24 января 2013

Пять случаев в Дохе: рассказывает журналист

Журналист и эксперт Русско-немецкого бюро экологической информации Ангелина Давыдова побывала в столице микрогосударства Катар — Дохе и рассказала «Бумаге» о небоскребах, пляжах и мигрантах, а также о том, как туристы умудряются провозить запрещенный в стране алкоголь и почему в городе нет общественных пространств.

Фото: Данияр Юсупов

«Большая часть участников конференции ООН по климату, из-за которой я и оказалась в Дохе, комментируя ее более чем скромные результаты, списывали провал переговоров на отсутствие алкоголя в столовой конференц-центра. Действительно, алкоголь достать в Катаре довольно непросто»

Общественные пространства

Первое открытие: Доха — город не для пешеходов. Найти тротуар или пешеходный переход среди строящихся небоскребов — задача не из простых. Большая часть катарского населения передвигается на гигантских белых автомобилях, из окон которых можно сделать практически все: снять деньги в банкомате или купить еду в drive-in кафе. Основная причина тому — сухой и очень жаркий климат Катара, где температура летом нередко поднимается до плюс 50 градусов, а из пустыни в сторону залива дует горячий песчаный ветер. В связи с этим в Дохе также крайне пыльно — пыль оседает и на машинах, и на новопостроенных синих металлических небоскребах, и на вашей обуви, если вы все-таки отваживаетесь гулять по городу. Доха не может похвастаться и наличием публичных пространств в европейском их понимании. Небольшая зеленая полоса вдоль набережной залива — одно из немногих исключений. Зимой, когда температура не поднимается выше 30 градусов, на ней можно увидеть довольно много семей, устраивающих пикники с видом на гладь залива и небоскребы. Правда, за их спинами все равно проносятся (или стоят в пробке) те самые кондиционируемые внедорожники, внутри которых и проходит большая часть жизни местного арабского населения. Уличные кафе можно найти разве что в псевдоисторическом квартале Souq Wahif (восстановленном несколько лет назад рядом с крупнейшим городским рынком), где в равных пропорциях перемешано местное население и туристы. Видовые площадки или скай-бары доступны лишь на единичных высотных объектах — большая часть небоскребов занята частными компаниями, министерствами или апартаментами, куда общественный доступ не предусмотрен. Многие компании и учреждения не одобряют фотографирования зданий, поэтому не удивляйтесь, если к вам подойдет охранник и поинтересуется, почему вы столь упорно снимаете тот или иной небоскреб. В такую минуту лучше всего попытаться изобразить из себя мало что понимающего туриста, сраженного красотой новой архитектуры Дохи. Впрочем, некоторые башни — например, Doha Tower — имеют видовые рестораны на верхних этажах, однако оказаться там довольно непросто — столик надо бронировать заранее, как правило, за несколько дней. В результате на выбор туриста остаются либо микропарки с редкими скамейками рядом с никогда не заканчивающимися строительными площадками и автострадами, либо индустриальный берег залива между мойкой для мусоровозов и пятизвездочным отелем, либо торговые центры. В них многие семьи проводят целые выходные, бродя между магазинами, кинотеатрами, кафе, ресторанами и детскими площадками. Один из необходимых элементов шоппинг-центров последнего времени — наличие гигантского катка посреди здания, в окружении ресторанного дворика. На одном из таких искусственных катков, под пластиковым звездным небом даже тренировалась молодежная хоккейная сборная Катара. Еще один торговый центр в Дохе представляет из себя также пластиковую копию Венеции — так что от одного магазина к другому можно добраться по каналам при помощи гондольера.

Климат и еда

Одна из причин подобной нелюбезности и «закрытости» общественных пространств — крайне жаркий климат страны. Естественных зеленых зон в Дохе, соответственно, практически нет. Так как ландшафт Катара сводится к пустыне, переходящей в залив, — деревья, кусты и газоны не выживают без специально подведенных шлангов искусственного орошения. Трубки с водой подходят к каждой пальме, над любым газоном раз в час распрыскивается опресненная морская вода. В связи с этим в Дохе (да и в Катаре в целом) не растет практически ничего. Все фрукты и овощи, представленные в супермаркетах или на рынке, импортированы из Ирана, Египта, Саудовской Аравии, Таиланда, Австралии и других стран.
Тамарин — экзотический фрукт из Таиланда
Примечательно, что отдельный стенд в супермаркетах посвящен индийским овощам (именно так они и называются, без дальнейшей конкретизации), куда свалены и травы, и увесистые корнеплоды. Это, безусловно, рассчитано прежде всего на мигрантов из Бангладеш и Пакистана, общее число которых составляет чуть ли не половину от общего населения Дохи. Последний фактор оказывает существенное влияние на спектр кафе и ресторанов Катара, представляющих собой смесь арабской, индийской и азиатской кухонь. Еще одно последствие — многокилометровая очередь из контейнерных судов на въезд в порт (ее можно увидеть, например, из иллюминатора самолета) страны, производящей и экспортирующей, по сути, исключительно природный газ .

Алкоголь

Большая часть участников конференции ООН по климату, из-за которой я и оказалась в Дохе, комментируя ее более чем скромные результаты, списывали провал переговоров на отсутствие алкоголя в столовой конференц-центра. Действительно, алкоголь достать в Катаре довольно непросто. Во-первых, он запрещен к ввозу. Но пара делегатов из Москвы все же умудрились провезти с собой несколько бутылочек горячительных напитков для подкрепления климатического энтузиазма, и, несмотря на то, что на таможне багаж практически не осматривали, подобного советовать читателям я не буду. Во-вторых, алкоголь не продается в обычных магазинах (для закупки его на оптовых базах, например, для мероприятий, требуется специально оформленное разрешение) — зато покупателям предлагается как минимум десять сортов безалкогольного немецкого или голландского пива. Мы от радости скупили практически все разновидности для пробы, но выпить, увы, не смогли — через два дня они начали отчетливо отдавать одинаковым кукурузным вкусом. В-третьих, алкоголь, предлагаемый в барах крупных международных отелей (для входа куда зачастую понадобится паспорт), довольно дорог (бутылка пива 0,3 обходится около 400 рублей, бокал вина — в такую же сумму), кроме того, его можно потреблять только в самом баре. В результате планы купить вино и уйти любоваться заливом вечером, как правило, не работают. Единственный выход для проживающих в гостиницах с баром — заказать алкоголь в номер отеля и удалиться с принесенным на террасу отеля (или балкон) — если таковые имеются. План «Б» — попробовать перейти на время пребывания в стране на безалкогольный режим, дождавшись как минимум обратного международного рейса — бесплатный алкоголь предлагает большая часть международных авиакомпаний, и мучимые весьма определенной жаждой туристы с радостью пользуются подобной щедростью, опустошая самолетные запасы вне зависимости от времени дня.

Пляжи

Ситуация с пляжами в Дохе является даже еще более непростой, чем в Петербурге. На территории города купаться практически негде — большая часть набережной утыкана запрещающими купание знаками. Ряд отелей, расположенных на береговой линии, обладает собственными пляжами, вход на которые для негостей отеля, как уже указывалось раньше, является платным (от 15 до 20 долларов). Отели, расположенные не на берегу залива, обычно имеют открытые террасы с бассейном, где отчасти можно компенсировать недостаток публичной пляжной инфраструктуры. Ближайшие «общественные» пляжи, по данным местного населения, расположены на расстоянии минимум 60 км от города. Впрочем, даже устроив как-то вечером вылазку в пустыню (на вечеринку для наблюдателей переговоров ООН), покупаться нам также не удалось. Охрана мероприятия упорно выгоняла из воды всех гостей вечеринки, вознамерившихся хотя бы окунуть ноги в Персидский залив, по-видимому, опасаясь несчастных случаев (на вечеринке продавался алкоголь). Береговая линия залива по мере отъезда из Дохи довольно плотно испещрена объектами производственной инфраструктуры, осуществляющими добычу или первичную переработку природного газа и нефти. Все эти промышленные сооружения довольно ярко освещены вечером (в том числе и с целью предупреждения садящихся поблизости самолетов), что в условиях темной арабской ночи создает практически марсианский пейзаж. Одновременно с этим развитость добывающей инфраструктуры вызывает изрядные сомнения в чистоте воды в заливе — так, большая часть англоязычных путеводителей все-таки не рекомендует купаться поблизости от крупных портовых или других промышленных сооружений.

Местное население и трудовые мигранты

Увидеть в Дохе работающее местное арабское население — задача не из легких. После десяти дней в Катаре складывается впечатление, что арабы занимают лишь крайне ответственные позиции: например, на паспортном контроле в аэропорту Дохи. Всю остальную работу — от продавцов в магазинах и водителей «серых» такси до менеджеров среднего звена банков — выполняют трудовые мигранты, общее число которых по разным оценкам составляет от 40 % до 60 % населения. Выходцы из Бангладеш, Пакистана, Филиппин, Непала — мужчины и женщины — работают в Катаре многие годы, некоторые даже десятки лет. Многие из них приезжают в страну без семьи, имея возможность навещать ее лишь один или два раза в год. Большинство из трудовых мигрантов не говорит по-арабски — именно поэтому универсальным языком коммуникации остается английский, на нем жители страны практически сразу заговаривают друг с другом. Все надписи также дублируются на английском, а в ряде магазинов или на стройплощадках — зачастую и на бенгали или урду. Местное население отличается от трудовых мигрантов и манерой одеваться — если арабов (как мужчин, так и женщин) чаще всего видишь в традиционной одежде, то на иммигрантов правила и этикет в одежде практически не распространяются. Так, большая часть женщин-мигрантов (например, из Филиппин или Таиланда), работающих в сфере обслуживания, одета вполне по-западному — в джинсы и футболки. Неудивительно, что и большая часть таксистов — как официальных, так и неофициальных — являются выходцами из Бангладеш. В связи с чем город они могут знать довольно в общих чертах (так что если вы едете за пределы центра города, лучше заранее ознакомиться с картой местности) и по-арабски говорить не лучше туриста. Несмотря на то что в некоторых такси есть счетчики, о цене лучше договариваться заранее, не боясь торговаться. В конечном итоге поездки на такси в Катаре обходятся довольно дешево, по-видимому, из-за соответствующей дешевизны ископаемых ресурсов. Кроме того, Катар — одна из самых безопасных стран в мире, уровень преступности, в том числе уличной, крайне низок. Так что, даже заплутав посреди ночи на задворках городского рынка, всегда можно спросить дорогу у первых встречных персонажей, вне зависимости от их внешнего вида, и получить ответ на приличном английском. Что, однако, не отменяет того факта, что днем время от времени над территорией страны с военных баз Саудовской Аравии в сторону сирийской границы проносятся американские истребители. И как только стихает их гул, в громкоговорителях начинают разноситься призывы муэдзинов к молитве, на которые белые внедорожники стройно гудят в ответ.

Читайте также:

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Вся лента

все новости
Зима в Петербурге
Прошедший февраль стал самым холодным в Петербурге с 2012 года. Зато солнца было больше, чем за декабрь и январь вместе взятые 🥶🌞❄
Петербургские водители массово жалуются на ямы. В Смольном объяснили, почему дороги пришли в негодность
Вода Адмиралтейского и других каналов окрасилась в ярко-желтый цвет. Горожане называют водоемы «горчичными» и сравнивают с Хуанхэ
Петербуржцы массово жалуются на ямы, которые стали заметны на дорогах после оттепели
Жители Центрального района жалуются на склад снега на Орловской — улицу затопило, людям мешает спать шум техники
Вакцинация от коронавируса
Петербург вышел на «высокое плато» по коронавирусу, говорят власти. Темпы вакцинации снижаются
Нынешний объем вакцинации в Петербурге не позволяет рассчитывать на коллективный иммунитет, заявили в Смольном
Можно ли повторно вакцинироваться от коронавируса, если в первый раз не образовались антитела? Отвечает комздрав
Основной объем вакцинации в России должны завершить к осени. В Петербурге две прививки сделали менее 2 % от реального населения
В Петербурге прививку от коронавируса теперь можно сделать в восьми торговых центрах
Коллеги «Бумаги»
Анастасия Пустовойтова — самая известная женщина-арбитр в российском футболе
Разговор инвалида по зрению с задержавшими его полицейскими
Что россияне думают о фильме «Дворец для Путина»
Чьи агенты? Документальный фильм «7х7»
Протесты в Петербурге 2021
Петербургским школьникам раздают памятки о последствиях участия в несанкционированных митингах
Эксперты представили доклад о свободе интернета в России в 2020-м. Петербург снова попал в «красную зону»
Петербургское управление МВД не усмотрело нарушений при задержаниях журналистов на январских акциях протеста
Запрет на проведение протестных акций нельзя отменить, так как требование использовать СИЗ противоречит закону о митингах, заявил Беглов
В центре Петербурга заметили автомобили Росгвардии, у «Горьковской» установили заборы
Подкасты «Бумаги»
«Партнерство — это свобода выбора». Чайлдфри, синглы и многодетные родители рассуждают о семье, отношениях и стереотипах о браке
«Разучиться летать в космос — это реально». Говорим про будущее лунных миссий, ракеты и космический мусор
«Моя семья пережила одну из самых страшных катастроф XX века». Сотрудники «Бумаги» рассказывают истории родственников, прошедших блокаду
«Человечество — как оркестр: в нем нужны разные инструменты». Как люди с психиатрическим диагнозом публично говорят о жизни с расстройствами
Слушайте семь подкастов «Бумаги» за 2020 год. В них говорим о дружбе, ЛГБТ, путешествиях по России и медицине
Утрата памятников архитектуры
Администрация Ленобласти через суд изъяла у собственника разрушенный дом Говинга. Теперь власти смогут его отреставрировать
История дачи Громова в Лопухинском саду — от купеческой виллы до ленинградской телестудии. Отрывок из письма «Бумаги»
«Меня привлекает обшарпанность города». Как художница создает конструкторы в виде петербургских дворов — с гаражами, деревьями и надписями на стенах
У апостола на фасаде казачьего собора оторвали руку — возможно, во время митинга. Возбуждено уголовное дело
Суд отказался отзывать разрешение на перестройку дома Басевича. Активисты считают, что иск подал человек, связанный с застройщиком

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.