Реаниматолога Сергея Саяпина, критиковавшего руководство, одним из первых признали пострадавшим от коронавируса. Врач рассказывает, как получил компенсацию

В середине мая реаниматолог Покровской больницы Сергей Саяпин стал одним из 15 петербургских медиков, которых официально признали пострадавшими от коронавируса. За заражение на рабочем месте ему должны выплатить 300 тысяч рублей.

Врач, критиковавший руководство за нехватку средств защиты, долгое время был уверен, что не сможет получить компенсацию. Тем не менее это произошло: согласно акту расследования, в заражении не виновато ни руководство больницы, ни он сам.

Саяпин рассказал «Бумаге» о течении болезни, расследовании заражения и о том, как публичный конфликт с руководством повлиял на признание его пострадавшим.

Сергей Саяпин

анестезиолог-реаниматолог Покровской больницы

— В субботу [11 апреля у меня] появилась аносмия: я случайно заметил, что перестал чувствовать запахи. Через день-два развился кашель. Затем я случайно обнаружил температуру. Обычно я чувствую температуру хорошо: как и любой мужик, 37,2 — и уже влежку. А тут померил — сразу 38. Потом была потеря массы тела. И лишь затем решил посмотреть, что у меня в легких на КТ [компьютерной томографии]. (У Саяпина выявили двустороннюю вирусную пневмонию — прим. «Бумаги».)

К этому времени я был в больнице на карантине. Мы жили в этом отделении. Я решил, что нужно уходить от пациентов. 17 числа меня госпитализировали в стационар [больницы имени] Боткина.

В больнице всё было хорошо. Кашель прошел ко дню седьмому-восьмому в стационаре. Только под конец второй недели я понял, что до госпитализации у меня было не очень хорошее состояние: была очень сильная потеря критики [к собственному здоровью]. Но, в целом, что здесь еще говорить? Выжил и выжил.

29 апреля меня выписали. Но никакого предписания о самоизоляции мне не дали. Больничный, по которому я лежал в Боткина, закрыли 30-м числом. Затем в моей поликлинике открыли другой, по реабилитации после пневмонии.

На тот момент я был уверен, что выплаты [за заражение] получить не выйдет. Даже не из-за конфликта [с руководством], а потому, что я понимаю, как работает система. По существующим на то время нормативно-правовым актам, при предоставлении мне выплаты главврач должен был подписаться под тем, что он виноват [в заражении сотрудника на рабочем месте], и, соответственно, заплатить штрафы и прочее.

Тем не менее я, естественно, решил подать заявление [на выплату компенсации]. То, что я верю или не верю, не мешает мне действовать. Я думал, что если мне откажут, то обращусь в Следственный комитет и прокуратуру с целью расследования бездействия главного врача при эпидемиологических угрозах (Саяпин и другие медработники Покровской больницы долгое время критиковали главврача Марию Бахолдину за нехватку средств защиты — прим. «Бумаги»).

Еще в первый день, когда меня выписали, я пошел в ближайшее отделение «Почты России», отстоял там в очереди два часа и отправил в Покровскую больницу заказное письмо с уведомлением о вручении и описью. После этого со мной связался специалист по охране труда больницы — она попросила по электронке дослать какие-то документы и прочее.

Я должен был выйти на работу 13 мая — на это время было назначено заседание рабочей комиссии [по расследованию причин заражения]. Но меня посадили на двухнедельный карантин дома по контакту с женой, у которой выявился COVID-19.

Соответственно, комиссия прошла без моего участия. Там меня признали пострадавшим (в документе, который есть в распоряжении «Бумаги», значится «Вина работника отсутствует», непосредственной причиной заражения обозначен «многократный контакт с больным»). Больница направила курьером все документы в соцзащиту моего района. Теперь жду 20 рабочих дней [для получения положенных выплат].

При этом пострадавшим меня признали не от того пациента, на которого я думал, а от пациента, который поступил во второй половине марта, еще до официального ввоза пневмоний, когда юридически еще не нужно было никаких средств защиты (до этого Саяпин был уверен, что заразился на рабочем месте от инфицированного пациента, о поступлении которого в начале апреля администрация не предупредила персонал — прим. «Бумаги»).

Администрация сделала такой «ход конем», нашла изящный выход из ситуации: вроде и они не виноваты, и я пострадавший. Получается, по их расследованию, пациент поступил еще во второй половине марта, а симптомы у меня появились почти во второй половине апреля.

Исходя из этого расследования, обращаться куда-то [в Следственный комитет и прокуратуру] уже не получится. Есть официальный акт, что они [руководители Покровской больницы] не при делах и что, в принципе, я тоже не виноват. Сейчас у меня нет бумаг, на основании которых можно было бы подать заявление. Мои подозрения теперь — лишь мои подозрения.

Зато выплаты я получу, наверное, лишь потому, что конфликт был вынесен в публичную плоскость. Причем не только мной, а всеми сотрудниками. Сейчас, если набрать в поисковике «COVID Петербург», наверное, наша больница будет самой цитируемой. Если бы мы эту бучу не подняли, то, я думаю, это всё бы попытались замять и повесить вину на заболевших [врачей].

По моей информации, моим коллегам, кто болеет коронавирусом, звонила специалист по охране труда и говорила, что после выхода с больничного необходимо написать заявление [на компенсацию]. Просто никто еще не вышел. Мы все, кто ушли во второй декаде апреля, еще не вернулись на работу.


В пресс-службе губернатора Александра Беглова «Бумаге» сообщили, что заболевшие медработники могут получить и федеральные, и региональные выплаты. Если медик не получил инвалидность, ему полагается 300 тысяч рублей от города и еще 68 тысяч рублей по принятому в России страхованию здоровья медиков, работающих с COVID-19.

Как рассказали «Бумаге» в комитете по здравоохранению, по состоянию на 15 мая в Петербурге официально признали пострадавшими 15 заболевших медиков и одну семью умершего.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.
Выплаты медикам
Уборщики и буфетчики, работающие в красных зонах «ковидных» стационаров, получат надбавки от властей Петербурга
В госпитале для ветеранов войн санитарке отказали в выплатах за работу с COVID-19. Начальник учреждения заявил, что она не имеет нужного образования
В Петербурге коронавирусом заразились около 5 тысяч сотрудников медицинских учреждений. Среди них — буфетчики, бухгалтеры и уборщики
«Больные кашляют нам в лицо, а доплат нет». Петербургская уборщица рассказывает, как выполняет обязанности санитарки, но не получает выплат
Как в «нековидном» стационаре добиваются надбавок для врачей и борются с распространением инфекции. Интервью с главврачом Елизаветинской больницы
Новые тексты «Бумаги»
На «Бумаге» — премьера клипа «Научи меня жить» от группы «Простывший пассажир трамвая № 7»
От хюгге-кэмпа до экофермы: блогеры рекомендуют необычные места для путешествия по Ленобласти
Чем технология 5G будет полезна экономике и почему вокруг нее столько страхов? Рассказывает кандидат технических наук
На Рубинштейна постоянно проходят уличные вечеринки, где веселятся сотни людей. Местные жители жалуются на шум, а полиция устраивает рейды
Как проходило голосование по поправкам в Петербурге: вбросы бюллетеней, коронавирус у членов комиссий и участки во дворах
Коронавирус в Петербурге
В Минкультуры объяснили, почему вход в парки «Царского села» и «Павловска» сделали платным для местных жителей
Как растет число заболевших коронавирусом в Петербурге — показываем на графике
Петербургские суды зарегистрировали больше 600 дел об отсутствии СИЗ за июль. Протоколы составляли в том числе на горожан, которые ели шаверму без маски
В Петербурге выявили еще 160 случаев заражения коронавирусом и зарегистрировали шесть смертей
В Петербурге выявили 163 новых случая заражения коронавирусом, подтверждено еще четыре смерти
Конфликт на Петровской косе
Что известно о будущем Речного яхт-клуба и Петровской косы. Яхтсменов выселили в разгар сезона, им негде швартоваться
«Нет консенсуса, нет договоренностей, нет развития». Что будет с речным яхт-клубом и что сейчас происходит на Петровской косе
Глава Ленинградской федерации профсоюзов подтвердил выселение речного яхт-клуба с Петровской косы. Там срезают понтоны, суда вынесут на сушу
Приставы пришли в яхт-клуб на Петровской косе и срезали трапы, ведущие к судам
Яхт-клуб на Петровской косе — последнее место в Петербурге для бюджетного яхтинга. Что известно о будущем территории, за которую борются застройщики, профсоюзы, спортсмены и город
Поддержка независимых театров
Сколько на самом деле стоит один поход на спектакль? Режиссер Семен Александровский рассуждает, почему бюджету выгодны частные театры
Более 20 независимых театров Петербурга не получили господдержку после пандемии: некоторым грозит закрытие. Десятки миллионов достались патриотическим фестивалям
Независимым театрам Петербурга обещают выделить субсидии в конце августа, заявила член комиссии
Независимые театры пожаловались, что остались без субсидий во время пандемии. Смольный запустил второй этап конкурса на финансирование
Коллеги «Бумаги»
Как ростовские наркополицейские бежали в Украину и задумались о карьере правозащитников
Как приговор по делу Юрия Дмитриева изменит Россию и нас
История отца Сергия, захватившего монастырь
Смягчение режима самоизоляции
Петербургские суды зарегистрировали больше 600 дел об отсутствии СИЗ за июль. Протоколы составляли в том числе на горожан, которые ели шаверму без маски
В Петербурге открылись визовые центры десяти стран ЕС
Беглов поручил подготовить театры к открытию в сентябре
МФЦ в Петербурге снова начали работать без предварительной записи
Во время пандемии центр Петербурга превратился в один большой рейв. Почему одни в восторге от вечеринок на Конюшенной и Рубинштейна, а других это бесит
Закон о «наливайках»
Автор закона о «наливайках» объяснил, почему площадь баров ограничили 50 метрами. Так депутаты борются с заведениями в хрущевках
Беглов призвал до 2021 года изменить закон о «наливайках» в интересах предпринимателей и жителей. Вот как он объяснил подписание «непроработанного» законопроекта
«Принятие закона о „наливайках“ — поспешность отдельных депутатов». Александр Беглов заявил, что в закон внесут изменения
В Петербурге прошло первое заседание рабочей группы по закону о «наливайках». На нем предложили создать особые правила для баров в исторических домах
Мой любимый бар закроется? Там перестанут продавать алкоголь? Отвечаем на главные вопросы про закон о «наливайках»
Снос хрущевок в Петербурге
Какие хрущевки готовятся снести в Петербурге, куда переселяют жильцов и почему проект реновации затянулся на 10 лет?
Как в Сосновой Поляне сносят первую хрущевку по программе реновации. Демонтаж продлится несколько дней
В Петербурге возобновляется программа реновации — первыми сносят дома в Красносельском районе. Что об этом известно
В Петербурге начали сносить первую расселенную хрущевку по программе реновации
Жители попавших под реновацию кварталов смогут переехать в другие районы
Лето в Петербурге
Театр, похожий на космический корабль, старинные церкви и медовуха в купеческом доме. Приезжайте в Великий Новгород
Как долго в Петербурге продлятся дожди и ждать ли лета в августе? Рассказывает главный синоптик города
Во время пандемии центр Петербурга превратился в один большой рейв. Почему одни в восторге от вечеринок на Конюшенной и Рубинштейна, а других это бесит
В Петербурге прошел ливень. Конечно же, улицы по всему городу затопило, а машины «плыли» по дорогам
Сотни людей на набережных, разведенные мосты и военные корабли: как в Петербурге прошел парад в честь Дня ВМФ
Озеленение Петербурга
Жители Петроградского района намерены вернуть виноград, сорванный ветром с дома на Лизы Чайкиной. Вот как они это сделают
С дома на Лизы Чайкиной сорвало виноград, много лет покрывавший половину стены. Местные жители планируют вернуть растение на место
На парковке на Марата на один вечер создали зону отдыха со стульями и растениями в горшках. Вот как она выглядела
На Чкаловском проспекте появился прицеп со скамейкой и растениями. Небольшую зону отдыха оборудовали активисты
Сквер Виктора Цоя начали благоустраивать — там стелют газон и красят здания. Работы связывают со скорым приездом Беглова

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.