25 января 2016

Уехать в глубинку, чтобы два года учить детей географии и английскому

Маруся и Оля отказались от хорошей работы в Петербурге и отправились в Воронежскую область по программе «Учитель для России», чтобы преподавать английский и географию в обычной местной школе.
Как после большого города наладить быт в маленьком поселке, победить страх перед детьми, впервые готовить уроки для нескольких классов и зачем вообще молодому специалисту на два года уезжать в глубинку. История девушек, неожиданно ставших учительницами в провинции, — в нашем материале.
Фото: Виктор Бергарт

Маруся Полякова

Учительница английского языка

Оля Корешева

Учительница географии

Идея

Оля: Я занималась геоинформатикой в течение двух лет после того, как окончила университет. В какой-то момент разочаровалась и поняла, что делаю бесполезные проекты. Очень хотелось делать что-то настоящее. И так сложилось, что именно в этот момент я увидела объявление о наборе участников в проект.
Маруся: Последние три года я преподавала английский на курсах для взрослых людей и хотела попробовать работать с детьми, но не могла, потому что сложно начинать такое с нуля. У меня было много разных работ, это всегда был поиск себя и своего дела. Когда я узнала про проект, то сразу решила попробовать свои силы, выйти из зоны комфорта. И вот я тут.


5–9
классы, где, по условиям проекта, идут уроки
18 часов
нагрузка в школе
2 года
продолжительность проекта
16 часов
от Петербурга до Бутурлиновки
10 500–12 000 ₽
ставка молодого специлиаста
15 000 ₽
компенсация на проживание
20 000 ₽
стипендия для участников проекта


Подготовка

Маруся: После отборочного этапа нас ждал «Летний институт». Он длился пять недель и состоял из трех частей. В рамках первой мы разбирались с собой: зачем нам это, кто мы такие. Были занятия по практике внимательности, типологии MBTI, игропедагогике, неформальному образованию и организации работы с группой. Затем был организован лагерь для детей, у которых мы вели уроки в течение трех недель.
Оля: За основу мы взяли обычные школьные предметы, но у нас была возможность экспериментировать с форматом. Всё же для детей это были каникулы, очень хотелось сделать наши занятия интересными для них.
Мы поняли, что дети — это не страшно, главное, быть с ними честными
Маруся: Мы приходили в школу города Талдом (город в Московской области — прим. «Бумаги») каждый день и проводили там по два-три урока. В первый день дети не знали, чего ожидать, но, видимо, им понравилось, раз они возвращались на протяжении трех недель. В лагере нам дали возможность попробовать себя в роли учителя. Мы поняли, что дети — это не страшно, главное, быть с ними честными.
Оля: Последний блок — это подготовка к школе. Неделю мы работали с методистами по предметам, которые нам предстояло вести, постепенно погружались в контекст: как составлять рабочие программы, с какими учебниками работать. До начала учебного года оставалось всё меньше времени.
Маруся: Кроме того, у нас были занятия по ФГОС (Федеральному государственному образовательному стандарту). А еще в «Летнем институте» сложились отношения с участниками и преподавателями проекта, которые мы поддерживаем, — так сформировалось наше сообщество.




Отъезд

Оля: Когда я подавала заявку на проект, была готова к переезду. Изначально речь шла о Московской области, но потом пришло письмо с предложением вакансии в Бутурлиновке. Оказалось, что это даже от Воронежа далековато — 200 километров. Не могу сказать, что это решение было простым, но после некоторых раздумий я поняла, что проект о том, чтобы ехать в те отдаленные регионы, где это нужно. И тогда решила уехать.
Маруся: У Оли был гигантский чемоданище, у меня — два таких же, потому что я везла еще чемодан с учебниками и книгами по английскому. Когда мы выкатились на перрон, простояли полчаса, потому что просто не могли сдвинуться с места с таким количеством вещей и ждали встречающего. Зимнюю одежду мне привезли родители через пару месяцев на машине. Мне было за ней не съездить, а тут непонятно, когда ударят морозы.
Школа вызвалась помочь нам с жильем. Сначала нашли нам общежитие, в котором мы прожили четыре-пять дней. Там было не очень удобно, поэтому решили искать квартиру.
Оля: Единственное место в городе, где можно узнать про сдачу или аренду жилья, это еженедельная газета. И директор школы договорился с ее редактором, чтобы они дали нам экземпляр до того, как номер вышел в печать, чтобы мы смогли быстрее прозвонить все варианты.
Маруся: Сейчас у нас трехкомнатная квартира на троих, с коврами на стенах, которые мы сразу сняли. Мы живем на последнем, пятом, этаже, наш дом считается многоэтажкой. Окна у нас выходят на кладбище, но это даже воодушевляет.
К нам на пятый этаж заглядывают мыши. Кому ни расскажешь, все говорят: «О, мышь, ну покормите ее». Надеемся, что впредь наше скромное жилище перестанет представлять для них интерес. Мы у детей спрашиваем: «Что делать? У нас мыши!». «Да у нас тоже, ничего страшного. Заведите кота», — говорят.




Риски

Оля: Страшно было за первый урок. Всё лето, с тех пор как ты понял, что уже в проекте, находишься в каком-то предвкушении, что вот-вот должно что-то начаться. И в конце августа понимаешь, что уже в двух шагах от этого «чего-то», и наконец узнаешь, что там на самом деле.
Вдруг тебе нужно приготовить не один урок, а пять, и детей не 12, а 28. Сейчас немного смешно за те страхи, что были в начале. На первых порах я, наверное, больше думала о том, как что-нибудь не забыть. Сейчас больше думаешь про детей, про их настроение и состояние здесь и сейчас. Поскольку я веду географию, у меня много классов, соответственно, только где-то к концу первой четверти я запомнила каждого ученика. При этом всё равно, каждый раз идя на урок, ты не представляешь, какими они будут.
Маруся: Например, если у них только что была контрольная, физкультура или уже конец дня, то их единственное желание чем-нибудь в кого-нибудь запульнуть. А тебе еще надо как-то донести до них материал. Нескучная работа — всё время начеку.
Оля: За первый месяц я ни разу не побывала в столовой, кроме дежурства, просто потому, что не успеваешь абсолютно ничего: ни поесть, ни попить. Не успеваешь заметить, как заканчивается перемена, а за ней и урок.
Если у них только что была контрольная, физкультура или уже конец дня, то их единственное желание чем-нибудь в кого-нибудь запульнуть
Маруся: Работа не заканчивается после того, как ты выходишь из школы, это бесконечный процесс. Иногда сам себя за шкирку вытягиваешь со словами «Нет, на сегодня всё». Если окунаться в это, то можно вообще никогда не вылезать, там столько всего ещё можно придумать. Я себе говорю, что смена деятельности полезна, но это всё равно бывает сложно.
Оля: Рядом с детьми нужно постоянно фантазировать, искать новые идеи для уроков. А ты уже третий день ложишься спать в два часа ночи, а встаешь в семь. Получается такой график: с утра — в школе, после уроков — часа два — перерыв на обед: дома на кухне обсуждаем день, а потом расходимся по комнатам и готовим уроки до победного конца. Периодически у нас бывают «педсоветы» в квартире, потому что, когда нет сил или новых идей, мы начинаем придумывать уроки вместе.
Преподаем по 18 часов плюс три часа факультатива. Итого 21 час в неделю. Классное руководство не берем, потому что это большая ответственность и требует много времени, а нам сейчас важнее сосредоточиться на уроках. Наверное, я так серьезно к этому отношусь, потому что мне с классным руководителем в школе очень повезло, и это очень важный человек, который во многом на меня повлиял.
Маруся: Проект рассчитан на два года, а что будет через два года, я, к счастью, не знаю. Мы не говорим с детьми про то, что уедем или не уедем, потому что сами не знаем, как будет, и не можем никому ничего обещать.




Опыт

Маруся: Надо понимать, что это поселок городского типа. В школе дети обычно ходят с гаджетом, но дома интернет есть не у всех, многие живут в частных домах с подсобным хозяйством.
Оля: Здесь есть кружки, художественная и музыкальная школы. Но нет ни кино, ни театра и мало книг. В школьной библиотеке, кроме учебников, всего три стеллажа: вперемешку «Сказки народов мира», «История 25-го съезда» и даже книги рецептов.
С географическим кругозором у детей сложно, поэтому я стараюсь уделять больше времени страноведению. С другой стороны, откуда им это знать? Далеко не у всех из них есть возможность часто выбираться даже в Воронеж.
Маруся: Один раз ученики спросили по приколу: «Ой, а вы были в Америке?». Для них это удивительно, у них совсем другое представление о стране, мире. Важно показать, что мир большой и у них тоже много возможностей.
Сначала мне было неловко, когда дети спрашивали, сколько мне лет
Оля: Сначала мне было неловко, когда дети спрашивали, сколько мне лет. Помню себя в школе, я бы такое точно никогда не спросила. Но это так часто повторялось, что я стала отвечать не задумываясь.
Маруся: Я не очень формальный человек и часто называю детей «дорогие». Вообще, я, наверное, ужасно себя веду, но просто я и правда про них так думаю. Естественно, существуют некие рамки, но мне очень приятно, что из разных классов, даже из тех, в которых я не веду, приходят дети и просят помочь с английским.
Оля: Главное — не потерять вдохновения и не превратить это в рутину. Сейчас есть классное ощущение, что это занятие, которое просто занимает всё время, а вовсе не работа.
Маруся: Этот проект и наше в нем участие не про то, что у детей есть такая необходимость или запрос, а про вариативность и возможность посмотреть, что бывают какие-то другие люди, уроки и перспективы.
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.
Читайте еще
Отправиться в путешествие на копии парусника Петра I по Атлантике и Средиземному морю
Отпустить усы и собрать 430 тысяч рублей на отдых детей с ДЦП
Построить два каяка своими руками и доплыть из Петербурга в Стокгольм
Вакцинация от коронавируса
Я сделал прививку «Спутник V». Дневник вакцинировавшегося от коронавируса в Петербурге
Вакцину Центра имени Чумакова хотят ввести в гражданский оборот в марте. Это инактивированная прививка от коронавируса
ВОЗ считает, что наличие сертификата о сделанной вакцине от коронавируса не должно быть обязательным требованием для международных поездок
Путин поручил со следующей недели начать массовую вакцинацию россиян от коронавируса
В Петербург доставили 20 тысяч доз вакцины «Спутник V»
Отравление Навального
Что о задержании Алексея Навального говорят в России и мире? Реакции политиков, политологов, правозащитников и юристов
Алексея Навального задержали до решения суда
Алексей Навальный прилетел в Москву ❗️
Силовики жестко задержали более 65 человек у московского аэропорта Внуково: СМИ сообщили о применении электрошокеров. В Петербурге — минимум трое задержанных
Петербургские активисты побывали в аэропорту Пулково в масках с лицом Навального
Зима в Петербурге
Петербуржцы массово выходят на лед рек и каналов, несмотря на запрет. Они катаются на коньках, рисуют на снегу и выгуливают собак
Петербургский фотограф показал покрытую инеем вершину «Лахта Центра» 👀
Петербуржцы сообщают о лисах на улицах. Они приходят в город из-за морозов и не опасны для людей, рассказали в Смольном
В ЦПКиО готовят к открытию большой бесплатный каток с естественным льдом
У-у-ух, как же холодно! Или бегом гулять по морозу? Пройдите тест и узнайте, как легко вы переживаете зиму ❄️️
Вторая волна коронавируса
Я сделал прививку «Спутник V». Дневник вакцинировавшегося от коронавируса в Петербурге
Как растет число заболевших и умерших из-за коронавируса в Петербурге — показываем на графиках
Власти Петербурга предупредили о возросшем риске заразиться коронавирусом в общественных местах
В Смольном заявили о возможном росте заболеваемости COVID-19. В альтернативной статистике уже фиксируют более 3600 зараженных
Рестораны Петербурга потеряли более трети доходов в новогодние каникулы, выяснили «Сбербанк» и «Тинькофф»
Коллеги «Бумаги»
О народе в Ленинградской области, которого «как бы и нет»
Как коронавирус шел по системе ФСИН — исследование «Зоны права»
Говорят, все уходят из WhatsApp в Signal и Telegram из-за проблем с конфиденциальностью данных
Подкасты «Бумаги»
«Человечество — как оркестр: в нем нужны разные инструменты». Как люди с психиатрическим диагнозом публично говорят о жизни с расстройствами
Слушайте семь подкастов «Бумаги» за 2020 год. В них говорим о дружбе, ЛГБТ, путешествиях по России и медицине
Устали от работы? Послушайте деловые советы от Директора Всего — музыкант в образе занятого бизнес-коуча знает, как повысить KPI
Могут ли жуки жить десятки лет и как вылечить укус комара с помощью наночастиц? В этом подкасте обсуждаем насекомых 🐞
«Чем больше ИИ входит в нашу жизнь — тем больше заблуждений». В этом подкасте говорим про нейросети с Александром Крайновым
Утрата памятников архитектуры
Суд отказался отзывать разрешение на перестройку дома Басевича. Активисты считают, что иск подал человек, связанный с застройщиком
В Ленобласти произошел пожар в усадьбе Пименовых-Шараповых, построенной в XIX веке. Пострадавших нет
Закс принял закон, запрещающий демонтировать дореволюционные и советские вывески. Ранее в городе демонтировали десятки старых указателей
Из дач Кирхнера и Кинга в Зеленогорске намерены сделать пространство с гостиницей и туристическими объектами
В Петербурге на Воронежской улице снесли историческое здание. В феврале активисты добились отмены разрешения КГИОП на его снос

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.