22 октября 2021

Что вы думаете о статусе иностранного агента? Результаты исследования «Бумаги»

Отдел исследований «Бумаги» занимается аналитикой, проводит опросы и социологические исследования. Таким образом мы изучаем сложные темы и проблемы, что не всегда удается сделать в обычных журналистских материалах. Об итогах исследований можно прочитать в наших спецпроектах: например, «Как знакомиться в большом городе», «Кто жил в Петербурге до Петербурга» и «Как стать математиком, если ты девочка?». 

Что статус иноагента значит для читателей независимых медиа? Влияет ли он на доверие журналистам? И что общество думает об этом законе?

Чтобы ответить на эти вопросы, «Бумага» вместе с семью изданиями — «Медузой», «Медиазоной», «ОВД-Инфо», The Village, «Тайгой.Инфо», «Холодом» и «7×7» — провела социологическое исследование и опросила почти 10 тысяч человек.

Мы узнали, что около 90 % респондентов против массового признания медиа иноагентами, а больше половины воспринимают этот статус как знак качества. «Бумага» публикует результаты исследования, которое мы проводили полтора месяца. Ознакомиться с полным отчетом можно здесь.

О чем исследование

С начала 2021 года Минюст признал около 60 организаций и журналистов средствами массовой информации, выполняющими функции иностранного агента. В этот перечень попали и участники исследования «Бумаги»: сначала «Медуза», а когда исследование было завершено — «Медиазона» и «ОВД-Инфо».

Мы решили узнать у читателей, как они воспринимают статус иноагента. Влияет ли он на доверие СМИ из перечня Минюста? Как аудитория относится к обязательной маркировке иноагентов? Сказывается ли массовое присвоение этого статуса на развитии гражданского общества? Вместе с семью независимыми медиа мы постарались найти ответы на эти вопросы.

Краткий пересказ

Больше половины респондентов против присвоения статуса иноагента. Они хотят сами определять, кому доверять

В нашем опросе приняли участие 9959 человек. Чуть больше половины из них (54,6 %) сообщили, что, по их мнению, статус иноагента нельзя присваивать ни в коем случае.

Почти тысяча человек написали, что считают присвоение статуса инструментом политических репрессий. Еще 376 участников опроса сообщили, что статус ограничивает свободу слова, независимость и разнообразие информации. По мнению участников исследования, массовое признание иноагентами также вызывает недоверие к госинститутам и является дискриминацией. Респонденты подчеркивали: источник финансирования издания не определяет его редакционную политику, и они как читатели должны сами решать, кому доверять.

Участник опроса

— Закон об иностранных агентах используется властями для борьбы с оппозицией, политическими конкурентами, альтернативными источниками информации и гражданским обществом в целом, не выполняя при этом заявленной функции — защиты от иностранного вмешательства во внутренние дела. Тем самым он формально бесполезен, а фактически вреден для общества.

При этом 36,2 % опрошенных назвали практику присвоения статуса иноагента допустимой — но считают, что в большинстве случаев к ней не стоит прибегать. Например, если организация действительно лоббирует чужие интересы. «Будет глупо отрицать, что иностранные государства преследуют свои интересы и готовы достигать их, имея агентов влияния в лице СМИ и других организаций и частных лиц», — написал один из респондентов.

Наши респонденты также заявили, что присвоение статуса должно нести исключительно информационную функцию — мера ни в коем случае не должна быть репрессивной. Кроме того, для определения медиа как иноагента нужна сильная доказательная база.

У части респондентов статус иноагента повышает доверие. Они считают его «знаком качества»

Примерно половина опрошенных (56,5 %) признались, что, если знакомому им изданию присвоят статус иноагента, их доверие к этому медиа только вырастет. Еще у 41,7 % респондентов степень доверия не изменится.

Некоторые опрошенные прямо назвали статус иноагента «знаком качества», а медиа и журналистов, которые его получают, — патриотами. «Если государство всеми силами пытается ограничить работу таких структур, значит, они в самом деле не зависят ни от него, ни от аффилированных с ним бизнесов», — написал один из респондентов. Есть и те, кто признался, что «несправедливое присвоение статуса [иноагента]» вызывает у них больше сочувствия к организациям.

Только 1,8 % респондентов заявили, что доверяют СМИ-иноагентам меньше.

80 % опрошенных уверены: массовое внесение СМИ в реестр иноагентов влияет на гражданское общество в России. Это также раскалывает людей на «своих» и «чужих»

Мы спрашивали у читателей, влияет ли, по их мнению, практика присвоения статуса иноагента на гражданское общество в России. Около 8 тысяч респондентов (80,8 %) ответили «да».

Более 2,6 тысячи человек конкретизировали, что считают это влияние отрицательным. Самое популярное объяснение: присвоение такого статуса медиа раскалывает общество на «своих» и «чужих».

Участница опроса

— Из-за резкого и глобального разделения источников информации на две части многие люди и с той, и с другой стороны в большей мере смотрят на освещаемые ситуации однобоко, не учитывая другую точку зрения. Это ведет к борьбе уже не только с властью, но и между самими представителями гражданского общества. При дальнейшем и глобальном искусственном разделении общества есть некоторый процент риска наступления гражданской «холодной» войны (невооруженной глобальной вражды) или даже массового увеличения взаимных насильственных действий между приверженцами разных политических взглядов.

Некоторые считают, что признание людей и организаций иноагентами уменьшает в стране гражданскую активность — и лишает страну гласности

Отвечая на вопрос о влиянии закона об иноагентах на гражданское общество, 1,4 тысячи респондентов написали, что это мешает работе медиа и свободному распространению информации. «Честная журналистика становится опасной и невыносимой в плане условий работы», «Многие СМИ после присвоения статуса закрываются. Гражданское общество не может существовать без гласности» — отмечали опрошенные. Около 850 человек написали о «репрессиях», «ограничении свободы слова», «озлобленности и бессилии власти».

Респонденты также обращали внимание на выборочное применение закона об иноагентах. Чуть больше 500 человек отмечали, что чувствуют атмосферу страха.

700 человек сочли иноагентский статус положительным фактором для гражданского общества — по их мнению, действия власти активизируют и консолидируют население страны. «Всё больше людей видят [в медиа] огромные плашки о статусе [иноагента] и даже те, кто никогда не интересовался происходящим, узнают о ситуации со свободой слова в стране», — написал один из опрошенных.

Почти все знают: иноагентами могут стать и СМИ, и обычные люди. Но некоторые ошибочно полагают, что статус присваивает суд

Три четверти опрошенных знали, в каких случаях присваивают статус иноагента. О неинформированности заявили только 6,2 % респондентов.

При этом далеко не все верно ответили на вопрос, кто может присвоить изданию или журналисту такой статус. Только 55 % респондентов назвали Минюст. 15 % ошибочно написали: «суд», а 6,8 % — «прокуратура».

Выводы

Результаты опроса показали, что большая часть аудитории наших изданий негативно воспринимает практику присвоения статуса иностранного агента. Так, больше половины респондентов (54,6 %) считают, что эту практику не стоит применять ни в коем случае, еще 36,2 % думают, что применять закон об иноагентах не стоит в большинстве случаев. 56,5 % опрошенных ответили, что у них не изменилось отношение к медиа, которым присвоили статус иноагента.

Подавляющее большинство респондентов (80,8 %) ответили, что присвоение статуса влияет на гражданское общество в России. Некоторые опрошенные также считают, что это приводит к активизации гражданского общества.

Люди воспринимают практику присвоения статуса иноагента как «лакмусовую бумажку» более сложных политических процессов в России — в качестве репрессий и излишнего давления власти на общество.

По мнению опрошенных, дискриминация граждан и их стигматизация ведут к снижению доверия институтам власти, повышается шанс радикализации тех, кто не согласен с подобной практикой. А поляризация внутри общества не приведет к гражданскому согласию.

Кто и как проводил исследование

Эту работу выполнил отдел исследований «Бумаги» — при участии изданий «Медуза», «Медиазона», «ОВД-Инфо», The Village, «Тайга.Инфо», «Холод» и «7×7». С 8 по 15 сентября мы провели опрос среди читателей — всего в нем участвовали 9 959 человек. Читателям предлагалось ответить на 14 вопросов, три из них были открытыми. Сбор и обработка результатов заняли у нас семь недель.

Наибольшая часть респондентов (57,5 %) — это люди в возрасте от 18 до 35 лет. Больше всего было участников-мужчин: 62,8 %. Три четверти заполнивших анкету имеют высшее образование. Половина участников опроса проживает в Петербурге и Москве. Ознакомиться с полным отчетом можно здесь.

Что еще почитать:

  • «Тебе говорят: напиши, какой ты шпион». Как петербургская активистка и учительница Дарья Апахончич четыре месяца живет в статусе «иноагента».
  • 150 независимых медиа и НКО запустили петицию против закона об «иноагентах». Ее уже подписали AdVita, «Ещёнепознер», «Ночлежка» и «Бумага».

Елизавета Ивантей
Над текстом также работали: социологи — Егор Медвинский, Аделина Ахмедова и Александр Вильховенко, дизайнер — Елизавета Семакина, редактор — Татьяна Иванова, корректор — Анна Кузьмина.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Мобилизация
В Москве силовики изнасиловали гантелей активиста. Еще несколько задержанных сообщили о пытках
СМИ сообщили о том, что для въезда в Казахстан нужен загранпаспорт. Разбираем, что происходит на границах на самом деле
«Лучше перестраховаться». Зачем петербуржцы массово записываются к нотариусам после объявления мобилизации
«Объясняем.рф»: россиян не могут призвать во время болезни
За неделю 30 россиян попросили убежища в Финляндии и Латвии. Некоторые незаконно пересекают границы
Визовые ограничения
Финляндия скоро запретит въезд всем российским туристам. Что об этом известно
«Они должны выступить против войны». Что говорят о бегущих от мобилизации россиянах в других странах. Обновлено
Сейм Латвии запретил продлевать ВНЖ россиянам, не владеющим латышским языком, а также выдавать рабочие визы
Латвия решила не выдавать гуманитарные визы россиянам, «уклоняющимся от мобилизации»
Финляндия пока не меняет политику выдачи виз россиянам. МИД страны не планирует вводить запрет на въезд
Давление на свободу слова
Активиста Егора Скороходова приговорили 3 годам и 8 месяцам лишения свободы. Вот что нужно знать о его деле
«Имея предубеждение — неприязненное чувство…». Саше Скочиленко предъявили обвинение
Фигуранту антивоенного дела Егору Скороходову запросили 5 лет лишения свободы
Роскомнадзор заблокировал зеркало «Бумаги» ktozabanittotloh
«Произошел хлопок в доме, возможен отрицательный рост жильцов». Как россияне реагируют на новояз и цензуру. Интервью с Александрой Архиповой
Свободу Саше Скочиленко
«Имея предубеждение — неприязненное чувство…». Саше Скочиленко предъявили обвинение
«Вы совершили тяжкое преступление против государства». Как прошла встреча Саши Скочиленко и омбудсмена Агапитовой — две версии
Саша Скочиленко рассказала про типичный день в СИЗО — с обысками, прогулками в крошечном дворе и ответами на письма
Саше Скочиленко, арестованной по делу о «фейках» про российскую армию, срочно нужно обследование сердца
«На прошлой неделе Саше принесли чай с тараканом». Адвокат Саши Скочиленко — об ухудшении ее здоровья и об условиях в СИЗО
Экономический кризис — 2022
Российский фондовый рынок продолжает падение на фоне новостей о мобилизации. Доллар также растет к рублю
На Мосбирже происходит обвал акций. «Тинькофф» и VK потеряли по 14 %
Как изменились цены на авиабилеты из Петербурга в другие города России за год? Отвечают аналитики Aviasales
Открытие кофеен Stars Coffee в Петербурге: что рассказали Тимати и Пинский и как на замену Starbucks реагируют посетители
На месте петербургских кофеен Starbucks открыли новые заведения — Stars Coffee от ресторатора Антона Пинского и рэпера Тимати
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.