14 августа 2018
Гомосексуалов и трансгендеров в Петербурге не пускают в клубы и отказывают им в психологической помощи. Почему конфликты редко доходят до суда и реально ли выиграть дело?

В России гомосексуалов и трансгендеров могут не пустить в бар и финтес-клуб или отказать им в медицинской помощи, но они редко обращаются в суд: доказать факт дискриминации крайне сложно.

«Бумага» узнала, как часто ЛГБТ отказывают в услугах, почему конфликты редко доходят до судов и как петербургские предприниматели используют скандалы с гомосексуалами и трансгендерами в своем бизнесе.

Как трансгендерная девушка из Петербурга выиграла суд о дискриминации и почему это уникальный случай

Весной 2016 года трансгендерной девушке из Петербурга С. отказали в продлении абонемента в фитнес-клубе в центре города. Администрация комплекса требовала, чтобы девушка использовала мужскую раздевалку, сославшись на слухи и жалобы посетительниц.

С. обратилась за юридической помощью в инициативную группу «Выход», которая работает с ЛГБТ. Вместе они подали иск в Смольнинский районный суд, требуя признать действия администрации дискриминацией. Они хотели добиться того, чтобы клуб заключил с девушкой новый договор и выплатить 100 тысяч рублей моральной компенсации.

В «Выходе» рассказывают, что на первом заседании две свидетельницы из фитнес-клуба жаловались на «крупную фигуру» С., которая якобы «не соответствует стандартным представлениям о женском теле». Из-за этого, по их мнению, девушка не может пользоваться с ними одной раздевалкой и душем. При этом С. в суде заявляла, что ранее проблем с персоналом и другими посетителями у нее не возникало.

Судья первой же инстанции удовлетворил иск С.: действия администрации клуба признали дискриминацией, а отказ в заключении договора — необоснованным. Фитнес-клуб должен был выплатить 10 тысяч рублей компенсации морального ущерба. Позже клуб пытался оспорить решение в Городском суде, но иски не удовлетворили.

Смольнинский районный суд, Фото: yell

Продолжила ли девушка посещать этот фитнес-клуб, неизвестно: С. отказалась от интервью «Бумаге», сославшись на уже опубликованную «Выходом» информацию. Полученные от спортивного клуба деньги она перевела инициативной группе. В фитнес-клубе, с которым судилась С., от интервью также отказались.

По данным «Выхода», до этого в Петербурге и Ленобласти никто из представителей ЛГБТ не выигрывал суд о дискриминации в сфере услуг. Координатор мониторинга «Проекта правовой помощи трансгендерным людям» Диана Курдяш рассказала «Бумаге», что в таких случаях сложно доказать факт дискриминации. Для этого необходимо выявить, что действия были напрямую связаны с мотивом ненависти или как минимум неприязни. По данным Курдяш, из-за высокой вероятности проиграть дело многие трансгендерные люди вообще не обращаются в суд.

При этом запрет дискриминации по признаку сексуальной ориентации или гендерной идентичности в российском законодательстве не закреплен. Это, по словам правозащитников, тоже затрудняет судебную практику. Российские суды, по мнению правозащитников, часто полностью отказывают заявляющим о любой дискриминации — в том числе ЛГБТ — истцам или удовлетворяют иски лишь частично.

Что такое дискриминация в сфере услуг и как отличить ее от бытовой

В июле 2018 года широко обсуждался скандал вокруг петербургского клуба «Ионотека»: в него не пустили несовершеннолетнюю трансгендерную девушку Мелиссу. В то время девушка проходила гормональную терапию для смены пола, а в ее паспорте еще значился мужской пол. Первой историю конфликта рассказала подруга Мелиссы Лина Тухатевич. В соцсетях она сообщила, что охранник не пустил Мелиссу в заведение, заявив, что «этот монстр сюда не пройдет, у нас тут нормальные люди отдохнуть пришли».

Мелисса обратилась к владельцу клуба Александру Ионову во «ВКонтакте». Он ответил, что «не может изменить менталитет страны» и «не собирается обучать миллионы людей толерантности». «Ты, дорогуша, знала, на что шла. Вот теперь терпи. Тебя еще много где будут мордовать, как и все меньшинства в России», — написал он, добавив, что ему жаль, что так вышло.

Когда о случае написали СМИ, Ионов заявил, что Мелисса пыталась показать охраннику свой половой член. Владелец «Ионотеки» подчеркнул, что девушке не было 18 лет. В интервью «Бумаге» Ионов утверждал, что в бар никогда не пускали несовершеннолетних, хотя в соцсетях про клуб писали, что там обслуживают подростков.

Наталья Поплевская из «Российской ЛГБТ-сети» считает, что случай Мелиссы всё равно является дискриминацией — из-за слов охранника и ответа Ионова. «Для меня очевидно, что цели раздуть [скандал] у Ионова не было. Он искренне транслировал свои заблуждения относительно того, как следовало поступать человеку, который якобы против всего плохого. Но он не ставил в один ряд ЛГБТ и не ЛГБТ, судя по его ответу. Якобы „Ионотека“ открыта для всех „монстров“, но трансгендерным людям все-таки следует свыкнуться, что их гендерная идентичность — одобряемое основание для отказа в равном отношении и доступе к услугам в его заведении. А это и есть дискриминация», — говорит она.

Как рассказала «Бумаге» подруга Мелиссы Лина Тухатевич, девушка решила не обращаться в суд, проконсультировавшись с «Выходом». По словам Тухатевич, Мелиссе сказали, что суд скорее оштрафует ее за нарушение комендантского часа, чем обяжет охранника выплатить штраф.

— В классическом понимании дискриминация всегда связана с тем, что либо государство устанавливает дискриминационные правовые нормы, либо частные лица дискриминируют ЛГБТ-людей, но государство (прокуратура, суд) не предоставляют пострадавшим от дискриминации эффективных средств правовой защиты, — рассказывает юрист инициативной группы «Выход» Макс Оленичев.

Правозащитники отмечают, что чаще всего дискриминации в сфере услуг подвергаются люди, которые находятся в процессе трансгендерного перехода и еще не поменяли документы. Официальная причина отказа в этих случаях — несоответствие реального пола и указанного в документах. При этом процесс выдачи справок для отметки в паспорте занимает больше полугода и стоит минимум 50 тысяч рублей.

Координатор мониторинга «Проекта правовой помощи трансгендерным людям» Диана Курдяш говорит, что в этот период у трансгендерных людей иногда не принимают банковские карты, а также отказываются их обслуживать в любых местах, где требуется предъявлять документы: на почте, в аэропорту, отделе полиции и больнице.

При этом на практике ЛГБТ иногда сами путают дискриминацию в сфере услуг с бытовой дискриминацией. Как рассказывает «Бумаге» 23-летний петербуржец Семен, хозяйка квартиры, в которой он жил с партнером, когда была пьяна, называла их «пидорасами» и «гомосеками». Молодые люди записали ее высказывания на диктофон и хотели обратиться в суд, чтобы «задокументировать ее гомофобию».

Однако частные юристы, с которыми консультировались молодые люди, убедили их, что в этом прослеживается лишь бытовая дискриминация. Она отличается от дискриминации в сфере услуг тем, что человек не лишается права на что-либо. В случае Семена, например, хозяйка должна была угрожать выгнать его квартиры. В итоге Семен и его молодой человек решили отказаться от иска и сменили квартиру.

— Когда государство поддерживает гомофобию и трансфобию, само общество становится более гомофобным и трансфобным, нетерпимым к другим людям. Это позволяет государству отвлекать внимание от реальных проблем на сам факт существования ЛГБТ-людей, которые существовали и несколько тысяч лет назад, и в советское время, и существуют сейчас. Это влияет на внутреннюю гомофобию и владельцев, и обслуживающего персонала бизнеса, и государственных чиновников, — говорит Макс Оленичев.

Что известно о случаях дискриминации ЛГБТ и почему пострадавшие не всегда о ней сообщают

По итогам прошлого года инициативная группа «Выход» опубликовала доклад о дискриминации ЛГБТ в Петербурге. В нем зафиксировано всего 11 случаев отказа в коммерческих или некоммерческих услугах. Обобщая данные мониторинга, юрист организации Макс Оленичев рассказывает, что чаще всего в Петербурге ЛГБТ отказывают в услугах в сфере спорта и здорового образа жизни, образования и реже — торговли.

Схожую статистику приводит в своем докладе и «Российская ЛГБТ-сеть». О дискриминации в сфере услуг в разных городах России им рассказали 19 человек. «Проект правовой помощи трансгендерным людям» с июня 2016 по декабрь 2017 года зафиксировал 13 случаев дискриминации трансгендеров при получении услуг по России.

В эти данные не всегда включены случаи отказа в предоставлении медицинских или образовательных услуг: их выносят в отдельные категории. Так, в этих сферах «Проект правовой помощи трансгендерным людям» фиксирует еще 21 случай дискриминации в отношении трансгендерных людей, а «Выход» — еще шесть в отношении ЛГБТ в Петербурге.

— Эти цифры — лишь вершина айсберга, точной статистики нет ни у кого, — рассказывает координатор программы мониторинга «Российской ЛГБТ-сети» Наталья Поплевская. — Не все понимают, зачем нужен мониторинг и зачем им нужно в нем участвовать. Часто нет даже понимания, что произошедшее — это дискриминация. Некоторые так часто сталкиваются с гомофобией, что в ситуациях проявленной дискриминации не придают ей серьезного значения.

По словам Поплевской, мониторинг работает по принципу «максимального доверия к респонденту», но случай не включают, если человек путается в своей истории, не может предоставить документов, которые, судя по рассказу, должны у него быть.

Так, в докладах о дискриминации ЛГБТ в России за 2017 год сообщается о случаях, когда гомосексуалам и трансгендерам запрещали въезд в общежитие в другом городе, вынуждали уйти из группы «Анонимных алкоголиков», отказывали в предоставлении психологической помощи на горячей линии, а также не пускали на лыжный курорт, в кафе и отказывали в продаже товаров. Практически во всех случаях отказ объясняли внешностью пострадавших или выражением их чувств к партнеру — например, если пара держится за руки.

Поплевская говорит, что с помощью мониторинга каждый год фиксируют всё больше случаев дискриминации в сфере услуг. Однако это может говорить о росте не только гомофобных настроений, но и самосознательности общества. По ее данным, представители ЛГБТ-сообщества стали больше рассказывать о дискриминации после 2013 года, когда в России приняли закон о запрете пропаганды гомосексуальности. «Тогда ЛГБТ вышли из медийной тени, на подобные проблемы стали обращать внимание СМИ. Хотя и повод был ужасный», — говорит она.

Как ЛГБТ сталкиваются с ущемлениями прав в сфере здоровья

В апреле 2017 года молодой человек Р. обратился за помощью по телефону доверия петербургского психологического центра «Фрог». В разговоре он упомянул о своей гомосексуальности.

— У нас телефон не для педерастов, — ответил ему консультант и повесил трубку.

Р. написал во «ВКонтакте» руководителю центра психологу Александру Бронштейну и попросил его не нарушать профессиональную этику и впредь заранее сообщать о том, что центр не работает с представителями ЛГБТ. Бронштейн поддержал позицию консультанта своего центра. Позже в личной переписке с активистом психолог заявил, что считает гомосексуальность отклонением.

На следующий день Бронштейн выложил в группе центра «Фрог» запись со ссылкой на страницу Р. Правозащитники отмечают, что тем самым Бронштейн нарушил закон о персональных данных: операторы обязаны не раскрывать и не распространять персональные данные клиента без его согласия.

Вскоре Бронштейн удалил запись и извинился перед Р. в посте на своей странице во «ВКонтакте». Психолог не отказался от своих заявлений о том, что «гомосексуализм — это отклонение». На сообщения «Бумаги» Р. не ответил.

«Российская ЛГБТ-сеть» утверждает, что из-за подобных случаев ЛГБТ чаще скрывают свою ориентацию, когда речь идет о вопросах здоровья. Так, в докладе организации рассказывается о случае, когда трансгендерная девушка вызвала скорую помощь из-за аллергии, но врачи отказали ей в антигистаминном уколе, объяснив, что пациентка выглядела как девушка, а в паспорте указан мужской пол. Девушке якобы сделали укол, только когда ее мать перегородила дорогу уезжающей скорой.

Сейчас комплексную помощь ЛГБТ оказывают многие правозащитные группы в России: от юридической (защита в суде) до психологической и социальной (сопровождение в медицинских учреждениях, полиции и так далее). Однако, как рассказывает координатор пиар-службы «Ресурсного центра для ЛГБТ» Алла Чикинда, в практике организации не было случаев, когда ЛГБТ, столкнувшиеся с дискриминацией в сфере услуг, обращались бы за психологической помощью.

Как предприниматели используют скандалы из-за дискриминации ЛГБТ

В 2017 году в Петербурге открылось четыре магазина сети «Хлеб и соль» православного предпринимателя Германа Стерлигова. Вскоре у входа в один из них — на Лиговском проспекте — появилась табличка «Пидорасам вход запрещен». Через несколько дней такие же повесили и на другие магазины.

По словам Стерлигова, продажи в магазинах выросли (буханка хлеба там стоила от 750 до 1650 рублей, а килограмм поваренной соли — 3 тысячи рублей). По словам предпринимателя, это говорит о том, что «в Москве, Вятке и Санкт-Петербурге (по всей России было более 10 магазинов сети — прим. „Бумаги“) значительно больше нормальных людей, чем извращенцев». При этом он утверждал, что распорядился поставить таблички не для пиара, а чтобы выразить свою «христианскую позицию».

Почти сразу после установки табличек на них пожаловался адвокат Аркадий Чаплыгин. Он обратился в ОМВД Центрального района с заявлением на мелкое хулиганство со стороны предпринимателя и дискриминационный текст. Однако представители городской администрации, которых отправили туда вместе с полицейскими, утверждали, что, когда пришли в магазины, подобных табличек не обнаружили.

Затем юрист Вера Врубель подала заявление в прокуратуру: петербурженка пожаловалась на нецензурную брань на табличках. Их убрали на неделю, после чего вернули с новым текстом: «Содомитам вход запрещен». Витрину магазина Стерлингова разбивали неизвестные, активисты писали заявления в полицию, а на фоне табличек в знак протеста делали фотографии с целующимися мужчинами.

Спустя полгода после открытия магазинов Стерлингов закрыл их. По его словам, прокуратура предложила ему «на выбор: сохранить бизнес или совесть», и он «выбрал совесть». При этом активисты утверждали, что магазины перестали окупаться.

— Случаи, когда заведения используют дискриминацию ЛГБТ как пиар-ход, встречаются, но конкретные названия [таких организаций] упоминать не хочется, потому что их имена никогда бы не стали известными, если бы не подобные действия,  — рассказывает «Бумаге» Наталья Поплевская из «Российской ЛГБТ-сети». — Это черный пиар, на котором старается выехать не очень успешный бизнес. Предприниматели используют тему, которая в любом случае вызовет отклик, причем неважно, негативный или позитивный, ведь он в любом случае принесет рекламу.

Так, руководитель центра «Фрог» Александр Бронштейн в разговоре с «Бумагой» подтверждает, что случай с гомосексуалом, которому отказали в психологической помощи, быстро «пропиарил телефон [центра], в результате чего поднял его в рейтинге [в поисковиках]» и к ним стало приходить больше клиентов. При этом Бронштейн утверждает, что многие из этих клиентов были представителями ЛГБТ, которым оказали своевременную помощь.

Сам Бронштейн получил антипремию «Альянса гетеросексуалов и ЛГБТ за равноправие» «Золотая клизма — 2017». Психолог рассказал, что после этого создал в центре дополнительный телефон доверия, отвел в офисе специальное место для литературы о психологическом аспекте работы с ЛГБТ, а также взял на работу представителей ЛГБТ-сообщества.

А в «Ионотеке» вскоре после скандала с трансгендерной девушкой владелец клуба Александр Ионов представил два новых шота: «Трансгендер» и «Гомофоб» — и, анонсируя их, поблагодарил СМИ за пиар.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

НОВОСТИ

все новости

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.