Партнерский материал
24 ноября 2020

Как в Петербурге проводят концерты для детей с особенностями развития. Куратор проекта «Я вижу музыку» — о поиске аудитории и умении понимать слушателей

Организаторы проекта «Я вижу музыку» с 2015 года устраивают в Петербурге музыкальные вечера для детей с особенностями развития. Концерты проходят в музее Н. А. Римского-Корсакова, где родился проект, и других филиалах Санкт-Петербургского государственного музея театрального и музыкального искусства.

«Бумага» поговорила с куратором «Я вижу музыку», сотрудницей музея Н. А. Римского-Корсакова Марией Гайдук о том, зачем она запустила проект, какая музыка нравится детям с особенностями больше всего и чему такие встречи научили команду.

О проекте

Проект «Я вижу музыку» представляет собой серию интерактивных концертов для детей с особенностями развития. Организаторы — сотрудники Мемориального музея-квартиры Н. А. Римского-Корсакова. Для того чтобы попасть на концерт, можно записаться в группе во «ВКонтакте» или позвонить в музей.

Мария Гайдук

Основательница проекта «Я вижу музыку»

Как появилась идея проекта «Я вижу музыку» и для чего он нужен

— До переезда в Петербург я училась в музыкальном училище в Пскове, которое сотрудничало с местным центром для особых детей. Вместе с другими студентами я была там волонтером. Мы играли с детьми на шумовых и ударных инструментах: бонгах, кастаньетах, маракасах, ударных установках. Этот опыт повлиял и на меня, и на наш теперешний проект.

После того как поступила в консерваторию и перебралась в Петербург, я стала часто замечать здесь детей с особенностями развития. Видя их, я нередко задумывалась о том, что они несколько ограничены в культурной жизни и не всегда могут сходить, например, в театр или на концерт, как другие люди. Дело в том, что такие дети порой очень эмоционально реагируют на музыку: кричат, хлопают, подпевают и даже танцуют. Такое поведение [на концертах] не принято в нашем обществе и может доставлять неудобства окружающим.

Мне в голову пришла мысль, что было бы здорово устраивать концерты для детей с ментальными нарушениями: синдромом Дауна, расстройствами аутистического спектра и другими особенностями. Часто они сочетаются между собой, и человеку ставят сразу несколько диагнозов. На наших концертах мы хотели сделать так, чтобы все чувствовали себя комфортно и никто не стеснялся проявлять свои чувства и эмоции. Я предложила эту идею коллегам, которые работают со мной в музее Н. А. Римского-Корсакова, где и базируется наш проект, и получила поддержку с их стороны.

Концерт симфонического оркестра Olympic Symphony Orchestra в Белом зале Шереметевского дворца.
Фото: Евгения Павлова

В 2015 году мы подали заявку на финансирование в комитет по культуре, ее одобрили, и мы получили средства для проведения концертов. Изначально проект был рассчитан на один год: мы запланировали и организовали всего четыре музыкальных встречи. В 2016 году мы не запрашивали финансирование у комитета. Но наши гости стали слать мне письма, в которых спрашивали о следующих встречах. Я поняла: надо что-то делать.

Денег не было, но нам удалось провести три концерта, на которых наши знакомые музыканты согласились выступить бесплатно. Семьи с особыми детьми радовались, что проект продолжился. В тот момент я осознала, что наши музыкальные вечера нельзя прекращать, и с 2017 года мы ежегодно подавали заявку на финансирование в комитет, уже не задаваясь вопросом, нужно это делать или нет. К счастью, с того времени нашему проекту регулярно выделяют средства, и он растет. К нам приходит всё больше слушателей, и теперь мы устраиваем концерты не только в музее Н. А. Римского-Корсакова, но и во всех других филиалах Музея театрального и музыкального искусства: Музее-квартире Самойловых, Доме-музее Ф. И. Шаляпина, Шереметевском дворце и Театральном музее. Кроме того, проект поддержали Всероссийский музей А. С. Пушкина и Эрмитаж, и сейчас наши встречи проходят и там.

Основная работа над проектом лежит на мне, но если концерт планируется не в музее Н. А. Римского-Корсакова, то часто к ней подключаются сотрудники того учреждения, где будет проводиться мероприятие. Нередко к нам также присоединяются волонтеры. Несколько лет назад нам помогали студенты из Военно-космической академии им. А. Ф. Можайского, а в этом году — из Санкт-Петербургского полицейского колледжа, Санкт-Петербургского медицинского колледжа № 2, Службы волонтеров Эрмитажа.

Как создатели проекта искали аудиторию и учились работать с особыми детьми

— У меня не было прямых контактов семей с особыми детьми, выхода на них. Я везде их искала, ко всем обращалась, отдел развития нашего музея давал рекламу в соцсетях, развивал нашу группу во «ВКонтакте», но в итоге на первые встречи, несмотря на бесплатный вход, приходило всего около 20 человек.

В первый год к нам присоединилась благотворительная организация «Перспективы», и с тех пор воспитанники Психоневрологического интерната в Петергофе — наши регулярные гости («Перспективы» оказывают помощь детям с тяжелой формой инвалидности в Детском доме-интернате № 4 в Павловске и Психоневрологическом интернате № 3 в Петергофе — прим. «Бумаги»). Со временем на концерты стало приходить всё больше людей, мы начали сотрудничать с благотворительными организациями и фондами: «Умка», «Другие мечты», «Даун-центр», «Шаг навстречу» — их подопечные стали нашей постоянной аудиторией. Сейчас у нас сложилась контактная база из 220 семей, а места на наши концерты часто заканчиваются в течение двух-трех дней после объявления о них.

Концерт группы «Добраночь» в Музее театрального и музыкального искусства.
Фото: Евгения Павлова

Еще одна трудность заключалась в том, что у команды проекта не было знаний о том, какими должны быть концерты для особых детей. Было сложно понять, что они прошли успешно. Мы консультировались с сотрудниками «Перспектив» на добровольных началах и учились на собственном опыте. Помню, во время первого концерта дети вдруг начали кричать, и это немного пугало: я не знала, нормально это или значит, что мы не справились. Оказалось, всё так и должно быть: психолог нам объяснил, что такая реакция вызвана эмоциональным подъемом. Кроме того, стало ясно, что дети лучше воспринимают не монотонные, а яркие, контрастные произведения. Методом проб и ошибок мы пришли к тому, что идеальный концерт длится примерно 50 минут. Он должен состоять примерно из 10–12 произведений — не более трех минут каждое. Поняли, что детям нравится слушать рассказы исполнителей о музыке и играть вместе с музыкантами на шумовых инструментах: маракасах, бубнах, трещотках, металлофонах, — которые мы раздаем.

Как музыкальные концерты влияют на детей с особенностями развития и чему проект научил его создателей

— Музыка, особенно классического направления, в целом благотворно влияет на [состояние] человека: она успокаивает, помогает лучше мыслить. В случае ментальных нарушений музыка может улучшить общее состояние.

Однако со стороны воздействие музыки на особых детей может оказаться абсолютно неожиданным. Иногда они кричат, хлопают, пытаются подпевать и двигаться в такт музыке. Самая эмоциональная реакция у детей возникает на вокальных концертах и в те моменты, когда они слышат струнные инструменты, особенно скрипку. Арфа и гусли, наоборот, успокаивают их.

В нашей работе также важно учитывать особенности восприятия музыки детьми с разными нарушениями. Например, у людей с расстройствами аутистического спектра особое отношение к громким звукам — когда они их слышат, закрывают уши руками. Это доставляет им дискомфортные ощущения. Поэтому медно-духовой ансамбль или оркестр мы стараемся приглашать только в большие залы — и родители, предвидя реакцию ребенка на громкие звуки, занимают места подальше от сцены. Подобных вещей, о которых могут рассказать только профильные специалисты, мы узнали немало.

В целом благодаря проекту я научилась взаимодействовать с такими детьми. Я не психолог, и мне далеко до уровня тех, кто каждый день работает с ними в интернате. Но за пять лет я хотя бы чуть-чуть смогла приоткрыть эту дверь.

Как проект реализуется в этом году, несмотря на пандемию

— В этом году сезон должен был начаться в мае: мы планировали выступление рогового оркестра в Белом зале Шереметевского дворца. Всего на весну и июнь у нас было намечено три концерта, которые нам пришлось перенести из-за эпидемии. В итоге сезон получился скомканным: поскольку мы выполняем госзадание, нам надо провести все мероприятия, на которые мы получили средства, с сентября по декабрь.

Все концерты, которые мы организовывали этой осенью, из-за ограничений Роспотребнадзора могли посещать только люди старше 18 лет, из-за чего наши залы в этот сезон заметно опустели. Для людей с особенностями развития, которые уже выросли, выехать в город и прийти на концерт тоже сложно, но возможно. Они более или менее социализировались и научились вписывать себя в окружающую среду, чего не скажешь о нашей целевой аудитории — детях. Им удалось посмотреть лишь спектакль «Щелкунчик», проходивший в Эрмитажном театре: детям разрешалось приходить в сопровождении взрослых.

Специальный показ балета «Щелкунчик» в Эрмитажном театре Государственного Эрмитажа к пятилетию проекта «Я вижу музыку»

Хотелось бы, чтобы всё вернулось на круги своя. В остальном наши концерты не изменились, только вместо коллективной игры на шумовых инструментах мы хлопаем и топаем, чтобы минимизировать тактильные контакты.

Надеемся, что в следующем году эпидемия сойдет на нет, и мы продолжим работу в прежнем формате: проведем семь-восемь концертов. Кроме того, мы планируем запустить экскурсии и работаем над маршрутными картами для особых детей по каждому из филиалов театрального музея. Маршрутные карты — это наглядное пособие, которым посетители с особенностями развития смогут пользоваться во время осмотра. Еще мы будем устраивать семинары для сотрудников музея, на которых они научатся грамотно взаимодействовать с особыми детьми.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Свободу Саше Скочиленко
Сашу Скочиленко, арестованную по делу о «фейках» про ВС РФ, перевели в новую камеру и обеспечили безглютеновым питанием
Что известно о травле Саши Скочиленко в СИЗО. Ее девушка узнала о запрете открывать холодильник и требованиях ежедневно стирать одежду
«У меня уже отняли семью. Что мне теперь терять?». Девушка Саши Скочиленко — о жизни после ее задержания и проблемах с передачами
Лауреатка «Золотой маски» передаст премию петербургской художнице Саше Скочиленко
Саше Скочиленко не предоставили обещанную диету в ИВС. У нее случился приступ, рассказала адвокатка
Военные действия России в Украине
Заявления Финляндии и Швеции о вступлении в НАТО и попытки поджога российских военкоматов. Главное к 15 мая
Что произошло в Украине 14 мая? Возможное отступление России из Харьковской области и продолжающийся штурм «Азовстали»
Власти Петербурга говорят про возможный завоз холеры беженцами из Украины. Этому стоит верить? Разбираемся с инфекционистом
Что произошло в Украине 11 мая? Планы по присоединению Херсонской области к России и запрет Instagram в ДНР
Провластное движение «Поколение Z» сменило название. Его лидер назвал военные действия в Украине катастрофой
Экономический кризис — 2022
Bloomberg: ВВП России снизится на 12% в 2022 году. Это будет самый большой спад с 1994 года
Минпромторг утвердил список товаров для параллельного импорта в Россию. Что это значит?
«А остальным что?». В комздраве заявили о завозе в аптеки дефицитного лекарства «Эутирокс» — но не для всех. Обновлено
Власти подготовили список товаров для ввоза в Россию без согласия правообладателей. Что об этом известно?
Российским авиакомпаниям рекомендовали подготовиться к полетам без GPS. Рогозин предложил заменить эту систему на ГЛОНАСС
Давление на свободу слова
Как писать письма в СИЗО? Рассказывает адвокат задержанной по делу о фейках об армии России Ольги Смирновой
Как силовики изобрели и опробовали новый метод давления на активистов — подозрение в лжеминировании. Истории 7 петербуржцев
Ходят слухи, что «Алые паруса» проведут без Ивана Урганта впервые за десятилетие. Это правда?
Илья Красильщик запускает новое медиа «Служба поддержки». Его частью станет анонимный чат для тех, кто пострадал от российских властей
Петербургских активистов массово преследуют перед 9 Мая. Главное о делах против «Весны», феминисток и людей с антивоенной позицией
Хорошие новости
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
В Петербурге в 2022 году обустроят более девяти километров велодорожек
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.