Партнерский материал
29 октября 2021

«Наука — это модно». 27-летний физик — о скорости развития современной науки, проверке качества статей с помощью твиттера и важности софт-скиллов для ученых

Георгий Зограф — младший научный сотрудник Нового Физтеха ИТМО, кандидат физико-математических наук. Он работает в лаборатории гибридной нанофотоники и оптоэлектроники Нового Физтеха и ищет новые способы измерения температуры нанообъектов. Своим предназначением молодой физик считает создание прикладных устройств, которые смогут принести пользу народному хозяйству.

«Бумага» поговорила с Георгием. Он рассказал о том, как посвятил жизнь научным изысканиям, почему суть хорошей научной статьи умещается в твит и как работать в постоянном информационном потоке.

Этот материал мы выпустили для партнерского спецпроекта с билайн о молодых представителях традиционных профессий. Читайте о том, как современный мир меняет их работу и почему для них важно всегда быть онлайн. Сейчас это еще проще: билайн расширяет покрытие в Петербурге и сделал доступной связь 4G в тоннелях метро.

Фото: Егор Цветков

Почему вы решили стать физиком?

— Это череда случайностей. Когда я был подростком, родители предложили мне поучиться в лицее «Физико-техническая школа», он же «Алфёровский лицей» (назван в честь нобелевского лауреата Жореса Алфёрова — прим. «Бумаги»). Там молодые преподаватели свежо рассказывали о математике, физике, программировании — меня это сразу заинтересовало.

Когда пришло время идти в университет, мой отец, известный в узких кругах профессор математики (Петр Зограф, доктор физико-математических наук — прим. «Бумаги»), сказал: «Гоша, я тебя умоляю, только не на матмех СПбГУ». Фамилия у нас редкая, а он знал мой уровень и понимал, что ему потом придется смотреть в глаза своим коллегам из Университета.

В лицее я выигрывал олимпиады по физике и математике, поэтому решил поступить на физико-технический факультет Политеха. Там преподавали научные сотрудники из института им. А. Ф. Иоффе РАН, где работали такие великие ученые, как Петр Леонидович Капица, Лев Ландау и тот же Жорес Алфёров.

Учиться было очень сложно. Мои одногруппники были супер-мега-мозги, самые настоящие машины. Я думал: «Да какая мне наука, когда эти ребята так считают! Нет, это не для меня». А потом выяснилось, что эти ребята — ведущие молодые ученые мира, самые яркие представители физики и оптики.

Как-то раз к нам на пару по математической физике приехал на мотоцикле преподаватель из Физтеха ИТМО — Михаил Игоревич Петров. Я смотрел на него, а в голове была мысль: «Ни фига себе! Хочу так же!» Открыл его аккаунт в инстаграме, а там — Австралия, Сингапур, Барселона, сноуборды, горные лыжи. Человек постоянно по свету колесит, формулы пишет, а ему за это еще и платят! Так я и решил в 2015 году поступить в магистратуру ИТМО — и с тех пор нахожусь здесь.

Фото: Егор Цветков

В ИТМО есть всё, за чем я шел: молодые коллеги, суперсовременное оборудование, возможность общаться с нобелевскими лауреатами. Вообще кайф. Аппетит приходит во время еды, а научный азарт — по мере получения результатов. Мне повезло попасть в Новый Физтех (физико-технический факультет Университета ИТМО — прим. «Бумаги»), я написал хорошее количество работ (40 научных статей — прим. «Бумаги»), недавно защитился и теперь кандидат наук.

В лаборатории «Гибридной нанофотоники и оптоэлектроники» мы занимаемся фундаментальными проблемами прикладной физики. В частности, разрабатываем новые материалы и структуры для улучшения оптических и фотовольтаических (помогающих получить электрический ток из солнечного света — прим. «Бумаги») свойств солнечных батарей и светодиодов.

Популярный сейчас источник энергии — солнечные батареи. Задача нашей лаборатории — увеличение эффективности солнечных элементов. Причем мы создаем не только сами солнечные элементы, но и материал для них — галогенидные перовскиты (класс полупроводниковых материалов — прим. «Бумаги»).

Я сам работаю немножко над другим направлением: изучаю, как с помощью света можно нагревать наноразмерные объекты и измерять их температуру оптическим методом. Проще говоря, когда исследуешь объекты величиной в 100 нанометров (одной десятимиллионной части метра — прим. «Бумаги») то в них градусник не засунуть — нужны новые методы.

Говоря о практическом значении этой задачи: в медицине практикуется фототерапия (лечение светом — прим. «Бумаги»), в которой локально облучаются биологические ткани. [Во время этого] важно знать температуру на масштабах микронов и меньше. Потому что общая температура тела не изменится от такого воздействия, но локальный перегрев здоровых клеток может привести к денатурации белков, то есть к смерти этих клеток.

Как современный мир изменил вашу профессию?

— Для меня ролевая модель — мой папа-математик. Помню, в моем детстве он лежал в постели и писал на листочке от руки формулы. Видя, как сейчас он это делает на планшете, я понимаю, что все процессы невероятно ускорились. Это круто, но вместе с тем — палка о двух концах.

Мы загоняем себя в рамки, чтобы работать быстрее и больше. За последние десять лет поток информации увеличился невероятно: можно видеть, как растет и количество научных статей. Чтобы всё успевать, приходится держать руку на пульсе, следить за новостями науки. Слава богу, есть Facebook для ученых — Researchgate, где можно спокойно обсудить новую статеечку. Многие вещи западные ученые разбирают в твиттере, и это удобный показатель качества: если ты не можешь вместить суть статьи в 280 символов, то, скорее всего, она получилась не очень хорошей.

Я заметил корреляцию: из ученых старшего поколения успешнее те, кто перестроился на цифровизацию и перестал писать от руки. Если раньше для подготовки статьи было достаточно усилий одного человека, то сейчас работать таким образом очень сложно. Наука стала интердисциплинарной, нужна синергия: достичь высокого результата без команды не получится, каким бы сильным единоличником ты ни был.

Когда я работал в лаборатории Физико-технического института им. А. Ф. Иоффе РАН, то общался там с заслуженными учеными, членами-корреспондентами и академиками РАН. Все они супершустрые, летают с одного конца света на другой и великолепно приспосабливаются [к новой реальности]. Open-minded, в общем.

Ученые понимают: чем современнее подход, тем эффективнее результат. А если ты будешь продолжать попытки предсказывать погоду по электричеству в шерстке своей кошки, далеко не уедешь.

Три онлайн-инструмента

  1. Телеграм. Это мой главный рабочий инструмент. Он не только про коммуникацию с коллегами, но и про обмен результатами. Частый случай: студент в лаборатории измерил какой-либо показатель и срочно шлет мне его в телеграме. Для того чтобы быть на связи, мы создаем коллективные чаты под конкретный проект — так удобнее и результаты не теряются.

    Есть такое [негласное] правило деловой переписки: отвечай на сообщения в мессенджере в течение часа, а на письма в почте — в течение дня.
  2. Overleaf. Это как Google Docs, только для ученых. В нем мы пишем научные статьи и следим за изменениями текста в режиме реального времени. Это очень удобно, когда нужно работать вместе с несколькими авторами, находящимися в разных концах света.
  3. YouTube. Хорошая онлайн-лекция на узкую научную тему может заменить целую книгу. У Нового Физтеха есть свой канал, на котором суперкрутые ребята Кристина Фризюк и Андрей Кудлис готовят лекции на нереальном уровне

Мобильный интернет и голосовая связь билайн теперь доступны не только на улицах города, но и в поездах метро. На красной, синей и оранжевой линиях полное 4G-покрытие обеспечено на всем протяжении, на зеленой 4G доступен от станции «Приморская» до «Рыбацкого», а на фиолетовой еще ведутся работы.

Что помогает вам развиваться?

— Почему мы занимаемся физикой? Потому что это огромная социальная ответственность. Я понял это несколько лет назад, когда побывал в научной школе в пригороде Мадрида и увидел одну табличку. На ней было написано, что школу поддерживает крупный испанский банк, так как ее ученые трудятся на благо нации. В тот момент я подумал, что главное в работе ученого — отвечать запросам общества.

Моя глобальная цель в науке — довести идею от теоретического предсказания до практического применения. Чтобы человек мог взять условный «прибор» и сказать: «Вау! А ведь это работает!»

Часто можно услышать мнение, что сейчас ученому нужны софт-скиллы. Конечно, только ими не обойтись: нужно владеть профессиональными хард-скиллами. Я учусь комбинировать разные навыки, прислушиваться к обратной связи и работать над своими слабыми местами. Если неправильно себя повел в общении с коллегами, то исправляю ситуацию. Однажды я пообещал что-то, за что полностью ответственности не нес, поэтому и гарантировать [исполнения] не мог. Когда же это что-то пошло не по плану, я долго испытывал чувство вины, но постарался сразу обсудить и решить эту проблему.

Раньше я скептически относился к тренингам по софт-скиллам и вообще к институту коучинга, но потом у нас в Новом Физтехе появился бизнес-наставник, отвечающий за коммуникацию между нами, а после и психолог. [С их помощью] я понял, что наука — на 95 % прогнозируемая вещь, и этот процесс можно оптимизировать. Например, использовать диаграммы Ганта для решения научных задач и диаграмму Эйзенхауэра для оценки приоритетности задач в течение дня, недели или месяца.

Есть убеждение, что работа ученого над задачей идет 24/7. Если мыслительный процесс пошел, его уже не остановить. Ты едешь в лифте, готовишь обед или спишь, даже не подозревая, в какой именно момент придет озарение. Например, если дедлайн через две недели, сначала я сяду, подумаю час и запишу все готовые мысли. Потом всё время буду обдумывать задачу, — и уже в последний день картинка сложится, я всё напишу. Если эти две недели не думать о задаче, то ничего не получится.

Неструктурированный рабочий день — это одновременно мечта многих людей и самая настоящая головная боль. Мои друзья меня ненавидят, ведь когда мы едем в совместный отпуск, мне приходится в какие-то моменты покидать их, чтобы с кем-то созвониться или что-то переписать. Например, как-то раз мы поехали на слет в Ленинградскую область. Сижу я на рассвете в лесу, греюсь у костра — и вдруг мне звонят из редакции журнала «Письма в журнал экспериментальной и технической физики», что-то просят срочно поправить в тексте научной статьи. Пришлось открывать почту и работать. Если бы не хороший мобильный интернет в лесу, то было бы мне туго.

Приходится работать и во время поездок на «Сапсане» — самом быстром коворкинге России. Отличная возможность дописать статью или сделать презентацию. Я считаю, что наука — это модно. Наверняка, когда я с таинственным видом сижу с ноутбуком в поезде, а на экране скачут графики и презентации, все считают, что я очень крутой чувак.

Мой научный руководитель Сергей Макаров (доктор физико-математических наук, лауреат премии Президента в области науки и инноваций для молодых ученых за 2019 год — прим. «Бумаги») дал мне однажды хороший совет — выделять один день в неделю для цифрового детокса от созвонов и конференций в Zoom. Эти обсуждения отнимают много временного и эмоционального ресурса, который нужен для творческой и научной работы.

Кстати, Сергей рассказывал, что написал свою кандидатскую диссертацию в метро, так как защищался в Москве и ездил до работы полтора часа туда-обратно. В час пик он удачно зажимался посреди людей в вагоне и писал на ноутбуке, прямо оттуда скидывая результаты своему научруку.

Очень круто, что есть интернет в метро. Когда едешь в общественном транспорте, то выигрываешь лишние полчаса, чтобы почитать источники или ответить на почту коллегам. Я как-то раз даже делал в метро презентацию прямо перед защитой своей магистерской.

Благодаря билайн вы можете работать на земле и под землей: используйте 4G при поездках в петербургском метро. 

Даниил Рази
Авторы: Даниил Рази
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь на «Бумагу» там, где вам удобно
Четвертая волна коронавируса
Законы о QR-кодах в транспорте могут не успеть принять до Нового года, пишут «Ведомости». Предположительный срок — февраль
Спикер Госдумы открыл в телеграме комментарии под постом о QR-кодах — и получил больше 600 тысяч сообщений. О чем люди писали чаще всего?
Сенатор предположил, что новый штамм коронавируса «омикрон» уже есть в России. Но в Роспотребнадзоре это опровергли
ВОЗ назвала новый штамм коронавируса греческой буквой «омикрон». Мутация признана «вызывающей беспокойство»
Что известно про новый штамм коронавируса B.1.1.529? Насколько он опасен и заражен ли им кто-то в России?
Новый год — 2022
В конце декабря на Конюшенной площади в Петербурге откроется каток ⛸
В центре Петербурга начался монтаж рождественской ярмарки. Уже можно увидеть первых мышей!
«Никольские ряды» начнут новый зимний сезон 1 декабря. Горку для катаний сохранили, вход на территорию будет бесплатным
Откуда привезут новогоднюю ель для Дворцовой и что с деревом будет после праздников? Отвечают власти
Уже планируете Новый год? В Смольном тоже — там рассматривают введение дополнительных запретов 😱
Как меняется Петербург
В саду Дружбы закончились работы по благоустройству. Показываем, как изменилось общественное пространство
Ради строительства Большого Смоленского моста хотят снести восемь исторических домов. Что это за здания?
Смольный может построить велодорожку из Лахты до Смолячкова. На «технико-экономическое обоснование» проекта выделили 11 млн рублей
Новый мост через Неву свяжет два берега Невского и Красногвардейского районов. Что известно о разводной переправе и как она может выглядеть
Как добиться установки урн во дворе, на набережной или в парке? Мундеп из Петербурга составил инструкцию
Вакцинация от коронавируса
В Петербург поступила новая партия вакцины «Спутник V» — более 100 тысяч доз
Что известно про новый штамм коронавируса B.1.1.529? Насколько он опасен и заражен ли им кто-то в России?
В общественном транспорте Петербурга не будут вводить QR-коды. А что насчет такси?
В Ленобласти введут обязательную вакцинацию вслед за Петербургом. Рассказываем, кого она коснется
В России регистрируют вакцину «Спутник М» для подростков. Что про нее известно?
Коллеги «Бумаги»
Обвинительные клоны
Непрофессиональное заболевание
Как читать новости о ковиде?
Научпоп
В России вручили премию «За верность науке». Лучшим научно-просветительским проектом года стал Science Slam 🙌
Мы заполнили два вагона поезда Москва — Петербург молодыми учеными. Что было дальше?
«Мир знаний» — ежегодный фестиваль научного кино. Как он изменился и что покажут в этот раз
Фестиваль научных и исследовательских фильмов «Мир знаний» проведут в Петербурге с 1 по 6 декабря. Тема этого года — космос
Почему у облаков в Петербурге бывают ровные края? Мы узнали у популяризатора астрономии и синоптика. Обновлено
Подкасты «Бумаги»
Как понять, что вы живете в гетто? Слушайте лекцию о том, почему происходит сегрегация в городах
Зимовка в теплой стране — это дорого и сложно? А что с границами? В этом подкасте планируем побег от холодов
Нанохлеб, «графеновики» и 3D-печать домов: в этом подкасте обсуждаем новые материалы и придумываем, что взять с собой в постапокалипсис
Как рождаются планеты и какой космос на вкус? Слушайте лекцию с фестиваля Science Bar Hopping — о роли пыли во Вселенной
Как интернет изменил наше общение? Подкаст про войсы, ошибки в переписке, стикеры и цифровой этикет 👋
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.