4 июля 2020
текст:

«Станет для всего мира символом преследования». Журналисты и писатели — о деле Светланы Прокопьевой, которую обвиняют в оправдании терроризма в авторской колонке

Прокуратура запросила шесть лет колонии для псковской журналистки Светланы Прокопьевой, которую обвиняют в оправдании терроризма. Дело возбудили после ее колонки о теракте в здании ФСБ в Архангельске — в ней Прокопьева писала, что государство «само воспитало» поколение граждан, которые борются с ним.

В Совете по правам человека дело против Прокопьевой называют «абсурдным», в ее поддержку выступают многие СМИ. «Бумага» собрала мнения журналистов, историков и писателей о ситуации.

Борис Акунин

Писатель 

— Те из вас, кто не следит за судебным процессом псковской журналистки Светланы Прокопьевой, пропускают поразительный акт государственного самоувечья, происходящий на наших глазах.

Как вы помните, а может быть, уже и не помните, в 2018 году семнадцатилетний Михаил Жлобицкий подорвал себя в здании архангельского ФСБ.

Нет, Светлана Прокопьева в этом никак не участвовала. Она всего лишь высказала в радиопередаче мнение, что причиной трагедии стала нездоровая социально-политическая ситуация в стране. Теперь Светлану хотят посадить за «публичное оправдание терроризма» на шесть лет, и прокурор заявляет, что срок должен быть не условным, а реальным.

Смотришь на это и диву даешься умищу этих людей. Они из ничего, буквально из ничего, вновь создают себе большую проблему. Храбрая, хрупкая женщина сядет в тюрьму и станет для всего мира символом преследования журналистов в путинской России.

Сергей Смирнов

Главный редактор издания «Медиазона»

— Запрошенный срок псковской журналистке Светлане Прокопьевой выглядит абсурдно. Шесть лет за колонку, ну это же реально безумие.

Но вот что лично меня настораживает. Думаю журналисты не просто раздражают силовиков (кто только этих людей в форме не раздражает). Силовики в прошлом году на деле Голунова столкнулись с сопротивлением и проиграли, причем публично. Понятно, что псковские чекисты, которые так встревожились по поводу текста Прокопьевой не имеют прямого отношения к делу Голунова.

Тем не менее, есть риски, что Прокопьева получит реальный срок. Несмотря на акции солидарности, выход на улицу и так далее. Пора показать журналистам их место, чтобы слишком много о себе не думали после Голунова.

Алексей Венедиктов

Главный редактор «Эхо Москвы» (колонка Прокопьевой была опубликована на сайте«Эхо Москвы в Пскове»)

— Позиция наша журналистская и наших юристов заключается в том, что Светлана Прокопьева абсолютно невиновна в тех преступлениях, в которых ее обвиняет генеральная прокуратура. Мы считаем, что это политическое дело, политический заказ. И в случае обвинительного приговора мы сделаем все, чтобы более высокая судебная инстанция ее оправдала.

Дмитрий Быков

Писатель

— Конечно, дело Светланы Прокопьевой – псковской журналистики, которая сейчас является объектом совершенно бессовестного облаивания, обхаивания и противозаконного уголовного преследования, – это, мне кажется, самая важная тема нашего времени.

Потому что текст Прокопьевой, которому приписывается оправдание терроризма, он ничуть не менее разоблачителен, ничуть не менее важен, чем, скажем, тексты Голунова. Я под словами Прокопьевой подписываюсь именно потому, что она сформулировала очень важную тему: стадию превращения государства в репрессивное. Репрессивным называется не обязательно то государство, которое с утра до ночи всех сажает. Репрессивное – это то государство, которое не делает ничего другого. У которого нет никакой позитивной программы, кроме борьбы с внешними врагами и уничтожение врагов внутренних. Предложить оно ничего не может <…>.

Николай Сванидзе

Журналист, историк, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека

— Я считаю, что нельзя наказывать за слова, кроме одного исключения — когда слово становится делом, а именно: прямые провокации насилия. В данном случае, если я правильно понимаю контекст слов Светланы Прокопьевой, то слова крайне неудачные.

Они крайне неудачные, потому что нельзя никакой политикой оправдать попытку убийства и самоубийства, но при этом, на мой взгляд, в ее словах не было прямого призыва к насилию.

Не исключено, что ее слова действительно нарушают какие-то вещи, что и подтвердил Роскомнадзор, но я думаю, что как раз предупреждением можно было бы и ограничиться, а уголовное дело — это уже слишком.

Екатерина Винокурова

Журналистка

— Начнем с того, что я прочла «ту самую» статью Прокопьевой. Там нет оправдания терроризма, а есть мысль, которая была высказана многими: чем более жестко силовики будут относиться к молодежным активностям (от запрета концертов до пыток в деле «Сети»), тем больше молодежь радикализуется <…>.

Наказание за оправдание терроризма есть в разных странах, в том числе ЕС. Но у них, как мне объясняли, чище правоприменение в этом плане, (хотя бывают перекосы в обратную сторону),как раз за счет огромного внимания к экспертизам. В деле Прокопьевой мне очень интересно было бы на эти экспертизы посмотреть. И в глаза тому, кто их писал.

Максим Солюс

Журналист

— Двадцать лет назад такое можно было сказать по телевизору или на Красной площади. Десять лет назад «Ведомости» получили за то же самое предупреждение Роскомнадзора. Сегодня за это прокурор просит шесть лет. Шесть лет — за колонку, в голове не укладывается.

Давид Френкель

Корреспондент «Медиазоны»

— Те шесть лет, которые запросили для нашей коллеги Светланы Прокопьевой, — это гораздо больше, чем сломанная рука (полицейский сломал Давиду руку на избирательном участке в Петербурге — прим. «Бумаги»). Сломанная рука заживет, а шесть лет реального лишения свободы никуда не денутся.

Я не понимаю, что значит запрет на ведение профессиональной деятельности на четыре года. Даже когда я просто выхожу на улицу, ничего не снимаю и не пишу, когда я чищу зубы, надеваю обувь, я все равно остаюсь журналистом. Потому что невозможно просто так перестать быть журналистом, но власти, мне кажется, очень хотят, чтобы мы перестали ими быть <…>.

Фото на обложке: Людмила Савицкая

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.
Дело «Сети»
Суд в Петербурге оштрафовал четырех активистов, задержанных после оглашения приговора фигурантам дела «Сети»
Фигурант петербургского дела «Сети» Юлий Бояршинов подал иск на 400 тысяч рублей из-за условий содержания в СИЗО
В Петербурге полиция оштрафовала активиста за мат после суда по делу «Сети». В пример нецензурной брани привели лозунг «Антифашизм — не преступление»
В Петербурге отпустили задержанных после оглашения приговоров по делу «Сети». Они пробыли в отделениях полиции сутки
«Приговор зафиксировал — можно пытать подсудимого, суд всё одобрит»: что о сроках Бояршинова и Филинкова говорят правозащитники, активисты и родственники
Вакцинация от коронавируса
Я сделал прививку «Спутник V». Дневник вакцинировавшегося от коронавируса в Петербурге
Вакцину Центра имени Чумакова хотят ввести в гражданский оборот в марте. Это инактивированная прививка от коронавируса
ВОЗ считает, что наличие сертификата о сделанной вакцине от коронавируса не должно быть обязательным требованием для международных поездок
Путин поручил со следующей недели начать массовую вакцинацию россиян от коронавируса
В Петербург доставили 20 тысяч доз вакцины «Спутник V»
Отравление Навального
Алексей Навальный призвал россиян выходить на улицы. Его штабы планируют провести митинги 23 января
Алексея Навального арестовали на 30 суток
Что о задержании Алексея Навального говорят в России и мире? Реакции политиков, политологов, правозащитников и юристов
Алексея Навального задержали до решения суда
Алексей Навальный прилетел в Москву ❗️
Зима в Петербурге
Петербуржцы массово выходят на лед рек и каналов, несмотря на запрет. Они катаются на коньках, рисуют на снегу и выгуливают собак
Петербургский фотограф показал покрытую инеем вершину «Лахта Центра» 👀
Петербуржцы сообщают о лисах на улицах. Они приходят в город из-за морозов и не опасны для людей, рассказали в Смольном
В ЦПКиО готовят к открытию большой бесплатный каток с естественным льдом
У-у-ух, как же холодно! Или бегом гулять по морозу? Пройдите тест и узнайте, как легко вы переживаете зиму ❄️️
Вторая волна коронавируса
Я сделал прививку «Спутник V». Дневник вакцинировавшегося от коронавируса в Петербурге
Как растет число заболевших и умерших из-за коронавируса в Петербурге — показываем на графиках
Власти Петербурга предупредили о возросшем риске заразиться коронавирусом в общественных местах
В Смольном заявили о возможном росте заболеваемости COVID-19. В альтернативной статистике уже фиксируют более 3600 зараженных
Рестораны Петербурга потеряли более трети доходов в новогодние каникулы, выяснили «Сбербанк» и «Тинькофф»
Коллеги «Бумаги»
О народе в Ленинградской области, которого «как бы и нет»
Как коронавирус шел по системе ФСИН — исследование «Зоны права»
Говорят, все уходят из WhatsApp в Signal и Telegram из-за проблем с конфиденциальностью данных
Подкасты «Бумаги»
«Человечество — как оркестр: в нем нужны разные инструменты». Как люди с психиатрическим диагнозом публично говорят о жизни с расстройствами
Слушайте семь подкастов «Бумаги» за 2020 год. В них говорим о дружбе, ЛГБТ, путешествиях по России и медицине
Устали от работы? Послушайте деловые советы от Директора Всего — музыкант в образе занятого бизнес-коуча знает, как повысить KPI
Могут ли жуки жить десятки лет и как вылечить укус комара с помощью наночастиц? В этом подкасте обсуждаем насекомых 🐞
«Чем больше ИИ входит в нашу жизнь — тем больше заблуждений». В этом подкасте говорим про нейросети с Александром Крайновым
Утрата памятников архитектуры
Суд отказался отзывать разрешение на перестройку дома Басевича. Активисты считают, что иск подал человек, связанный с застройщиком
В Ленобласти произошел пожар в усадьбе Пименовых-Шараповых, построенной в XIX веке. Пострадавших нет
Закс принял закон, запрещающий демонтировать дореволюционные и советские вывески. Ранее в городе демонтировали десятки старых указателей
Из дач Кирхнера и Кинга в Зеленогорске намерены сделать пространство с гостиницей и туристическими объектами
В Петербурге на Воронежской улице снесли историческое здание. В феврале активисты добились отмены разрешения КГИОП на его снос

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.