«В холоде»: история о жизни таджиков на Памире и в Петербурге
Откуда мигранты приезжают в Россию и что их заставляет покидать дома и семьи: фотожурналист Ксения Диодорова побывала в долине Бартанга на Памире и познакомилась с жизнью тех, чьи родственники уехали на заработки в Москву и Петербург. В масштабном фотопроекте приняли участие более 30 героев. «Бумага» публикует фотоочерк о том, как живут затерянные памирские деревни, а также истории: двух памирцев, Джумы и Кадама, — здесь и их семей — там.
 
Раньше в моем подъезде работали таджики. Они жили в таком маленьком помещении, которое находится рядом с лифтом. Муж с сыном убирали во дворе, а жена на лестнице. Как-то я встретила ее у парадной. У нее было удивительно красивое лицо, уставшее и тяжелое, но очень спокойное. Тогда я задумала снять серию портретов трудовых мигранток. Без спецодежды, инструмента и расписания — просто как женщин, чтобы показать их не такими, какими обычно видим их мы. Я так и не успела ее сфотографировать: в скором времени эта семья съехала, а в подъезде снова стало грязно.
Здесь по-прежнему живут люди, но для жизни здесь теперь ничего нет
Спустя два года я уехала на Памир в Таджикистан снимать долину Бартанга и ее жителей — cтало понятно, что нужно начинать оттуда. Я прожила в долине месяц, переезжая из одного кишлака в другой, живя то в одном доме, то в другом. Сначала казалось, что придется подолгу искать семьи, которых коснулась миграция, но оказалось, что почти в каждом доме кто-то из близких родственников находится на заработках в России. Миграция и ее масштабы становятся ощутимыми и понятными только тогда, когда ты оказываешься там. Каждую весну из Таджикистана в Россию мигрируют сотни тысяч человек. Они оставляют свои дома, своих родителей, своих детей и уезжают в чужую страну, потому что дома им негде заработать на жизнь. Раньше это был Советский Союз: работала ГЭС, добывали уголь и алюминий, выращивали и обрабатывали хлопок. Здесь сажали лес, чтобы у людей были дрова. Теперь это Горно-Бадахшанская автономная область Таджикистана. Здесь по-прежнему живут люди, но для жизни здесь теперь ничего нет.
   
Джума уехал в Россию три года назад помогать брату, чтобы тому было на что жить. Брат Джумы учится в экономическом техникуме и занимается самбо. В прошлом году он занял первое место на городских соревнованиях. Сначала Джума работал в Москве, а потом переехал к брату в Петербург. Долго не мог найти работу, в Москве с ней гораздо проще. Он уже думал вернуться, но устроился грузчиком в «Перекресток»: с 9 до 22 без выходных.
 
Вид на долину Бартанга на пути в кишлак Рошорв
След от пожара на помойке у магазина «Перекресток», где работает Джума
 
Племянник Джумы боится темноты, и когда все ложатся спать, то свет все равно оставляют включенным. В доме есть две лампочки. Свет одной из них идет от небольшой солнечной батареи. Такие батареи поставили почти во все дома Рошорва по гранту Евросоюза. В кишлаке совсем плохо с электричеством — в течение дня отключают несколько раз, и напряжение очень слабое. Зато Рошорв находится в открытой долине и здесь всегда много солнца. Летом даже выращивают пшеницу.
 
      В семье Кубаевых шестеро сестер и трое братьев. Муж Гулсары, одной из сестер, и ее брат Кадам живут в Петербурге и работают на одной стройке. Кадам семь лет не был дома.
Все говорят, что пора жениться. А мне пока не до того. Мне бы главное, чтобы они там все на ногах стояли и сестры могли учиться
Кадам
 
Миграция и ее масштабы становятся ощутимыми и понятными, только когда ты оказываешься там
Дорога из Душанбе до долины Бартанга занимает около пятнадцати часов. Зимой никакого сообщения, кроме частных машин, нет. Водитель по специальному разрешению набирает пассажиров, каждый скидывается по 100 долларов. Литр 92-го бензина в Таджикистане стоит около 35 рублей Средний возраст замужества на Памире — 24–26 лет. Многоженство разрешено Кораном, но у исмаилитов оно не приветствуется Когда в каком-то доме случается праздник, то семья готовит большой плов, женщины разносят тарелки  по всему кишлаку, будут угощать в каждом доме Белье в долине сохнет несколько дней. Вода с него стекает и сразу замерзает Здесь на высоте трех тысяч метров, если выпадут лишние пять сантиметров, то может сойти лавина, и тогда закроют дорогу, а кишлак останется отрезанным до весны

Все истории проекта «В холоде» Ксении Диодоровой можно посмотреть на сайте.

Помочь проекту можно здесь.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.