29 августа 2022

«Такой активной градозащиты в Петербурге не было много лет». Избитый у дома Салтыковой Олег Мухин — о сносе памятников и вмешательстве Бастрыкина

В августе в центре Петербурга начали демонтаж исторической части особняка Салтыковой. Градозащитник Олег Мухин приехал на место, чтобы снять снос. За это его избили. Сейчас дело о побоях расследует Следственный комитет — суд назначил обвиняемому в нападении на Мухина запрет определенных действий.

Даже получив травмы, Олег Мухин продолжает борьбу за дом-памятник. Вместе с коллегами он добился остановки строительных работ через суд.

«Бумага» поговорила с Мухиным о том, насколько опасно сегодня быть градозащитником, есть ли результаты у этих усилий и способно ли вмешательство СК спасти исторические здания Петербурга.

Олег Мухин

журналист, директор фонда сохранения культурно-исторического наследия «Голодай»

— Как вы пережили нападение у особняка Салтыковой?

— Несколько дней назад меня выписали из больницы. Я провел там трое суток. Сейчас я прохожу амбулаторное лечение. У меня не подтвердился перелом, подтвердилась закрытая черепно-мозговая травма. В целом ничего страшного.

Честно говоря, меня немного удивляет, что суды не думая отправляют людей за репосты в следственный изолятор на два месяца, а люди, которые довольно жестоко меня избили, почему-то получают самую мягкую меру пресечения. Мне, конечно, немного дискомфортно от того, что эти люди продолжают ходить по улицам и мало что мешает им избить меня снова.

— Вы не боитесь давления или еще одного нападения?

— Конечно, я этого совершенно не исключаю. И конечно, мне бы этого совершенно не хотелось. Но тут других вариантов у нас нет. Я же не буду прекращать заниматься градозащитой из опасений, что на меня нападут.

Хоть давление и нарастает со всех сторон, мы тоже не сидим сложа руки. Конечно, если бы не было СК, наши позиции были бы слабее, на порядок слабее.

— Как вы относитесь к тому, что глава СК Александр Бастрыкин лично следит за делом против напавших на вас?

— Дело же не во мне. Дело в системе. Это у меня перелом не подтвердился. Но если в нашей системе станет возможным избивать градозащитников, в следующий раз кому-то сломают челюсть или руки и ноги. Это вопрос того, что мы позволим с собой сделать.

Ну и спасибо большое лично Александру Бастрыкину и Следственному комитету России — он и его коллеги совершенно правильно оценивают эту ситуацию, что избиения будут продолжаться, если сейчас эту ситуацию спустить на тормозах. Тогда градозащитников будут бить всё больше и больше, а застройщики будут всё более и более наглыми, без тормозов.

Это был прецедент. Градозащитников в Петербурге не били уже очень давно. И меня в том числе тоже не били, хотя это не первое наше противодействие застройщикам, подрядным организациям, которые незаконно сносят памятники.

— Как вы считаете, почему Бастрыкин следит за этим домом-памятником и в целом в последнее время так много интересуется защитой исторических зданий в Петербурге?

— Ну, это, опять же, совокупность причин. С одной стороны, потому что в последнее время стали беспредельно сносить исторические здания, подделывая документы и указывая, что они [здания] советские. С другой стороны, Бастрыкин и раньше реагировал на такие вещи. Например, он инициировал доследственные проверки по разрушению Александровских ворот Охтинского порохового завода, единственного фасада фабрики «Нево-табак» и так далее.

То есть это не просто так — ни с того ни с сего — Бастрыкин занялся этой темой. Просто сейчас всё так сложилось: с одной стороны, пошла эта волна сносов; с другой стороны, поднялось общественное возмущение и за этим последовала реакция СК. Там же тоже реагируют, потому что горожане пишут письма, подают заявления. В общем, ничего удивительного нет, это последовательный процесс.

— Подобное внимание поможет в сохранении особняка Салтыковой и других исторических зданий Петербурга?

— Я думаю, что да. Я уверен в этом.

— Уже после того, как вас избили, вы подали иск к КГИОП об отзыве разрешения на реконструкцию особняка Салтыковой. Чего вы ждете от суда?

— Я и мои коллеги уже много лет судимся по разным объектам, поэтому, естественно, мы рассчитываем победить. Тут, в принципе, проиграть сложнее, чем в других процессах, потому что совершенно однозначно документы были выданы незаконно.

— Рассчитываете ли вы всерьез на правовые механизмы — что они помогут отстоять памятники? Или это позиция «надо делать хоть что-нибудь, что мы можем», хотя ситуация довольно безнадежная?

— С судами есть не очень приятная тенденция. Какие-то оказываются аффилированными с застройщиками или заложниками решений со стороны исполнительной власти. Поэтому доказать что-то в суде удается не всегда, хотя правда на нашей стороне.

Лучше всего ориентироваться на весь комплекс градозащитных мероприятий: это и уличная политика, и просветительская деятельность, и экскурсии, которые мы проводим, и пикеты, и открытые собрания, и открытые письма, которые мы пишем и публикуем, наши обращения в полицию, прокуратуру и СК. Хотя из полиции нам отвечают редко, а у прокуратуры, к сожалению, приоритеты расставлены немного иначе. В общем, суды — это тоже важная составляющая, но не единственная.

— Как давно вы занимаетесь градозащитой и как зарабатываете?

— Я журналист, пишу для маленького сайта «Бездуховности», который посвящен петербургской политике, работаю журналистом на фрилансе. Градозащитой я занимаюсь довольно давно. Год назад я также зарегистрировал фонд сохранения культурного наследия «Голодай». Зачем я это сделал? Сейчас почти всё мое время посвящено градозащите, а зарегистрированной организации легче взаимодействовать с органами власти.

— Последние полгода на градозащитное движение оказывают большое давление. Можно ли продолжать работу в таких условиях?

— Можно не просто продолжать. Сейчас работа в этом направлении нарастает семимильными шагами. Такой активной градозащиты в Петербурге не было много лет. Да, ВООПиИК был подвергнут рейдерскому захвату, но надо понимать, что это не единственная градозащитная организация в Петербурге.

Этим занимаются общегородская организация «Живой город», объединение «Sos снос» — активистское молодое движение, тесно взаимодействующее с «Живым городом», — «Голодай», множество инициативных групп, в том числе и против реновации. Например, реновация Нарвской заставы — это проблема и градозащитная, так как там не хрущевки, а исторические здания 40-х годов [XX века], полностью планируемые к сносу.

На мой взгляд, ничего непоправимого для Петербурга пока не произошло, но произойдет, если Смольный решится на изменение 820-го закона. В нынешней версии он запрещает сносить дореволюционные здания, даже если они не обладают признаками исторического наследия, а также здания до 1957 года в районах, примыкающих к центральным. КГИОП предложил изменить этот закон: при принятии решения о сносе руководствоваться не датой постройки дома, а его ценностью, определяемой «экспертами», которым мы не можем доверять, так как КГИОП сплошь коррупционен.

Фото: Олег Мухин/Vk

Получайте главные новости дня — и историю, дарящую надежду 🌊

Подпишитесь на вечернюю рассылку «Бумаги»

подписаться

Что еще почитать:

  • От нападения на градозащитника до конфликта СК с прокуратурой — как развивается дело о сносе особняка Салтыковой в центре Петербурга.
  • Как в Петербурге уничтожают градозащитное движение. Главное о ситуации.

Бумага
Авторы: Бумага
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Мобилизация
Будут ли США и Евросоюз предоставлять убежище россиянам, бегущим от мобилизации? Вот что известно сейчас
Путин подписал указ об осеннем призыве. Его проведут на месяц позже из-за «частичной» мобилизации
Каким IT-специалистам могут дать отсрочку от мобилизации, как ее получить и какие риски
В Петербурге зарегистрировали первый иск об оспаривании мобилизации
«Дальше — всеобщая, потом — ядерное оружие». Что российские чиновники говорят о «частичной мобилизации»
Визовые ограничения
Helsingin sanomat: финскую границу закроют для российских туристов сегодня ночью
Финляндия скоро запретит въезд всем российским туристам. Что об этом известно
«Они должны выступить против войны». Что говорят о бегущих от мобилизации россиянах в других странах. Обновлено
Сейм Латвии запретил продлевать ВНЖ россиянам, не владеющим латышским языком, а также выдавать рабочие визы
Латвия решила не выдавать гуманитарные визы россиянам, «уклоняющимся от мобилизации»
Давление на свободу слова
Роскомнадзор заблокировал Soundcloud
Петербургская прокуратура потребовала признать движение «Весна» экстремистской организацией и запретить ее деятельность
В Ленобласти возбудили уголовное дело против жены активиста Правдина. Ранее его задержали из-за плаката «Русские, вы нелюди»
В Кремле подпишут «договоры о вхождении новых территорий» в состав России. На церемонии выступит Владимир Путин
Активиста Егора Скороходова приговорили 3 годам и 8 месяцам лишения свободы. Вот что нужно знать о его деле
Свободу Саше Скочиленко
«Имея предубеждение — неприязненное чувство…». Саше Скочиленко предъявили обвинение
«Вы совершили тяжкое преступление против государства». Как прошла встреча Саши Скочиленко и омбудсмена Агапитовой — две версии
Саша Скочиленко рассказала про типичный день в СИЗО — с обысками, прогулками в крошечном дворе и ответами на письма
Саше Скочиленко, арестованной по делу о «фейках» про российскую армию, срочно нужно обследование сердца
«На прошлой неделе Саше принесли чай с тараканом». Адвокат Саши Скочиленко — об ухудшении ее здоровья и об условиях в СИЗО
Экономический кризис — 2022
Россияне все чаще покупают криптодоллары, чтобы вывезти деньги из страны. Вот что нужно знать об этом финансовом инструменте
Курс евро на Мосбирже опустился ниже 52 рублей впервые за шесть лет. Что происходит?
Акции «Яндекса» и Ozon с начала войны подешевели на 73 %. Почему российский фондовый рынок уже неделю падает, а рубль нет?
Российский фондовый рынок продолжает падение на фоне новостей о мобилизации. Доллар также растет к рублю
На Мосбирже происходит обвал акций. «Тинькофф» и VK потеряли по 14 %
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.