20 лучших саундтреков всех времен и народов по версии Артемия Троицкого. Часть первая
Артемий Троицкий, журналист и музыкальный критик, прочитал в Imagine Club лекцию о мировой киномузыке. Знаменитая песня на наркоманском жаргоне и мелодия из полуторачасовой рекламы «Мустанга», песня первого секс-символа в мировом кинематографе и перепетая ария из итальянской оперы: на примере собственного хит-парада Троицкий рассказывает о главных саундтреках в истории и о том, как менялась и от чего зависела музыка для кино. «Бумага» публикует первую часть его выступления.
Фото: Иван Сапков / Sad Wave
Чтобы лекция о кино была не слишком скучной и академичной, я решил построить ее в виде хит-парада. Я представлю двадцатку лучших саундтреков, лучших кинотем всех времен и народов. Начнем, разумеется, с конца и пойдем по восходящей. Критических замечаний, конечно, будет много — великих киномузык много, а двадцать — это двадцать, пришлось себя ограничивать.
Начну я, впрочем, с трека номер двадцать один. Может быть, вы знаете, у меня есть интернет-телевизионная программа «Опыт рока: год за годом», там у меня двадцать одна лучшая песня и тридцать один лучший альбом. На двадцать первое и тридцать первое места я обычно ставлю то, что, в общем-то, должно быть упомянуто, но не вполне заслуживает попадания в число самых лучших. То же самое и здесь.
Оценивать фильмы я не очень хочу, поскольку не считаю себя специалистом и киноманом: как среднекультурный человек я хожу в кино, какое-то представление об искусстве кинематографа имею, но экспертом себя не считаю. Но иногда я все же буду срываться и давать какие-то комментарии относительно фильма.
Я считаю Квентина Тарантино очень хорошим режиссером, но сильно переоцененным: я знаю кучу режиссеров круче, чем Тарантино, но не с такими громкими именами.
Чем хорош Квентин Тарантино? Тарантино хорош, а, может быть, и плох тем, что ввел в моду использование в фильмах в как бы оригинальном саундтреке давно известные вещи. До этого обычной практикой было то, что снимается фильм: есть сценарий, режиссер, актеры, актрисы и есть композитор, который пишет для этого фильма музыку. Потихонечку вместо композитора начали использовать всякую уже существующую музыку. Сначала это было очень экзотической и мало используемой практикой, но с подачи Квентина Тарантино и конкретного его фильма Pulp Fiction этот подход стал общеупотребимым.
Это место я, скажу честно, отдал не без соображений политкорректности. Мы находимся в замечательном городе Санкт-Петербурге, бывшем Ленинграде, где жили несколько великих кинокомпозиторов. Один из них — это Сергей Курехин, другой, тоже, к сожалению, уже покойник — это Андрей Петров.
Петрова я лично знал, он мне всегда очень нравился — милейший человек и совершенно фантастический композитор. Удивительный мелодист, он известен в первую очередь по нескольким песням. Песня из фильма «Путь к причалу» («Если радость на всех одна») — Андрея Петрова, он известен и по музыке из кинофильма «Берегись автомобиля». Но моя любимая киномузыка Петрова и вообще одна из моих самых любимых советских киномузык — это песня из кинофильма «Человек-амфибия».
Все, наверное, смотрели этот фильм по телевизору, в каких-то ностальгических программах. Я смотрел, когда его надо было смотреть, а именно в начале 60-х, на большом экране. Когда «Человек-амфибия» шел в советских кинотеатрах, залы были забиты: очень много людей хотело посмотреть на западную жизнь, так как ее показывали в этом фильме, на красотку Вертинскую и на красавца Ихтиандра (я не знаю, как звали этого актера). И песни из кинофильма были, конечно, одной из главных приманок для картины.
Песня «Эй, моряк» — это такой первый советский прото-рок-н-ролл. Лихую вокалистку зовут Нонна Суханова. Что еще она спела, я не знаю, но, в принципе, одной этой песни достаточно, чтобы потомки ее запомнили. Песня звучит, по-моему, в сценах экшена в злачных местах, которые в то время были для всякого советского человека в высшей степени желанным бескультурным досугом.
1930 год — первый немецкий звуковой фильм. До начала 30-х годов фильмы были немые и если там и звучала музыка, то исключительно живая: шло немое изображение с Чарли Чаплином, Гарольдом Ллойдом и так далее, и таперы играли всякую живую и драматичную музыку. С 29 года в Америке и чуть позже — в Европе начали производиться звуковые фильмы, где уже были и диалоги, и песни.
В Германии, которая в то время еще не была, к счастью, фашистской, вышел фильм Джозефа фон Штернберга «Голубой ангел». Отличный фильм про всяческую аморалку, там есть опять же певичка вроде этой Нонны Сухановой, которая соблазняет молодого учителя. Все это происходит в небольшом немецком городке, в общем, классика.
Певичку играет Марлен Дитрих, которая с этого момента фактически стала первым секс-символом мирового кино: до этого никто не демонстрировал в кино нижнее белье — чулочки, все эти аксессуары, которые не помню, как называются, — все то, что мы привыкли видеть в клипах группы «Блестящие» и тому подобных произведениях. Марлен Дитрих там играла не только певичку из кафе-шантан, она еще и пела. Песни были очень хорошие, их написал замечательный немецкий композитор, главный германский поп-композитор 30-х Фридрих Холлендер.
Переносимся из 1930 в 1997 год. «Пятый элемент» Люка Бессона, наверное, самая известная картина режиссера. Музыку написал Эрик Серра, очень знаменитый французский композитор, специализирующийся как раз на киномузыке. Он написал много разной музыки, но саундтрек к «Пятому элементу», наверное, самый развеселый. А самый симпатичный, по крайней мере, на мой вкус, эпизод — это ария дивы Плавы Лагуны, помеси женщины и пирата Карибского моря, полуосьминога.
Арию исполнила очень известная албанская оперная певица по имени Инва Мула: сначала она спела арию Лючии ди Ламмермур из одноименной оперы итальянского автора Доницетти, а потом эта самая тоскливейшая оперная ария (я считаю, что итальянская опера — это умереть можно от тоски, как скучно, ненавижу ее всю жизнь) переходит в более затейливую вещичку в фильме, которая, к сожалению, длится очень недолго.
Изначально на семнадцатом месте у меня стоял Бернард Херрманн и прелюдия из фильма Хичкока «Головокружение» или музыка из фильма «Психо» того же автора. Но так как я решил, что надо, чтобы было больше любимой и знакомой музыки, то выбрал своего любимого песенного киноавтора.
Этот композитор никогда не тусовался, не выпячивался, мало кто знает, как он выглядел. Но он написал больше шикарной киномузыки, в первую очередь песен, чем кто бы то ни было. Он написал песни ко всем комедиям Гайдая, включая «А нам все равно», можно сказать, альтернативный гимн нашей страны. Я говорю, конечно, о Геннадии Гладкове. Его у нас не особо знают, он был скромным человеком.
При всей своей любви к произведениям из кинокомедий, на мой взгляд, вершина кинотворчества Геннадия Гладкова — это музыка к кинофильму «Обыкновенное чудо». Этот фильм, конечно, похуже комедий Гайдая, говорить нечего, но музыка там потрясающая, причем она показывает Гладкова не только как эксцентричного композитора, композитора-комедиографа, но как практически классика. Очень красивая, как бы барочная поп-музыка высшего качества.
К сожалению, музыка Геннадия Гладкова до сих пор нигде, кроме России, не известна. Если бы какой-то продвинутый западный лейбл обнаружил его музыку, я думаю, люди бы оказались под сильнейшим впечатлением и начали бы штамповать его пластинки в больших количествах.
Опять же, у меня на этом месте стоял Джон Карпентер с музыкой из ужастика «Хэллоуин», но я решил, что у нас и так много американцев — давайте немного разнообразим нашу географию.
Какая индустрия самая мощная в мире? Если вы думаете, что это Голливуд, вы сильно ошибаетесь. Это Болливуд. А вторая по количеству выпускаемых художественных фильмов индустрия — Нигерия. И только на третьем месте уже Соединенные Штаты Америки. Это действительно так, в Нигерии снимается несколько тысяч художественных фильмов в год, естественно, средний бюджет там, я думаю, тысяч десять долларов. Какого качества нигерийские фильмы я не знаю, как и что там за музыка, — наверное, не очень хорошая.
Зато в индийских фильмах музыка прекрасная. Могу сказать без всякого снобизма и стеба: я очень люблю индийские фильмы. Я, вообще, очень люблю индийскую культуру и считаю ее в каких-то смыслах гораздо выше европейской. Индийские фильмы нужно понимать чуть глубже, а для этого нужно знать индийские традиции — там нет ничего случайного: наклон головы, поворот ладони, одежда, цветы — для любого нормального индуса все это наполнено очень глубоким смыслом.
В Индии очень много прекрасных кинокомпозиторов. Самые известные — Рахман и Бурман. Это два классика. Рахман (он написал музыку к фильму «Миллионер из трущоб») сильно прославился: по его киномузыке даже мюзиклы идут.
Композитор, которого я почетным образом поместил в свой рейтинг, это Баппи Лахири. Он оказался первым, наверное, индийским композитором-модернистом. Лахири совместил классическую индийскую оркестровку — полуэтническую, полусимфоническую — с электрогитарами и психоделикой.
Первые треки были экспериментальной подборкой, дальше у нас пойдет уже железобетонная классика.
Песня из фильма Дэвида Линча Eraserfead появляется в момент, когда среди ужаса и мрака вдруг возникает странная девушка кукольного вида и начинает петь наивную, как бы детскую песенку. Она называется In Heaven (Everything Is Fine).
Эту песню знают все любители культового кино и культовой музыки. Ее сочинил малоизвестный тип по имени Питер Айверс, поет ее совсем неизвестная женщина по имени Лорел Ниа. Это очень знаменитая песня. Притом что она длится всего пять секунд, на нее есть множество всяких кавер-версий различных культовых артистов.
Патриотизм рулит — у нас снова русская музыка. Речь идет о музыке Эдуарда Артемьева к фильмам Андрея Тарковского. Он написал музыку к трем фильмам Тарковского — к «Зеркалу», «Солярису» и «Сталкеру». На мой взгляд, и лучший фильм из этой тройки, и лучшая музыка — это «Сталкер». По мнению некоторых, это вообще лучший фильм в истории если не мирового, то, по крайней мере, русского кино.
Эдуард Артемьев, в простонародии Леша, композитор-электронщик. В то время у нас в Советском Союзе почти не было электронной музыки: в Питере, как мне известно, ее не было вообще, а в Москве была полуподпольная студия электронной музыки имени Скрябина (полубезумный композитор-модернист Скрябин экспериментировал и с цветомузыкой, что уж говорить об электронике). Под невинным именем композитора Скрябина скрывалась группа бородатых и волосатых подпольщиков, в частности, Леша Артемьев, Володя Мартынов и так далее. Они писали авангардную музыку на самодельных советских синтезаторах, в том числе и на синтезаторе АНС (назван по инициалам Скрябина). АНС был уникальным — это оптический синтезатор, звуки извлекались из закопченного стекла. В это трудно поверить, но факт: я сам это делал, так как дневал и ночевал в этой студии.
Так вот, Артемьев писал музыку для фильмов Тарковского — совершенно нестандартную и непривычную по тем временам музыку не только для Советского Союза, но и вообще.
Еще один легендарный фильм, который в последнее время подзабыли, хотя он отлично укладывается во все эти экологические, глобалистские и прочие популярные сегодня концепции. «Кояанискатси» Годфри Реджио — это полнометражный документальный фильм 83 года об ужасах современной цивилизации. Он в свое время страшно нашумел и произвел впечатление на огромное количество людей, которые впоследствии стали заниматься экологией, природоохранными, антиглобалистскими и прочими вещами. «Кояанискатси» — это слово из лексикона американских индейцев и означает оно что-то вроде «встревоженный мир» или «мир, в котором все не в порядке». Фильм о том, как люди губят нашу планету.
Музыку к фильму написал современный композитор-классик, американец Филип Гласс. Я не очень люблю его творчество, потому что минимализм мне не очень интересно слушать, скучно, так же, как слушать клубную музыку. Но под нее хоть плясать можно, а что сделаешь под минимализм? Но именно конкретно этот саундтрек очень мощный. Там, с одной стороны, имеется филипглассовский минимализм, а с другой, американский индейский ужасающий шаманизм. Голландец Альберт де Рюйтер очень густым голосом, как мантру, поет «Кояанискатси».
83-й — как раз очень симпатичный период в жизни Филипа Гласса: в это время он увлекся рок-музыкой, новой волной, стал дружить со всякими нью-йоркцами, с Лори Андерсом, и даже продюсировал одну нью-вейв-группу. В этот период творчество приобрело немного человечности, в музыке к фильму «Кояанискатси» это чувствуется.
На тринадцатом месте фильм Клода Лелуша «Мужчина и женщина» с музыкой Фрэнсиса Лэя 1966 года. Мало кто знает, что этот фильм — сильно растянутый рекламный ролик автомобиля «Форд Мустанг». Это то, что называется product placement, компании «Форд». Они как раз двинули в Европу свою самую популярную американскую модель: в Америке она продавалась очень хорошо, была хитом номер один, а в Европе совсем нет. И в «Форде» решили использовать новое модное французское кино, молодых красивых актеров и, естественно, секс, секс и секс.
В Советском Союзе этот фильм был гипермега, он был все. Это была любимая картина всех советских женщин, предмет зависти всех советских мужчин. «Мустанг», пляжи города Давиль и вся эта запредельная галантность проходили вот под эту музыку.
Я, в принципе, не углубляюсь в дебри, говоря о том, зачем в кино нужна музыка, понятно, что музыка для разного нужна, музыка разная важна. Песня из «Мужчины и женщины» — пример музыки, которая создает определенную атмосферу, настроение, которое гармонирует с визуальным образом, замыслами режиссера, сценариста и продюсера, конечно.
Но это не единственное, что делает музыка в кино. Бывают фильмы, в которых музыка играет главную и самодостаточную роль. Не атмосферическо-иллюстративную, музыка является не гарниром, а куском мяса, как в музыкальных фильмах. Это очень старый жанр, многие из первых звуковых фильмов были как раз музыкальными. Например, первый советский звуковой фильм — «Веселые ребята».
Как это ни парадоксально, но, по моему мнению, в таких фильмах музыка как раз бывает довольно плохой. Есть порядка дюжины фильмов с Элвисом Пресли, в которых он в разных местах поет песенки и пляшет, — ничего хорошего в них нет. В СССР был дико популярен, например, фильм «Пусть говорят» с испанским певцом Рафаэлем. Четыре музыкальных фильма имеется у группы «Битлз» — Hard Days Hight, Help, Magical Mystery Tour и Yellow Submarine. Опять же, ни великими произведениями киноискусства, ни великими саундтреками они не стали.
Считается, что самый популярный фильм всех времен — это The Sound of Musiс, который лично я ни смотреть, ни слушать вообще не могу: все эти тирольские напевы — это полный мрак.
Есть исключения. Например, Blues Brothers 80 года с покойником Джоном Белуши в главной роли. В этом фильме участвуют выдающиеся исполнители в стиле blues & soul. Фильм очень динамичный и с правильным моральным месседжем, таким благородно-благотворительным. Эта картина в принципе подняла весь жанр классического rythm & blues
В нашей компании в Москве, пожалуй, не было фильма популярнее Blues Brothers. Тогда как раз появились первые видеомагнитофоны, в частности, он был у моего друга Липницкого. Кто-то смотрел «Эммануэль», кто-то мордобои, а мы — Blues Brothers. Весь питерский рок — Майк, Гребенщиков — все жили у Липницкого дома и смотрели этот фильм. Какждый увидел его раз по двадцать минимум.
Из прекрасного саундтрека к фильму я выбрал, наверное, самый трогательный номер исполнителя, который уже умер, — выступление в Blues Brothers было его лебединой песней. Это потрясающий американский свинговый певец 20–30-х годов по имени Кэб Кэллоуей и его песня Minnie The Moocher (Minnie The Moocher — это девушка, распространитель наркотиков. Вся эта песня — о наркоманской тусовке, вся напета на наркоманском жаргоне.)
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

НОВОСТИ

все новости