10 декабря 2015
Герои рубрики «Идеи» — это люди, получившие уникальный опыт благодаря собственным усилиям. Они рассказывают о том, как прошли путь от задумки до реализации, чему научились и как завершился их проект.
Отправиться в путешествие на копии парусника Петра I по Атлантике и Средиземному морю
Вместо путешествия по континенту программист Андрей Ситник отправился в плавание из Португалии в Испанию. На десять дней он поступил матросом на петербургский парусник «Штандарт», сделанный по модели корабля Петра I.
Путешественник рассказывает, почему отправился в морской поход, как жил на корабле и наблюдал суперлуние, что испытывал, сходя с парусника в порту, и зачем экипаж чешского судна обстрелял их из пушек.
Фото из архивов «Штандарта»

Андрей Ситник

28 лет

Идея

— О петербургском проекте «Штандарт» я узнал от своего друга: он уже ходил на этом судне и рассказал мне о полученном опыте, который показался мне таким крутым и необычным, что я не смог удержаться и попробовал сам. Когда у них на сайте я увидел, что в скором времени судно идет в Средиземноморье, понял, что нужно ехать — как раз хотел побывать в Португалии.
Кроме того, у меня и дедушка, и папа были моряками, поэтому мне было интересно ощутить дух плавания и попробовать себя матросом. Ну и мне хотелось посмотреть на звезды, ведь в море их видно намного лучше, чем на суше. Так совпало, что на то время, когда я должен был быть на судне, приходилось лунное затмение и суперлуние.
Десять дней
ушло на все путешествие
400 морских миль
прошел корабль за все плавание
Три дня и 250 морских миль
длился самый долгий морской переход
Воды трех стран
пересек парусник (Гибралтар — британская особенная территория)
490 евро
стоило плавание
34,5 метра
максимальная длина корабля
33 метра
высота мачт
Четыре порта
посетили во время плавания

Подготовка

Когда я готовился к плаванию, в первую очередь, расспросил знакомых, что нужно взять с собой, плюс постарался запомнить всю ту информацию, что приведена в качестве справочной на сайте, но, честно говоря, все выветрилось из головы.
Я обзавелся специальной одеждой. На корабле нужны перчатки, потому что постоянная работа с веревками приводит к тому, что у тебя стирается кожа руках. Обязательно нужна теплая одежда, мембранные куртки, они пригодится, когда ты будешь стоять на вахте ночью. Все остальное тебе дают. Еще я купил спальник, но на самом деле можно было обойтись и без него — они там есть.
Фото: Андрей Ситник

Путешествие

Все обучение происходит уже на борту. Обычно ты садишься на корабль, когда он еще стоит в порту, поэтому проводишь первый день не в дороге. Обучение включает в себя базовые правила безопасности, но ничего особенного там нет: если вы подозреваете огонь на борту, то об этом нужно срочно сообщить, курить можно только в определенных местах и тому подобные правила.
Кроме того, пить на борту можно только с разрешения капитана. Когда корабль в порту, капитан разрешает это почти каждый вечер, даже, я бы сказал, выступает инициатором этого праздника. В кают-компании есть две рынды [колокола]: первая — это призыв к еде, вторая — это алко-рында. В алко-рынду может бить только капитан, остальным это запрещено.
Во время обучения рассказывают, как подниматься наверх — по вантам, как забираться на мачты. Мы поднимались не очень высоко, просто чтобы почувствовать, какие ощущения ты при этом испытываешь. Мы лезли со страховкой, так что это было безопасно.
Уже когда мы вышли из порта Кашкайша [курортный пригород Лиссабона], нам вкратце рассказали о названиях снастей и парусов и объяснили, как корабль управляется. Мы отправились в Роту; первый переход был самым долгим и длился трое с половиной суток.
По пути в Роту мы наблюдали лунное затмение. Все предыдущее время луна очень мешала: из-за ее света невозможно было рассмотреть звезды. Но как только наступило затмение, проявились все звезды, все созвездия. Это было очень круто.
В кают-компании есть две рынды: первая — это призыв к еде, вторая — это алко-рында. В алко-рынду может бить только капитан, остальным это запрещено
На борту есть экипаж и туристы. Первые — это люди со специальной подготовкой и образованием: капитан, старпом и стармех, повар и офицеры. В команду входят также несколько энтузиастов, которые не являются профессиональными моряками, но много помогают проекту.
Вместе со мной на борту было человек шесть туристов. Чтобы попасть на борт в этом качестве, никакого специального отбора проходить не нужно, просто платишь деньги. Так получилось, что из туристов в моем наборе почти все были программистами, как и я. Еще интересно, что обычно среди туристов довольно много девушек.
Все, кто находятся на борту, вне зависимости от того, являются ли они членами профессионального экипажа или туристами, выходят в вахты. Вахты длятся по четыре часа — моя была с полудня до четырех часов дня или с полуночи до четырех часов утра. Идея заключается в том, чтобы кто-то постоянно находился на борту и управлял судном. Иногда приходилось убирать паруса, в случае сильного шторма приходилось даже забираться на мачты, высота которых достигает 33 метром. Само собой на самый верх новичка не пошлют. Тем не менее, моральная ответственность у тех, кто несет вахту, присутствует.
Возле штурвала всегда стоит офицер, который наблюдает за тем, что ты делаешь. Так как ты матрос, тебе даются самые простые задания, для которых не требуется мозг, только мышцы. Кроме того, все снасти организованы так, что тянуть их могут даже девочки. Физически сложно скорее не спать, ну и подниматься на мачту.
После четырех часов вахты наступает подвахта, на которой мы помогали ребятам чинить судно, там нагрузка уже неполная. Иногда нас чему-то учили, как вязать паруса, например, или мы повторяли названия различных снастей и парусов. А потом — четырехчасовой сон.
Все, кто находятся на борту, вне зависимости от того, являются ли они членами профессионального экипажа или туристами, выходят в вахты
Плюс у каждой вахты есть задания на каждый день. Всего есть три типа заданий: драить палубу, убирать каюты или готовить. Это собственно основной набор действий на корабле.
Очень важно, что капитан на корабле всегда прав, это непререкаемая истина. Поэтому, когда он назвал неправильное время затмения, я не мог сказать, что он ошибся, а говорил, что есть две точки зрения на этот вопрос.
Мы прибыли в Роту. Это невероятное ощущение, когда ты на паруснике приходишь в порт: тебя все встречают, потому что каждому интересно посмотреть на такой корабль. Приходит куча туристов, которым интересно подняться на борт. Кроме того, порт — это праздник, потому что ты наконец-то можешь сойти с корабля и почувствовать себя на несколько часов свободным.
Совершенно необъяснимое чувство, когда ты после нескольких дней на палубе идешь в душ (в марине есть душ, стиральная машина, какой-нибудь магазинчик со всем необходимым): во-первых, тебя не качает, а во-вторых, поток воды бесконечен. На корабле душа нет. Есть только влажные салфетки. Правда, иногда, когда мы все купились в море, капитан разрешал очень быстро обмыться в туалете из-под шланга.
Совершенно необъяснимое чувство, когда ты после нескольких дней на палубе идешь в душ: во-первых, тебя не качает, а во-вторых, поток воды бесконечен
Мы пробыли в Роте всего день и пошли в сторону Гибралтара: очень спешили, так как поднимался ветер, который дул нам навстречу, а так плыть очень сложно. В Гибралтаре мы выключили двигатель, и тогда рядом с нами проплыли дельфины. А когда заходили в пролив, то видели с одной стороны Европу, с другой — Африку.
После порта в Гибралтаре мы ненадолго пересекались с чешским судном La Grace [у местечка Марбелья], спустили на воду шлюпки, чтобы познакомить экипажи. Они поднялись на наше судно, мы — на их. Интересно, что у них на борту все снасти были подписаны, а в кают-компании дополнительно висела карта с обозначением всех снастей и парусов. Еще у чехов туристы не входят в экипаж и могут не работать.
Потом мы устроили гонки и взаимный обстрел пушками. В итоге мы выиграли в гонках, «Штандарт» оказался более быстрым при дувшем ветре, но в стрельбе из пушек жутко проиграли: на их судне была куча мелких орудий, а мы достали только одно. Мы, кстати, стреляли из пушки, и когда подходили к крупным городам. В том числе мы выстрелили, когда подошли к Малаге. Собственно, в Малаге я на следующий день сошел, и на этом мое путешествие закончилось.
Фото: Андрей Ситник

Риски

В моем плавании по-настоящему укачивало только одного человека. Но экипаж настаивает на том, чтобы те, кому плохо, не пили таблетки, а просто больше времени находились на палубе, поэтому некоторые даже ночевали там в спальниках.
Мне было страшно подниматься наверх, как и некоторым другим матросам, которые туда не поднимались. Но когда девочка просит тебя подняться на самую верхнюю мачту, чтобы заштопать парус, ты же не будешь ей отказывать и говорить, что тебе страшно. Так что ты лезешь наверх, хоть и чертовски боишься.
Еще было страшно готовить: потому что я совсем не умею это делать и боялся запороть всю еду. Очень часто был испорчен завтрак, потому что все вставали невыспавшиеся. Мы, например, забыли добавить молоко в омлет. А обед всем казался очень вкусным, потому что все были голодными до ужаса.
Когда девочка просит тебя подняться на самую верхнюю мачту, чтобы заштопать парус, ты же не будешь ей отказывать и говорить, что тебе страшно. Так что ты лезешь наверх, хоть и чертовски боишься
Еще на корабле производится много ремонтных работ с деревом, так что в теории можно получить занозу. Но экипаж всячески предупреждает тебя о технике безопасности и выдает перчатки. Самое сложное и, наверное, самое опасное было ставить якорь. Но опять же там очень тщательно соблюдается техника безопасности, кроме того, это всячески контролируется офицерами.
В теории представляют какую-то опасность высотные работы, но ты, во-первых, всегда пристегнут на карабине, а во-торых, чтобы сорваться, тебе нужно потерять как минимум две точки опоры. Но ни в моем путешествии, ни до этого никто не падал, так что это скорее теоретическая опасность.
Скажу так: если человек без проблем может пойти в поход, то у него нет никаких противопоказаний для того, чтобы пойти на судно.
Фото из архивов «Штандарта»

Опыт

Самый важный навык, который я получил в плавании, это умение вязать узлы. А так ребята из экипажа дают очень много теоретических знаний, отвечают на все вопросы. Плюс я стал по-другому смотреть и действительно понимать рассказы деда, в его истории добавилась эмоциональная составляющая.
Еще я много узнал об альпинистской одежде и снаряжении, это было очень полезно.
Интересный опыт я получил, когда забрался как раз по просьбе девочки наверх. Дело в том, что ты начинаешь смотреть на свой страх объективно, ты не отождествляешь себя с ним, потому что ты — это экипаж, часть команды, ты должен выполнять свою функцию на корабле. Страх становится просто техническим ограничением.
В целом же это был мой самый большой опыт выхода из зоны комфорта. И это здорово.
Конечно, морская жизнь очень специфична, и это точно не мое. Но еще раз я бы прошелся на паруснике, но на каком-нибудь другом: как выяснилось, их много. Например, кроме La Grace мы встретили польский парусник, который обучает детей.
Я теперь всем советую совершить такое же путешествие, но сразу говорю, что это будет непросто. Тут чем сильнее ты настраиваешь себя на то, что плавание сложное и трудное, тем легче в итоге будет.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.