8 ноября 2017

Зачем нужны рамки и массовые проверки в метро и почему система безопасности в России не работает. Рассказывает социолог

Почему расследование каждого преступления в России стоит почти миллион рублей, что такое «театр безопасности» и можно ли предотвратить взрыв в метро?

На фестивале «Кампус» ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета в Петербурге Кирилл Титаев рассказал, как устроена система безопасности в России и из-за чего она неэффективна. «Бумага» публикует главное из лекции социолога.

Три четверти смертей в России происходят из-за болезней, а каждая 40-я — это убийство

По статистике 2016 года, 47 % смертей — следствие сердечно-сосудистых заболеваний, 18 % — неустановленных причин, 16 % — онкологии, 11 % — прочих заболеваний, 8 % — внешних причин, в том числе убийств.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Три четверти смертей — это болезнь, и каждая 40-я смерть — убийство. Может, нам нужно хотя бы вдвое срезать бюджет правоохранительной системе и начать что-нибудь делать с сердечно-сосудистыми заболеваниями? Этот вопрос приходит в голову, наверное, любому человеку, который начинает разбираться со статистикой.

Сторонники того, чтобы тратить больше средств на правоохранительную систему, чем на здравоохранение, приводят в свою очередь несколько аргументов. Во-первых, смерть от болезни, как правило, наступает позже, чем смерть в результате криминального насилия. Если от болезни люди зачастую умирают ближе к старости, то самая большая вероятность умереть от преступного насилия находится в диапазоне между 25 и 35 годами. Во-вторых, помимо убийств есть и другие преступления: воровство, мошенничество, телефонный терроризм, с которыми тоже необходимо бороться. Кроме того, уровень преступности напрямую влияет на состояние доверия в обществе.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Хорошая новость: по социологическим данным, взаимное доверие в России непрерывно растет с начала 2000-х. До этого невозможно было представить, что человек, уходя в туалет в ресторане, оставляет на столе кошелек. Мы меньше боимся, и это полезно: отдыхать вместо того, чтобы напрягаться и волноваться. В этом плане эффективная борьба с преступностью приносит довольно много пользы.

Сумма, потраченная на расследование одного преступления, превышает ущерб, который оно приносит

На расследование одного преступления в России тратится 977 тысяч рублей. Притом что типовое преступление — самое массовое из тех, которые расследуются, — это кража в магазине под камерой. А имущественный ущерб среднего преступления — 260 тысяч рублей.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Это очень плохая статистика, но другой у нас нет. Плохая вот почему. Условно говоря, в 2004 году средний ущерб составлял полмиллиона рублей. Потому что весь ущерб, который вменили тогда по делу ЮКОСа, вошел в эту статистику.

Из-за такого разрыва в суммах в криминологии обсуждают возможность выплачивать потерпевшим компенсации в размере ущерба, который они понесли, без отлавливания преступников.

В России на борьбу с терроризмом тратятся десятки миллионов рублей. Но насколько велика реальная угроза — неясно

По подсчетам Кирилла Титаева, от терроризма в стране погибает около 65 людей в год, а по самой радикальной оценке правоохранительных органов примерно 90–100 (она учитывает годы войны с Чечней и трагедию в Беслане).

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Я бы хотел назвать красивые цифры о финансировании борьбы с терроризмом, но их нет. Они засекречены. Однако можно назвать те цифры, которые нечаянно всплыли только на региональном уровне — без участия больших федеральных игроков вроде ФСБ, МВД, СК и так далее. Например, в Астраханской области в 2014 году на борьбу с терроризмом потратили 120 миллионов рублей. Если экстраполировать это по населению, мы получим 10 миллиардов: то есть в расчете на каждого погибшего тратится 100 миллионов рублей только из региональных бюджетов.

Террор, как замечает Титаев, вызывает у людей страх, который заставляет их, например, не спускаться в метро: так было после теракта в Петербурге 3 апреля, когда на следующий день в час пик можно было увидеть свободные вагоны. «Да, с терроризмом нужно бороться, этого никто не отрицает. Но насколько важна эта угроза? Это большой вопрос. Мы видим, что сегодня весь мир смотрит на это как на угрозу крайне важную».

Металлоискатели и охранники — это «театральные жесты», чтобы успокоить людей

Окружающий мир должен видеть «реакцию на угрозы», объясняет Кирилл Титаев. Эту реакцию он называет «театральными жестами» в ответ на реальные события. Из таких примеров — рамки металлоискателей в метро. Они обошлись городу не менее чем в 50 миллионов рублей, а ежедневная работа дополнительных проверяющих — не менее чем в 150 миллионов рублей в год. Однако такие меры не эффективны.

Например, недавно произошло нападение на журналистку Татьяну Фельгенгауэр в редакции «Эха Москвы»: чтобы попасть в здание, преступник брызнул в лицо охраннику из газового баллончика и пролез под турникетом. Оказалось, что система не помогает защитить людей в здании от тех, у кого действительно есть преступные намерения. При этом впустую тратится время сотрудников, которые каждое утро достают и показывают паспорт на входе, и деньги на зарплаты охранников.

Однако самих охранников не в чем винить, говорит Титаев, поскольку они выполняли свою работу, не были защищены стеклом и не могли ждать нападения от каждого.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Несколько лет назад команда журналистов провела следующий эксперимент, я был наблюдателем. Они пытались попасть на территорию вуза, пронеся с собой массогабаритную модель пистолета и не имея никаких документов. Во всех случаях это удалось. Способ предельно простой: надеваем одежду курьера, на которой написано «Доставка чего-нибудь», и показываем конверт «Ректору лично под роспись». Всё.

В существующей системе безопасности для охраны нанимают персонал, который выполняет самые базовые действия вроде проверки документов: нанимать квалифицированных сотрудников для такой работы не имеет смысла. Таким образом, по словам Титаева, обеспечением безопасности тотально начинают заниматься люди с очень низкой квалификацией.

Меры безопасности в аэропортах и метро предложены не экспертами

Один из важнейших инструментов выявления взрывчатки — собачий нос, рассказывает Кирилл Титаев, и было бы эффективнее вместо рамок выделить из бюджета средства на кинологов.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Металлоискатели — это прямое указание первого лица, человека, который очень давно не заходил в вокзалы как пассажир и, в общем, ничего не понимает в правоохранительной деятельности (речь идет об установке металлических рамок на железнодорожных вокзалах Петербурга и Москвы по указанию Дмитрия Медведева — прим. «Бумаги»). Потому что он никогда специально это не изучал: курс криминалистики, курс криминологии, курс правоохранительных органов, прослушанный на юрфаке Ленинградского университета, и всё. Это опять же яркий театральный жест. Еще хуже ситуация с досмотром при входе в аэропорт: там скапливаются гигантские очереди — и тем самым создаются условия для теракта.

Примечательно, что в российских городах по-разному отнеслись к идее установки рамок металлоискателей: больше всего эту меру поддерживали те города, в которых нет метро, а в особенности — те, в которых нет эффективно используемой железной дороги: «Условно говоря, Приозерск был категорически за рамки, а Петербург был категорически против».

В качестве еще одного примера неэкспертной реакции Титаев вспоминает ситуацию с выходом статьи в «Новой газете», которая выявила сообщества «ВКонтакте», якобы призывающие подростков к суициду. После этого в Уголовном кодексе была введена дополнительная статья о пропаганде суицида, и скоро должны состояться первые суды по этому делу.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Какие особенности работы системы мы видим в этом примере? Во-первых, такая реакция почти никогда, на мой взгляд, не опирается на анализ масштабов проблемы и ее значимости. Второе — это, конечно, тотальное игнорирование реалистичности самих мер. Как только пройдет эта волна по поводу суицида подростков, все забудут об этой статье, потому что выявлять и доказывать такие преступления невозможно. Это лежит за гранью человеческих сил. Как я уже говорил, подобным часто занимаются непрофессионалы: экспертизе Яровой в области коррупции я готов доверять, но ее экспертизе в области подросткового общения в социальных сетях — не очень.

Защита от терактов в метро — проблема, которую пока нельзя решить

Решения в сфере безопасности должны опираться на анализ масштаба и реальности угрозы, быть реализуемыми и направленными против преступников, а не против их орудий — за некоторыми исключениями, например, запрет на боевое оружие необходимо сохранить. И такие решения не должны усложнять жизнь простых горожан.

Ограничение доступа людей с взрывчаткой к метро — это задача, которую нельзя выполнить, считает Титаев. Места, где собирается большое количество людей, всегда были и будут объектами повышенной опасности: «Лучше не делать ничего, чем делать заведомо бесполезные вещи». При этом метро должно нести ответственность за безопасность пассажиров, но не в случаях терроризма.

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета:

— Очень важно разделять: есть организованные сети — религиозные, политические; но самое страшное, что у нас есть, — это инициативный одиночка. На поиск схем того, как сделать подходящее устройство, уходит 5–7 минут, и сделать само устройство тоже несложно. Это нельзя предотвратить никоим образом. Если теракт в Петербурге готовился группой, можно винить сотрудников ФСБ, которые не отследили, не предупредили, не арестовали до. Если это сделал одиночка, как они должны были его отследить? Проверять каждого сумасшедшего?

Вероятно, что с развитием технологий в будущем появятся датчики и камеры, которые смогут схватывать весь поток и распознавать, идентифицировать все лица. Тогда появятся новые реальные меры предотвращения терактов.

Сегодня, чтобы рамка заработала в полную силу, у человека с собой должно быть около 8 килограммов железа. А если она сработала вполсилы, это может быть реакция на ноутбук, перочинный нож, крупную цельнометаллическую ручку, и поэтому человека могут не остановить. «Люди, которые занимаются проверкой, понимают, что это бессмысленная работа. Нельзя заставить работать хорошо ни одного человека, 90 % работы которого — бессмысленны. Те 10 % будут выполняться плохо», — говорит Титаев.

Уровень преступности в России снижается, сообщает Генпрокуратура России. Но связано ли это с мерами безопасности — неизвестно

Сегодня уменьшилось количество ДТП, самоубийств, убийств. По этому поводу есть много гипотез — например, о влиянии на ситуацию компьютерных игр и социальных сетей, из-за которых отчасти исчезли с улиц подростковые банды. Но неизвестно, связано ли снижение уровня преступности с принятыми мерами безопасности. В частности, установок рамок, поскольку нет фактов задержания террористов с их помощью. Кроме того, стоит учитывать тенденцию всемирного падения уровня преступности.

Ева Реген
Авторы: Ева Реген
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь на «Бумагу» там, где вам удобно
Все тексты
Четвертая волна коронавируса
В России зарегистрировали первые случаи заражения омикрон-штаммом
Вижу новости, что Петербург в лидерах по коллективному иммунитету к COVID-19. Это правда?
Росстат: в октябре скончалось 2565 петербуржцев с коронавирусом. В отличие от всей России это не максимум
Смольный: более 80 % госпитализированных в Петербурге старше 60 лет
За последний год в России умерли 2,4 миллиона человек. Это худший показатель смертности со времен войны
Новый год — 2022
Глава комздрава заявил, что для «спокойного» Нового года нужно привить еще 400 тысяч петербуржцев
Посмотрите на главную городскую ель — могучую и пушистую. Скоро она появится на Дворцовой 🎄
«Яндекс.Музыка» подвела итоги года. Самым популярным треком стала «Птичка», а исполнителем — Моргенштерн
В «РЖД» объявили новогоднюю распродажу. Билет на «Сапсан» в Петербург будет стоить 2022 рубля
На Новой Голландии каждую зиму работают фигуристы в костюмах. В этом сезоне они нарядились в виде диско-шаров 🥳
Как меняется Петербург
«Исторически Петербург — город пастельных тонов». Как планируют изменить цвет фасадов Зимнего дворца
«Перекресток» начал тестировать формат небольших магазинов. Когда они откроются в Петербурге?
В Ломоносове появилось новое общественное пространство — на месте бывшего пустыря
В саду Дружбы закончились работы по благоустройству. Показываем, как изменилось общественное пространство
Ради строительства Большого Смоленского моста хотят снести восемь исторических домов. Что это за здания?
Вакцинация от коронавируса
Глава комздрава заявил, что для «спокойного» Нового года нужно привить еще 400 тысяч петербуржцев
Вижу новости, что Петербург в лидерах по коллективному иммунитету к COVID-19. Это правда?
В Петербурге задержали четырех человек, организовавших бизнес по продаже поддельных QR-кодов. Позднее прокуратура отменила возбуждение уголовного дела
В Петербург поступила новая партия вакцины «Спутник V» — более 100 тысяч доз
Что известно про новый штамм коронавируса B.1.1.529? Насколько он опасен и заражен ли им кто-то в России?
Коллеги «Бумаги»
Обвинительные клоны
Непрофессиональное заболевание
Как читать новости о ковиде?
Научпоп
В России вручили премию «За верность науке». Лучшим научно-просветительским проектом года стал Science Slam 🙌
Мы заполнили два вагона поезда Москва — Петербург молодыми учеными. Что было дальше?
«Мир знаний» — ежегодный фестиваль научного кино. Как он изменился и что покажут в этот раз
Фестиваль научных и исследовательских фильмов «Мир знаний» проведут в Петербурге с 1 по 6 декабря. Тема этого года — космос
Почему у облаков в Петербурге бывают ровные края? Мы узнали у популяризатора астрономии и синоптика. Обновлено
Подкасты «Бумаги»
Зачем развивать бизнес-мышление, если вы не предприниматель? Слушаем лекцию о прогнозах, рисках и кризисах
Можно ли воскресить динозавров и мамонтов? Обсуждаем с учеными, зачем восстанавливать древних животных и что с ними стало бы сегодня
Мы всегда онлайн! Не пора отдохнуть от интернета? В этом подкасте обсуждаем зависимость от соцсетей и диджитал-детокс
Как большие данные изменили науку? В этом подкасте слушайте, что можно узнать о соцсетях, дружбе и неравенстве благодаря big data
Как понять, что вы живете в гетто? Слушайте лекцию о том, почему происходит сегрегация в городах
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.