Партнерский материал
18 июля 2018

«Новые адреса»: главные книги и литературные образы Петербурга, которые стоит отразить в названиях городских улиц

Вокруг небоскреба «Лахта Центр» скоро появится новый район. Там построят проезды и набережные, планетарий и амфитеатр для концертов и театральных шоу. Новые улицы на берегу Финского залива еще никак не названы — и сделать это можем мы с вами.

Вместе с «Бумагой» вы можете изменить карту города. Предложите свои названия для локаций, и лучшие из них станут петербургскими топонимами. Для этого оставляйте любые варианты в комментариях во «ВКонтакте» или в Facebook. Мы соберем ваши идеи, предложим их топонимической комиссии и расскажем, какие из новых имен появятся на карте.

Петербургский текст — самостоятельный феномен в российской литературе, а среди его создателей как Пушкин и Гоголь, так и современные урбанистические писатели. Множество существующих улиц Петербурга связаны с литературными темами, и мы предлагаем вам придумать названия для новых улиц.

Какие культуры смешались в поэтике Петербурга и почему поэзия Мандельштама оказалась нам ближе, чем его современникам? Основатель проекта «Полка» Юрий Сапрыкин и писатель Андрей Аствацатуров рассказали «Бумаге», каким город описывали в разных странах и в разные эпохи.

В совместном с «Лахта Центром» проекте «Новые адреса» «Бумага» рассказывает о том, что происходит с литературой Петербурга. Имена авторов и литературных персонажей могли бы лечь в основу названий для строящихся улиц, которые вскоре появятся на берегу Финского залива. Предлагайте ваши названия новых улиц Петербурга в соцсетях с хештегом #лахтацентрадреса.

Юрий Сапрыкин

Основатель проекта «Полка», в прошлом — главный редактор «Афиши»

Петербургский модернизм: почему Мандельштам и Хармс становятся всё актуальнее

Хорошо видно, как модернизм окончательно занял свое место в литературном каноне: Хармс, Введенский, Вагинов, Добычин. Понятно, что расширение представления о классике будет развиваться по этой линии. Кто-то высказывал мысль о том, что Мандельштам в 1960-х годах казался очень сложным поэтом, — в 2000-х сложилось абсолютное ощущение того, что он прозрачен. То же самое происходит с литературой модернизма: она становится всё понятнее и ближе.

Нужно отличать петербургский текст от петербургских авторов: одно не равняется другому. Если говорить о петербургском тексте, «Козлиная песнь» Вагинова и «Старуха» Хармса, попавшие на довольно высокие места в списке, это вещи по нынешним меркам не менее важные и основополагающие, чем романы Достоевского. Очевидно, что искривленная атмосфера города Хармса; иррациональность, декадентская натура у Вагинова показывают образ Петербурга не меньше, чем зеленоватые туманы у Белого. Вообще, мне кажется, что «Козлиная песнь» — самое современное произведение про Петербург.

Почему среди классиков так мало современных авторов и что следует исследовать в литературе Ленинграда

Любая канонизация любых авторов происходит не мгновенно. Требуется, чтобы сменилась пара поколений. Например, [среди российских авторов] прошли проверку временем Людмила Петрушевская, Саша Соколов: с момента создания их произведений прошло несколько десятилетий.

Конечно, [очень важна] ленинградская книга 1960–70-х годов. Борис Вахтин, Рид Грачев, Виктор Голявкин. Мне кажется, что это какая-то страна, ждущая своего открытия; очень большой пласт, требующий исследования.

Андрей Аствацатуров

Филолог, писатель

Идеология и облик Петербурга: как родился петербургский текст

Я не уверен, что можно назвать что-то именно петербургской прозой, но я бы говорил о существовании некоего петербургского текста. Он начал формироваться приблизительно 200 лет назад. Этот городской код формировал, например, Александр Сергеевич Пушкин: представление о Петербурге как о такой проблемной зоне. Прежде всего в поэме «Медный всадник»: строгий вид, державное течение Невы, береговой гранит. Хотя сам Пушкин был глубоко убежден, что град Петров так же неколебимо стоит, как и Россия, для его героя здесь возникают определенные проблемы. Это Левиафан, империя, которая за важными государственными целями не замечает детали, нюансы, которые выпадают из этой зоны и исторически не перспективны, как судьба Евгения.

Гоголь — наследник Александра Сергеевича, который использовал похожие приемы, уточнял реальность Петербурга. Она ему показалась фантомной, он в ней различил какую-то злую энергию, которая таится в камнях, вещах, людях. Как он говорил: «Сам демон зажигает лампы для того только, чтобы показать всё не в настоящем виде».

В «Невском проспекте», например, Гоголь показывает внешний фон: фасады, вывески Петербурга, какие-то формы. Рассказывает историю об обмане, фальши, о том, что нечто, представляющееся Мадонной, на самом деле является чудовищным, продажным. В результате Гоголь говорит о фантомности города, о его пустых формах: вы думаете, это человек, а это просто сюртук. И Гоголь, и Пушкин сформировали этот миф.

Неважно, читал ли человек Пушкина или Гоголя, — эту оптику ему уже «прописали». Державность, фантомность, прямолинейность, геометричность, рациональность. Это заметил в Петербурге Андрей Белый, автор романа «Петербург». Он уловил очень важный момент — соединение здесь западного и восточного.

Петербург как встреча культур: Рим, Венеция, Восток

Западный инстинкт — рациональный; инстинкт расчерченных улиц, четких тротуаров, европейской имперской архитектуры: мощной, сильной, парадной. Белый увидел эти кубы, которые придавливают реальность. С другой стороны, он увидел Восток — скифское, азиатское, безумное лицо, которое здесь проявляется в виде бомбистов и террористов. Это соединение рациональности и чудовищной иррациональности или опасности, грядущей со стороны остовов, Белый очень интересно показал.

Мандельштам показывает Петербург как некую встречу культур. Его стихотворения вовлекают Царское Село, Адмиралтейство, ампир; эту тяжеловесность, которая ощущается и в самих стихах — в четкости, материальности, уплотненности образов. Стихи сборников «Камень» и Tristia мрачные, немного апокалиптические. Он видит здесь зону классицизма, зону встречи разных эпох. Казанский собор напоминает паука-крестовика. Не типичный, достаточно агрессивный образ, но очень точный.

«И распластался храм Господень,
Как легкий крестовик-паук.
А зодчий не был итальянец,
Но русский в Риме…»

Он видит здесь Рим, столичность, имперскость, предчувствует гибель этого мира. «Петрополь умирает», тонет в этом апокалипсисе революций. Бродский тоже замечает здесь элементы поздней империи.

Гениальные стихи о Петербурге написал Пастернак, [сборник] «Поверх барьеров».

«Как в пулю сажают вторую пулю
Или бьют на пари по свечке,
Так этот раскат берегов и улиц
Петром разряжен без осечки».

Город вылезает из этого ландшафта. А ландшафт как бы захватывает судьбу и фигуру Петра, который при помощи циркуля создал этот город. Он «северным грифелем наносит трамваи». Это поразительные стихи, которые формируют миф о городе, идеологию Петербурга.

Существуют западные тексты о Петербурге — людей, которые сюда приезжали. Не всегда эти западные авторы писали то, что нам хотелось бы, но это особый свежий взгляд. Например, взгляд Луи-Фердинанда Селина или Гаррисона Солсбери. Нам кажется, что мы живем в идеальном красивом городе, а для Селина это город, который притворяется европейским, будучи азиатским.

Современные писатели: что о Петербурге пишут сегодня

Сейчас петербургские авторы очень разные. Скажем, мне нравится Илья Бояшов — магический реалист. Герман Садулаев — философствующий социальный писатель; в его последнем романе «Иван Ауслендер» действие происходит в Петербурге.

Сильный урбанистический писатель — Вадим Левенталь; он красиво описывает геометрию города, ландшафт, городского человека. Сергей Носов тоже сильный урбанистический автор. В книге «Тайная жизнь петербургских памятников» он обращает внимание на какие-то незаметные вещи; оживляет, казалось бы, мертвые зоны — памятники, которые стоят вроде никому не нужные. Но если мы их уберем, то не будет города. Валерий Попов — сейчас он больше пишет о людях, чем о городе, но это тоже интересный петербургский автор.

Петербургскую литературу можно уловить не по стилю, а по какому-то настроению. Валерий Айрапетян в описание метро Петербурга привносит элементы многообразия, восточный колорит, сильные конвульсивные сцены. Павел Крусанов формирует такую петербургскую почву: холода Ладоги, зона Невы, залива — ощущаешь мощь гранитной набережной, чье-то воображение, в которое ты случайно встроен.

Ищите посты в Facebook и во «ВКонтакте» с хештегом #лахтацентрадреса и предлагайте свои варианты названий для новых улиц на берегу Финского залива

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Новые адреса
В Приморском районе на берегу реки Глухарки появилась новая экотропа. Показываем, как она выглядит
Как выглядит новый сквер «Осенний марафон» у «Приморской». Показываем фото общественного пространства — с деревьями, скамейками и скульптурами
В поселке Комарово открылась точка «Чебуреки и рюмочная у Ларисы» — навынос можно купить шашлык, лагман и плов
«Новые адреса»: как устроен современный мегаполис и каким будущее Петербурга видят его жители? Рассказывают социолог, художник, фотограф и историк архитектуры
«Новые адреса»: главное о петербургской музыке. Кто возрождает рок, куда делись рэперы и популярен ли джаз
Новые тексты «Бумаги»
На «Бумаге» — премьера клипа «Научи меня жить» от группы «Простывший пассажир трамвая № 7»
От хюгге-кэмпа до экофермы: блогеры рекомендуют необычные места для путешествия по Ленобласти
Чем технология 5G будет полезна экономике и почему вокруг нее столько страхов? Рассказывает кандидат технических наук
На Рубинштейна постоянно проходят уличные вечеринки, где веселятся сотни людей. Местные жители жалуются на шум, а полиция устраивает рейды
Как проходило голосование по поправкам в Петербурге: вбросы бюллетеней, коронавирус у членов комиссий и участки во дворах
Свободу Саше Скочиленко
Сашу Скочиленко оставили в СИЗО, несмотря на заболевания и петицию с 135 тысячами подписей. Главное про апелляцию
«Наши солдаты не допустили бы бомбардировки мирных гражданских объектов». Допрос пенсионерки, которая написала донос на Сашу Скочиленко
Сашу Скочиленко, арестованную по делу о «фейках» про ВС РФ, перевели в новую камеру и обеспечили безглютеновым питанием
Что известно о травле Саши Скочиленко в СИЗО. Ее девушка узнала о запрете открывать холодильник и требованиях ежедневно стирать одежду
«У меня уже отняли семью. Что мне теперь терять?». Девушка Саши Скочиленко — о жизни после ее задержания и проблемах с передачами
Военные действия России в Украине
Удар по школе в Северодонецке и дворцу культуры в Харьковской области, расследование убийств в Буче и сведения о потерях российской армии. Главное к 20 мая
Власти Ленобласти заявили еще об одном погибшем в Украине военнослужащем — Илье Филатове
Россия ответит «сюрпризом» на заявку Финляндии на вступление в НАТО, Минобороны РФ заявляет о тысяче военных, сдавшихся в плен на «Азовстали». Главное к 18 мая
Вывоз военных из «Азовстали», пауза в переговорах и отказ Финляндии платить за газ в рублях. Главное к 17 мая
«Мне слишком дорого далась эта работа». Сотрудники российских независимых СМИ о военной цензуре и блокировках
Экономический кризис — 2022
Cropp теперь CR, а Reserved — RE. Как выглядят петербургские магазины одежды после «санкционного» ребрендинга
Доллар упал ниже 60 рублей, но курсы в банках отличаются от биржевого. Что нужно знать?
Власти Петербурга заявили, что городской бюджет по доходам исполнен почти на 50 %. Что это значит?
Bloomberg: ВВП России снизится на 12% в 2022 году. Это будет самый большой спад с 1994 года
Минпромторг утвердил список товаров для параллельного импорта в Россию. Что это значит?
Давление на свободу слова
Четыре дела о реабилитации нацизма прекращены в Петербурге. У них истек срок давности
«Мне слишком дорого далась эта работа». Сотрудники российских независимых СМИ о военной цензуре и блокировках
«При молчании происходит всё самое страшное». Петербургская художница Елена Осипова — о нападениях во время антивоенных акций и реакции окружающих
Как писать письма в СИЗО? Рассказывает адвокат задержанной по делу о фейках об армии России Ольги Смирновой
Как силовики изобрели и опробовали новый метод давления на активистов — подозрение в лжеминировании. Истории 7 петербуржцев
Хорошие новости
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
В Петербурге в 2022 году обустроят более девяти километров велодорожек
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.