9 июля 2013

Каждая семья нетрадиционна по-своему: взрослые дети однополых семей вспоминают мам и пап

Могут ли дети в однополых семьях быть счастливыми? Как к ним относятся окружающие? Может ли однополая семья воспитать полноценного ребенка? Влияет ли сексуальная ориентация родителей на предпочтения детей? «Бумага» задала эти вопросы взрослым, выросшим в «нетрадиционных» семьях: с двумя мамами, с двумя отцами и сыну «шведской» семьи.

«Мне говорили: „У меня ни одного папы, а у тебя целых два!“. В общем, мне повезло»

— Ваша сексуальная ориентация? — Традиционная. Я лояльно отношусь к сексуальным меньшинствам, но для себя не рассматриваю других вариантов, кроме гетеросексуальных отношений. — Расскажите, пожалуйста, о своих родителях. — Они познакомились случайно. Уже почти 20 лет вместе. — Получается, вы ребенок от предыдущих отношений? — Да. С тем родителем не общаюсь. Не тот человек, неадекватный человек. — У вас никогда не было ощущения, что не хватает мамы? — Вы скучаете по человеку, который живет через два квартала или которого вы никогда в жизни не видели? Вот и я не скучаю. Это незнакомый человек, и я не знаю о ней ничего. — Как вы называли своего второго папу? — Так и называю — папа. Папа и папа. В детстве было забавно, я всем говорила: «А у меня два папы». У меня было много знакомых, которые жили в разведенных семьях с одной мамой, и они говорили: «Ну, вот… У меня ни одного папы, а у тебя целых два!». В общем, мне повезло. На самом деле, это очень классно: я сейчас в компании с ребятами очень хорошо общий язык нахожу, может быть, лучше, чем большинство девочек. У меня нет никакого дискомфорта в общении с противоположным полом. — Вы часто встречались с негативным отношением к вашей семье? — Люди просто не всегда понимают, в чем дело. Обычно я говорю: «папа и отчим», и это всех устраивает. Не то чтобы люди негативно относятся к однополым семьям, просто они настолько незнакомы с этим, настолько далеки от этого, что порой трудно объяснить. Но объяснить можно. И тогда люди понимают, если адекватные. А с неадекватными стараюсь не общаться. — Был ли у вас момент в детстве, когда вы вдруг поняли, что ваша семья чем-то отличается от других? — Я всегда это воспринимала как данность. Конечно, в какой-то момент я подумала, что что-то, наверное, по-другому… Но все в таких разных семьях живут: кто-то только с мамой, кто-то только с папой, кто-то вообще непонятно как. Мне кажется, никого уже ничем не удивишь особо. Меня удивляет наоборот, когда в традиционных семьях друг другу люди ставят какие-то требования, ультиматумы. Когда люди относятся друг к другу не как родственники и семья, а как какие-то потребители, которые друг от друга только тянут и ничего не отдают взамен. У нас такого нет. — Как вы оцениваете свое детство? — Мне кажется, оно было классное. Очень насыщенное — всякие поездки, походы в большой компании. Мне папы всегда костюмы шили, в школе, в детском саду… Я «снежинку» как-то танцевала. Мои родители вообще очень творческие люди, поэтому и я с детства, например, пела и на скрипке играла. — Как вы считаете, способна ли нетрадиционная семья воспитать полноценного ребенка? — Я считаю, что вообще не все люди могут воспитать нормального человека. И я считаю, что это в принципе не тема для обсуждения. Тогда можно обычным людям запретить рожать детей — а вдруг они нормально не смогут воспитать своего ребенка? Это такой же бред. Конечно, гомосексуалы способны воспитать ребенка, если они по-человечески адекватны. Я считаю, что у ребенка в первую очередь должна быть семья. Когда меня папы в первый класс записывали, то в графу «родители» вписали двух пап. Им сказали, мол, самое главное, что родителя два, и это уже круто и здорово.  

«Бывает, шутят по поводу моего молодого человека что-нибудь вроде: „А двух тещ он не боится?“»

— Ваша ориентация? — Я бисексуальна, но сейчас в гетеросексуальных отношениях. — Расскажите, пожалуйста, о ваших родителях. — Если честно, я не помню, сколько лет они вместе, но довольно давно. Я ребенок от предыдущих отношений матери. Я прекрасно знала своего отца, но в последние годы он не очень поддерживал с нами контакт. — Было ли у вас ощущение, что вам «не хватает» отца? — Нехватки отца не было. Скорее — ощущение, что я скучаю по одному из близких людей, родственников, потому что, в отличие от младшей сестры, я его помню не по редким звонкам и встречам, а как любящего папу. — Помните ли вы тот момент, когда впервые поняли, что ваша семья отличается от других? — Такого момента не было. Причина, возможно, в том, что я всегда видела, что моя семья отличается от других. Когда была маленькая, видела бородатого грозного байкера — своего отца, и мать, не отстающую от него по специфичности внешнего облика, и бабок у подъезда, которые всегда неодобрительно смотрели на нашу семью. А потом появилась вторая мама. И как-то вышло, что я этому не удивилась, и абсолютно никто из моего круга не сказал мне, что это плохо. А сказали бы — не поверила. — Сталкивались ли вы когда-нибудь с неудобными ситуациями, связанными с вашей семьей? — Была лишь одна такая ситуация, когда я училась на дизайнера, и в моей группе была девушка, которая позволила себе грубые и осуждающие высказывания на тему ЛГБТ-семей и детей в этих семьях. Ситуация для нее очень быстро стала неудобной, потому что мы тогда общались, и я ей сообщила, что она, по сути, нелестно высказалась обо мне и моей семье. — У вас было счастливое детство? — У нас с сестрой было прекрасное детство. Хотя бы потому, что все всегда решалось спокойно: родители никогда не орали на нас, не поднимали руку. Ярких воспоминаний много: когда первый раз меня сажали на мотоцикл, как ездили с мамами в другие города и на пляж, просто прогулки. — Как родители относятся к вашей ориентации, к вашим отношениям с партнерами? — Прекрасно. Конечно, бывает, делают шутливые пафосные лица и говорят по поводу моего молодого человека что-нибудь вроде: «А двух тещ он не боится?». — Насколько вы довольны своей личной жизнью? — Вполне. Я живу с молодым человеком довольно давно. Мы поддерживаем друг друга и живем так, как обычно живут нормальные, здоровые пары. — Как вы считаете, способна ли нетрадиционная семья воспитать полноценного ребенка? — Да. Не надо думать, что если две женщины организовали семью, то это две ванильно-инфантильные особы. Это не так. И наоборот, если это два мужчины, то это тоже что-то подобное. Это вполне себе полноценные пары со вполне себе полноценными отношениями и видением мира. Поэтому никаких препятствий здесь я не вижу.  

«Не нужно свадеб дурацких или еще чего-то, что раздражает общество, но хотя бы какое-то гражданское партнерство»

— Ваша ориентация? — Гей. — Расскажите, пожалуйста, о ваших родителях. — Мама занималась конькобежным спортом. Ее тренировала бывшая чемпионка СССР. При этом она училась на следователя. Познакомилась с отцом на учебе. У них была такая маленькая компания — отец и его друг — друзья с детства, молодые лейтенанты. И тут возникла щекотливая ситуация — они настолько были «не разлей вода», что встал вопрос: чья она будет девушка? Тут у них, как я понял, началась конкуренция, но в результате они решили не терять дружбу и спросили маму, с кем она хочет остаться. И она ответила: я не могу из вас выбрать никого. И кто-то тогда сказал, мол, может, мы будем жить одной дружной семьей? И все согласились. В 22 года они познакомились, я родился, когда им было 25. Документы они, естественно, оформили с одним отцом. А от кого я? Я точно не могу сказать — в то время никакого генетического исследования не проводилось, а потом это уже потеряло всякий смысл. — А папы между собой не состояли в гомосексуальных отношениях? — Нет, конечно. Или я этого просто не знал. У нас была открытая семья, но не до такой же степени. Что у них там происходит в спальне — это меня не касается. — А как вы называли своих родителей? Это были два папы, и вы их так и звали? — Да, я звал их «папа» и «папа», и все. Вопросов ни в детском садике, ни в школе не возникало. Я всем говорил, что у меня два папы, а ребенка, как правило, никто не слушает. — Был ли у вас момент в детстве, когда вы вдруг поняли, что ваша семья чем-то отличается от других? — Наоборот даже. Когда меня друзья спрашивали: «У тебя что — два папы?», я говорил: «Да, у меня два папы», и они просто завидовали. Потом, когда стал подрастать, иногда соседи сплетничали. — Были ли какие-то яркие и неприятные моменты, связанные с непониманием окружающих? — Ну, однажды мне одноклассник сказал, что моя мама, грубо говоря, проститутка, и тогда я набил, извините, своему сверстнику морду. Все. Больше ничего особенного не было. — У вас было счастливое детство? Какие самые яркие и счастливые воспоминания, связанные с семьей? — У меня вообще не было проблем, пока я не начал жить самостоятельной жизнью, к которой я, впрочем, был подготовлен своими родителями. У меня была яркая, насыщенная жизнь. Ночные походы, поездки на рыбалку, футбол. Зимой — лыжи. С учетом того, что и отцы много зарабатывали, и мать была на службе в советское время. Мы отдыхали вместе, даже выезжали за границу. У меня не возникало негативных эмоций. И когда мне было плохо, не было таких ситуаций, когда я не мог бы обратиться к кому-то из родителей за вопросом или за советом. — Как вы считаете, нетрадиционная семья как-то повлияла на вашу ориентацию? — Нет, абсолютно. Я к осознанию того, что я гей, пришел только где-то к 17–18 годам. — Насколько вы довольны своей личной жизнью? — Я чувствую себя явно не на тридцать шесть, а максимум на двадцать. Я счастлив. У меня есть все, что я пожелаю. Мы вместе 14 лет. Нам есть, где жить, у нас большие планы. Финансовых проблем не испытываем, потому что нормально зарабатываем, много путешествуем. Если бы, конечно, не эта дурацкая ситуация в стране, мы могли бы воспользоваться услугами суррогатной матери. У нас есть на это деньги, и мы знаем, что наши отношения будут разрушены, только если мир рухнет. У нас нет сомнений в нашем будущем, но в нашей стране однополым парам нереально завести ребенка. Вдруг на меня завтра свалится кирпич или случится сердечный приступ, а мы с партнером никто друг другу юридически. У нас в стране даже элементарное партнерство оформить нельзя. Не нужно свадеб дурацких или еще чего-то, что раздражает общество, но хотя бы какое-то гражданское партнерство. — Как вы считаете, способна ли нетрадиционная семья воспитать полноценного ребенка? — Да, совершенно точно. Если моя мечта о ребенке осуществится — но я чувствую, что она осуществится только тогда, когда мы уедем за границу, — тому ребенку, который у нас будет, мы сможем дать все: и хорошее образование, и свою любовь. Потому что я его буду воспитывать в том же духе, что меня воспитывали мои родители, и учить тому, чему меня учили — открытости, доверию и любви.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Свободу Саше Скочиленко
«Нас вроде и меньшинство, но адекватные мы». Курьер, психолог и бариста с антивоенной позицией — о своем будущем в России
Как помыться из бутылки за 6 минут и погулять в помещении 2х5 метров? Саша Скочиленко — о месяце в СИЗО
Адвокат: Саша Скочиленко испытывает сильные боли в сердце и животе. Она жалуется на условия для прогулок и несоблюдение безглютеновой диеты
Адвокат: Сашу Скочиленко запирали в камере-«стакане», у нее продолжают болеть живот и сердце
«Я очень обеспокоена ее самочувствием». Адвокат Саши Скочиленко — о состоянии подзащитной в СИЗО
Военные действия России в Украине
«Петербургский форум зла». Шесть протестных плакатов из поселкового сквера в Ленобласти
Организаторы выставки «Мариуполь — борьба за русский мир» заявили о ее срыве, обвинив в этом местную чиновницу. Теперь в районном паблике пишут, что она «предатель»
Роспотребнадзор: в Петербурге не выявлены случаи заражения холерой. Ранее власти говорили о риске завоза заболевания
«Звук от фейерверков многих напугал». Школьников из Мариуполя пригласили на «Алые паруса» — вот их реакция
Как получить украинскую визу в Петербурге? Подробности от МИД
Экономический кризис — 2022
В Петербурге проходит юридический форум — без мировых экспертов и вечеринки на Рубинштейна, но с Соловьевым и выставкой о Нюрнбергском трибунале
«Там была буквально битва». «Бумага» нашла петербуржца, который нанял сотрудника IKEA для покупки мебели на закрытой распродаже. Вот его рассказ
Что для России значит «символический» дефолт? Объясняет декан факультета экономики ЕУ СПб
Петербуржцы ищут в соцсетях сотрудников IKEA — чтобы купить мебель и другие товары на закрытой распродаже
Сравнивают себя с Рейхсбанком и спасают россиян. Что мы узнали из текста «Медузы» о работе Центробанка в военное время
Давление на свободу слова
«Нас вроде и меньшинство, но адекватные мы». Курьер, психолог и бариста с антивоенной позицией — о своем будущем в России
В Минюсте объяснили, кого признают «иноагентами». Тех, кто просит изменить законы и противоречит госполитике
💚 Мы запускаем мерч «Свобода мне к лицу». Встречайте: худи, футболки, косметика, свечи и торты
«Бумага» улучшила свой VPN: можно заходить на российские госсервисы из-за границы 💚
«Дочь сказала, что ей больше не нравятся полицейские». Директор «ПЕН-клуба» в Петербурге — о задержании за дискредитацию армии на выходе из поликлиники
Хорошие новости
«Скучно стало, и поехал спонтанно». Житель Мурина второй месяц едет на самокате из Петербурга во Владивосток
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
Деятели искусства рекомендуют
«В Петербурге нет ни одного спектакля, где столько крутых мальчиков-артистов». Актриса МДТ Анна Завтур — о «Бесах» в Городском театре
«Верните мне мой 2007-й». Актер театра Fulcro Никита Гольдман-Кох — о любимых спектаклях в БДТ
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.