16 ноября 2022

«Мы хотим стать важной частью культурной среды». Как семья петербуржцев эмигрировала в Стамбул и открыла там книжный

После начала полномасштабной войны в Украине петербуржцы Саша и Олег Черноусовы вместе с дочерью уехали в Стамбул. В турецком мегаполисе они открыли магазин Black Mustache с книгами об истории искусств и дизайна на разных языках. Пара хочет сделать проект местом, где смогут собираться люди разных национальностей для обсуждения общих интересов и идей.

Саша и Олег рассказали «Бумаге», как им удалось открыть книжный магазин без турецкого гражданства и выйти в плюс по прибыли, а также почему они стараются не строить планов.

Фото: Никита Стародубцев

Почему петербуржцы переехали в Стамбул и столкнулись ли с проблемами при эмиграции

— Вы были в Стамбуле до переезда?

Олег: Саша была в Стамбуле 15 лет назад, а я — никогда. Мы мечтали побывать в этом городе вместе и строили планы еще до пандемии коронавируса.

Саша: Стамбул произвел сильное впечатление еще в первую мою поездку. 15 лет назад он был совсем другим: по улицам ходили хасиды, турки танцевали народные танцы, вокруг них гуляли панки, а феминистки устраивали акции. И такая смесь культур и политических взглядов до сих пор никуда не пропала. Здесь собрались совершенно разные культуры, и при этом они уживаются вместе.

Стамбул тогда был похож на волшебный город из фантастического фильма. Я думала, что было бы здорово переехать сюда. Но потом в Турции случился правый поворот. Однако тогда мы еще не знали, какой может быть правый поворот у нас самих в России.

— Что стало для вас решающим событием, после чего вы решили уехать из России?

О: Когда началась война, мы сразу же начали думать, что делать. Но поворотным событием стало высказывание [26 февраля 2022 года] Дмитрия Медведева о возвращении смертной казни. До этого в России уже поднимали этот вопрос, но тогда не было войны, а РФ еще была членом Совета Европы.

С: Мы еще в 2012 году анализировали исторические процессы и решили определить для себя точку, после которой должны уехать. Тогда мы выбрали обсуждение возвращения смертной казни. Это казалось невозможным и нереальным — мы думали, что никогда не уедем со своей любимой Петроградки. Но вот мы в Стамбуле и всей семьей учим турецкий язык.

В России правда хотят вернуть смертную казнь? ↓

Нет, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков рассказывал ТАСС, что в Кремле не обсуждают вопрос о снятии моратория на смертную казнь. Для возвращения смертной казни в России необходимо принять новую Конституцию, заявил председатель Конституционного суда Валерий Зорькин на Петербургском международном юридическом форуме в июне 2022 года.

Об этом рассуждал Дмитрий Медведев — после приостановки членства России в Совете Европы, а также в публикации о поджогах военкоматов.

Фото: Никита Стародубцев

— Были ли у вас проблемы в России из-за политической позиции?

С: В последнее время нет. Во время ковида мы никуда не ходили. И после него мы старались себя обезопасить, так как ставки очень выросли. Можно попасть в тюрьму, а у нас дочь еще ходит в школу.

Иногда вспоминаю, как мы ходили по Невскому с маршами, участвовали в акциях без согласования. И это было нормально. А сейчас невозможно. В России потрясающие люди, готовые рисковать. Но в последние годы мы не были в их числе.

— Как ваша дочь отреагировала на переезд?

С: Она недавно сказала нашей подруге: «Я же ребенок, я же не могу остаться в Петербурге без родителей». Конечно, ей тяжело и одиноко, но она справляется.

У нее было много школьных друзей в России, сейчас она находит новых в Стамбуле и говорит с ними по-турецки, хотя это сложно. Она очень умная, смелая и добрая девочка. Нам очень с ней повезло.

— Вы сталкивались с русофобией или проблемами при эмиграции?

С: Про русофобию я слышала только от родителей, которые остались в России. Кто-то рассказывал о дискриминации, но мы лично с этим не сталкивались. Бывают объективные проблемы, связанные с санкциями и законами, но от людей никакого давления нет. У меня даже есть друзья из Одессы, которые переживали за нас, хотя сами находились под бомбежками.

Мы не отказываемся от своего [российского] гражданства. Так сложились обстоятельства, мы не смогли на них повлиять. Но вообще, нам очень повезло: у людей в Стамбуле есть «прививка эмпатии» к беженцам из стран-агрессоров. Они готовы помогать и принимать. Иногда ты действительно не можешь уже ничего изменить в своей стране даже ценой своей жизни, и люди в Турции это понимают и сочувствуют, а не осуждают.

Тут мы познали опыт миграции. У меня есть друг, гражданин Узбекистана, который рассказывал о своих испытаниях при получении документов в России. В Турции это намного проще. Сотрудники госучреждений тут помогают, переводят всё, что ты не понимаешь, никого не оскорбляют и не держат на улице специально, не обслуживая.

В общем, не нам, эмигрантам из России, сейчас жаловаться на проблемы с миграционной политикой в других странах.

О: Надо понимать, что никто тебе ничем не обязан, потому что ты гость в чужой стране. Ответственность за коммуникацию лежит на тебе. А люди в основном со своей стороны добрые и открытые.

Почему открыть книжный бизнес в Турции оказалось проще, чем кажется

— Почему вы решили открыть книжный?

О: По образованию я историк искусств, а Саша — фешен-дизайнерка. Но книги всегда были важной частью нашей семьи. У меня, например, был опыт работы в книжном, но не в собственном.

Мы сразу поняли, что точно сможем этим заниматься: у нас есть контакты и связи с издательствами после работы в российских книжных, которые мы можем использовать. Каждый из нас привносит что-то уникальное в общее дело: Саша делает дизайн и сайт, ищет книги по дизайну и фешену, а я выбираю книги по искусству и разбираюсь с техническими моментами.

Наш книжный — для всех, кто интересуется миром искусства, моды, архитектуры, фотографии и визуальных искусств.

С: Когда мы приехали, Олег выглядел очень собранным и даже иногда счастливым. Меня же переезд подкосил: я не понимала, что делать. Меня разочаровало сообщество, в котором я варилась до этого в России. Лучшее, на что я могла рассчитывать от представителей моей профессии, — это совсем не разговаривать о политике.

Еще я не могла найти работу в Турции. Делать книжный вместе — это лучший расклад. Мне было бы тяжело представить, что в новом городе мы не будем видеть друг друга целыми днями. Функциональная семья всегда поддерживает, с ней легче проходить кризисные моменты.

— Сколько за день к вам приходит посетителей?

О: От 15 до 30 человек. В будущем, конечно, хочется больше, но мы пока что не загадываем точных чисел. Проходка разная в зависимости от дня недели: по выходным больше, по будням меньше. Но так происходит везде. У нас довольно большой уровень конверсии — почти все посетители покупают книги.

К нам приходит много турецких граждан, не только российские экспаты. Они радуются, что в их районе открылся книжный с книгами на английском языке. В азиатской части Стамбула такого не было, как нам кажется. В этом городе живут почти все национальности мира, и книга становится для них универсальным языком.

Мы стараемся общаться с посетителями на турецком, но пока что у нас не хватает его знания для обсуждения книг. Спасает, что все знают английский.

Большинство наших книг — на английском. Также есть книги на турецком, русском, немецком, французском, испанском и других. Мы стараемся работать с книгам на английском, так как большая часть работ по искусству выходит именно на этом языке.

С: У нас еще нет рекламы. К нам заходят знакомые и проходящие мимо люди. Мы общаемся со всеми посетителями как с друзьями и угощаем их чаем. Многие уже заходят просто так — пообщаться. И в будущем мы хотим стать не просто книжным магазином, а важной точкой на карте района Кадыкёя, где мы находимся, и частью культурной среды города.

Наши книги стоят от 20 лир [примерно 64 рубля] до 2 тысяч [примерно 6500 рублей] лир. В Турции средняя зарплата ниже, чем московская или европейская, но местные знают цену хорошим книгам и не жалуются, что они слишком дорогие. У нас подготовленный читатель.

Есть ощущение, что насчет турецких людей существуют обесценивающие предрассудки, из-за чего важные и нужные вещи просто не доходят до многих. Здесь очень насыщенная культурная и социальная жизнь. В Стамбуле, например, оппозиционный мэр, здесь существует политическая жизнь и противостояние. А еще мне нравится, что в Стамбуле не призывают оппозицию объединиться — все отстаивают свою точку зрения.

— Как вам удалось открыть свое дело в Турции без местного гражданства?

О: Люди могут открывать компании в разных странах и без гражданства. Существуют определенные правила и нюансы, но это не запрещает владеть бизнесом. В Турции ты должен получить специальное разрешение и соответствовать финансовым показателям: например, наш уставной капитал должен быть больше, чем у местных. Иностранец не может открыть ИП, но существует «общество с ограниченной ответственностью», которое когда-то для этого и создали.

В нашем случае не было никаких специфических проблем — мы столкнулись с бюрократией, но это всё легко решаемо. Тем более в Турции сотрудники государственных учреждений всегда готовы помочь и несколько раз объяснить, что нужно делать.

— У вас уже есть прибыль?

О: Мы работаем чуть больше месяца, но уже в плюс. При этом не считаем ту часть денег, которую мы проинвестировали в самом начале — около 100 тысяч лир [примерно 324 тысячи рублей], — она позже вернется. Текучка показывает плюс — это главное.

Также мы сами работаем в магазине — у нас нет сотрудников, которым нужно платить зарплату.

Обычно первый месяц работы показывает хорошие результаты, а потом идет спад. И это будет повторяться: ты что-то улучшаешь, а затем всё снова меняется. Например, по своему опыту работы в книжных могу сказать, что в ноябре книги плохо покупают, в декабре и январе — хорошо, а в марте снова плохо.

— Как вам поставляют книги?

О: Мы работаем напрямую с иностранными издательствами. Это сложная история доставок, но мы знаем, как это делать, благодаря моему опыту.

У нас есть консолидационные склады в других странах, где собираются заказанные книги, шипер, который находит суда или машины для доставки грузов, помощник брокера для «растаможки» и доставка по Стамбулу. Из Европы книги доезжают до нас примерно за неделю. Главное набрать побольше веса, чтобы уменьшить накладные расходы.

Что петербуржцы думают о будущем и возвращении в Россию

— Вы хотите вернуться обратно в Россию?

О: Хочется иметь возможность вернуться и верить, что когда-то мир будет без границ и там тебя не будет волновать вопрос безопасности — у всех будет возможность перемещаться по миру без каких-либо проблем.

— Какие у вас планы насчет книжного и жизни в Турции?

О: Будущее очень туманно и сложно что-то в нем увидеть. Если работаешь хорошо и тебе нравится твое дело — уже отлично.

С: Какой тут может быть горизонт планирования? Нужно просто делать то, что ты делаешь, быть ответственным за сегодняшний день и решать проблемы по мере поступления.

Открытие нашего магазина — это не история успеха миллионеров до 30 лет. Во-первых, нам уже больше 30. Во-вторых, мы лишь делаем то, что можем, на том месте, где оказались, и с теми ресурсами, которыми нам посчастливилось обладать.

Конечно, у нас есть мечты и планы. Но у нас также есть опыт родительства. Все родители знают, что у тебя могут быть потрясающие планы — но это лишь вектор, а не то, что точно должно произойти.

PaperApp — наше приложение с лучшими местами на карте города 🍕🌳🏨

Скачивайте, читайте советы «Бумаги» и пользователей, а также делитесь своими рекомендациями. Версию для Android можно найти тут, а для iOS — здесь

Что еще почитать:

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Военное положение
Затоплены, замусорены и сокрыты. В каком состоянии бомбоубежища Петербурга — и почему большинство горожан их не найдет
В Петербурге почти месяц действует военный «режим базовой готовности». Что это такое? И касается ли он горожан?
Россия проводит ядерные учения. Что об этом нужно знать
«Меры безопасности усиливаются». Беглов — о режиме базовой готовности в Петербурге
«Медуза» получила методичку Кремля о том, как «правильно» говорить о военном положении и разных режимах готовности. Что в нее вошло?
Мобилизация
«Или вы едете, или в тюрьму». В Петербурге двое мобилизованных пожаловались на отказ в госпитализации. По их словам, их готовят к отправке в неизвестном направлении
Беглов поздравил мобилизованных с окончанием военной подготовки и отправкой на фронт
Петербуржец побывал на войне, досрочно расторг контракт, а теперь пытается отменить решение о мобилизации, пишет «Фонтанка»
«А где в православии указано, что вы не должны убивать человека?» Как суд отказал в АГС мобилизованному Кириллу Березину
В Петербурге полиция меняет протоколы протестовавших против мобилизации. Так их можно привлечь к ответственности в 2023-м
Визовые ограничения
Президент Финляндии заявил о бессрочном запрете на туристические визы для россиян
Финляндия собирается строить забор на границе с Россией. Каким он будет и сколько займут работы?
Чехия ограничит въезд для российских туристов с 25 октября
На финской границе развернули более 500 россиян после введения запрета на въезд для туристов. До этого отказы были единичными
Helsingin sanomat: финскую границу закроют для российских туристов сегодня ночью
Давление на свободу слова
Правозащитный центр «Мемориал» исключили из государственного реестра юридических лиц. Суд утвердил это решение
Бар «Доски» уволил сотрудника после доноса основателя экстремистского «Мужского государства»
Распродажа ЛГБТ-литературы и книги «иноагентов» в обложке. Что происходит в книжных после принятия новых законов
Петербуржца признали виновным в «дискредитации» армии за лозунг «Слава Украине!»
Могут ли меня признать иноагентом? Что добавили к запретам и кто в зоне риска? Ответы
Свободу Саше Скочиленко
Саше Скочиленко продлили арест до 10 апреля 2023 года
Обвинение Скочиленко опирается на экспертизу, где говорится, что Саша лжет, а военные РФ «гуманны». «Бумага» разобрала документ
«Имея предубеждение — неприязненное чувство…». Саше Скочиленко предъявили обвинение
«Вы совершили тяжкое преступление против государства». Как прошла встреча Саши Скочиленко и омбудсмена Агапитовой — две версии
Саша Скочиленко рассказала про типичный день в СИЗО — с обысками, прогулками в крошечном дворе и ответами на письма
Экономический кризис — 2022
В 2023 году билеты на поезда дальнего следования в России подорожают на 8,1 %
Туристы в Петербурге теперь будут платить курортный сбор. О какой сумме речь и кого это коснется?
На заводе Toyota в Петербурге прошла масштабная проверка. С чем она может быть связана?
«Новая газета. Европа»: у России не хватит денег на войну в Украине
ТАСС: на месте магазинов H&M откроются точки российских брендов
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Chrome или Mozilla Firefox Mozilla Firefox или Chrome.