Как в Петербурге убивали врачей во время холерного бунта и от чего лечились заячьим пометом в XIX веке

Почему в Петербурге во время холерного бунта громили лазареты и убивали врачей, чем различалась медицина для бедных и богатых горожан и какое «лечение» предлагали в парикмахерских? «Бумага» публикует отрывок из лекции «Болезни и несчастья Петербурга» экскурсовода Кирилла Полежаева для проекта «Знай город».

Почему во время холерного бунта убивали врачей и как император усмирял толпу на Сенной площади

На Исаакиевской площади есть замечательный памятник императору Николаю Павловичу с барельефами на постаменте. Эти четыре барельефа показывают самые примечательные моменты царствования императора. На одном из них изображен холерный бунт на Сенной площади. Восставшие люди перестают бунтовать и падают на колени перед императором, который самолично прибыл на Сенную площадь и успокаивает восставших.

Холера в дореволюционное время была синонимом жизни в Петербурге. Каждый горожанин в той или иной степени с ней сталкивался. Если посчитать все холерные годы, то получается, что Петербург больше 30 лет жил при эпидемии.

Как же начались все эти эпидемии? В 1816 году была очень холодная погода (этот год даже назвали «год без лета»), бактерии мутировали — и вот началась эпидемия холеры. В 1830 году эпидемия доходит до России и разрастается не по дням, а по часам. В каждой части города был один главный лазарет и один запасной. Купечество в добровольно-принудительном порядке обязали выделить средства на их обустройство.

Усмирение холерного бунта. Барельеф памятника Николаю I на Исаакиевской площади

В Петербурге первый заболевший зафиксирован в июне 1831 года. Начинается паника, вводится запрет на въезд в Петербург — люди возмущаются, растет недовольство. Потом выходит указ о том, чтобы холерные больные не ходили по улицам и не заражали окружающих. Полиция должна была свозить их всех в лазареты. Но в итоге сделали только хуже: полиция подошла к вопросу слишком фундаментально, в лазареты увозили всех, кто просто чихнул или подавился. Так абсолютно здоровые люди внезапно оказывались в больничной палате.

Естественно, люди боялись заразиться. Многие с кулаками пытались вырваться [из рук полиции], кто-то выпрыгивал из окон. Многие после этого утверждали, что никакой холеры нет, врачи специально людей морят и это заговор. В народе растет недовольство — и 22 июня разгорается настоящий бунт. Безумная толпа громила всё, что видела, ловила холерные кареты и выпускала больных, сами кареты разламывали. Люди разгромили холерный лазарет на Сенной, убивали врачей. В тот же день толпа разорила лазарет на Большой Подьяческой улице, забрала карету и каталась по городу с песнями.

В итоге Николай Павлович лично приезжает на Сенную площадь, чтобы со всем разобраться. Как там всё было на самом деле, сказать сложно. Обычно придерживаются следующей версии: император вышел из кареты, толпа обомлела, и он начал произносить грозную речь. Все поняли свои ошибки, начали плакать и раскаялись. Зачинщики бунта были высечены розгами и отправлены в Сибирь.

Ну а холера продолжалась. 28 июня умерло 237 человек. Уже к концу лета возмущение сменился унынием и подавленным настроением. 31 августа был спад: всего девять умерших. Объявили о прекращении эпидемии.

Следующая эпидемия была в 1848 году. Это самая масштабная эпидемия в Петербурге, погибли 16 тысяч человек. После этого эпидемии холеры продолжались, но людей погибало меньше. Всего было семь эпидемий, последняя — в 1918 году.

Очередь за бесплатным кипятком и порцией чая с сахаром, выдаваемыми пунктом Городской санитарной комиссии во время эпидемии холеры.1908 год, фотоателье Буллы

К концу XIX века открыли холерный вибрион (возбудитель холеры — прим. «Бумаги»). Оказалось, чтобы не заболеть, надо следить за гигиеной. Позже, уже в советское время, вводились принудительные лекции на тему того, что надо мыть руки, пить чистую воду и так далее. Но в дореволюционное время этим занимались только энтузиасты. А в городе были ужасные санитарные условия, поэтому беднота погибала.

Чем в XIX веке болели в Петербурге и как антисанитария влияла на здоровье горожан

В 1820 году доктор медицины Генрих фон Аттенгофер, приехавший работать в Петербург, представил медицинское описание города. Он давал советы, как оставаться здоровым в Петербурге. Например, не налегать на горячительные напитки, надевать панталоны, потому что в Петербурге можно простыть. Интересны заметки по поводу самых распространенных болезней — это понос, геморрой, плоские глисты, воспаление зубов, лысина, золотуха, ипохондрия.

Самое главное, что следует из этого усвоить: Петербург был довольно грязным и с большой плотностью населения. Помимо прочего, в XIX веке появился водопровод. И все трубы сводились к выгребным ямам во дворах. Естественно, всё это неприятно пахло, распространялись болезни. Помимо холеры были эпидемии скарлатины, дифтерии, тифа.

C этим во многом связан дачный бум. Люди были вынуждены летом убегать из города. В пригородах разворачивалось массовое строительство. Крестьяне даже иногда сдавали свои избы, а сами всё лето жили в шалашах. Рабочие, у которых не было денег на дачи, тоже жили в шалашах в пригородах. Все стремились уехать из города.

Как лечились бедные и богатые горожане и зачем шарлатаны продавали заячий помет

Старейшая петербургская больница из числа лечебных учреждений общего пользования — Мариинская. Условия там были хорошие, порядка 400 мест для больных, работали сестры милосердия. Поступить туда мог всякий больной, плата за лечение не взималась. Если поступал на лечение крепостной, то его лечение оплачивал хозяин. С тех, кто не мог заплатить, деньги не брали.

Мариинская больница. Гравюра с карты Петербурга, 1820–1825 годы

Были также частные больницы — например, на Лиговском, 4 была Евангелическая больница для женщин. Ее построил немецкий врач Мейер. Сейчас в здании находится Институт фтизиопульмонологии. Там была такая же система: с бедных плату не брали. Бедные больные всех сословий и вероисповеданий принимались бесплатно.

Были и частные врачебные кабинеты, в старых журналах можно найти огромное количество объявлений. Как правило, состоятельные люди заключали что-то вроде контракта с врачом. Они платили ему ежемесячную плату, и врач периодически должен был их навещать. Если кто-то в семье заболевал, он должен был немедленно прибыть. У каждого врача было несколько семей.

Существовало множество услуг для тех, кто следил за здоровьем. Усилиями гигиенистов к концу XIX века все журналы наводняются рекламой очистителей воды и ватерклозетов.

Было много и шарлатанства — например, очень популярно кровопускание. Считалось, что это полезно. В парикмахерских помимо бритья и стрижки можно было заказать такую услугу. На улицах даже были жутковатые вывески, где у дамы из вены хлестала кровь, а ангелочек или арапчонок собирал эту кровь в свое блюдо.

Продажа амулетов, предохраняющих от холеры. Рисунок из журнала «Огонек», 1908 год

В рекламе можно было увидеть огромное количество разных средств от облысения, для мужской силы, от выпадения волос. Каждый изгалялся, как мог. Например, во время одной из эпидемий холеры кто-то начал торговать заячьим пометом. В рекламе утверждалось, что это средство от холеры, и «лекарство» раскупали без остатка.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

НОВОСТИ

все новости

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.