высадили каштаны на площади Шевченко в Петроградском районе
Смольный продлил компании «Анна Нова» аренду участка в Муринском парке до августа 2024 года, сообщают активисты
Кто и как борется за сохранение деревьев в Петербурге и почему в городе так мало зелени
Петербуржцы убрались и посадили многолетние растения во дворе на Загородном проспекте
Закон о «наливайках»
В Петербурге предложили запретить выдачу двух «алкогольных» лицензий на одно помещение. Это запретит магазинам ночью продавать спиртное в розлив
В Закс Петербурга внесли новый проект закона о «наливайках». Требование о 50 квадратных метрах будет касаться только заведений в домах массовой серии. Обновлено
В центре Петербурга могут разрешить работу баров площадью более 20 квадратных метров, сообщила рабочая группа по «закону о наливайках»
Закон о «наливайках» могут смягчить. Барам меньше 50 метров разрешат работать, если они находятся в историческом центре
Беглов посетил петербургский бар Spontan, попадающий под закон о «наливайках». Губернатор выпил там соку и пригласил владельца на встречу в Смольном

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.