Партнерский материал

Cооснователь видеопродакшна Fancy Shot: «Самое страшное — уйти <br>в съемки пельменей»

28 декабря 2016

В последние недели года «Бумага» совместно с Tele2 рассказывает о молодых петербургских предпринимателях, которые добились заметных успехов в 2016 году.
Герой последнего материала проекта — сооснователь продакшн-студии Fancy Shot Дмитрий Муравьёв. Вместе с партнером Петром Бондаренко он снял клипы «Ленинграда» «Экспонат» и «В Питере — пить», рекламные ролики для Mail.Ru и BioFoodLab и теперь стремится на европейский рынок.
В интервью «Бумаге» Муравьёв объясняет, почему с петербуржцами невозможно работать, по каким причинам Fancy Shot соглашаются только на каждое девятое предложение и зачем они решили предпочесть клипам рекламу.

Чем вы занимались и почему решили это бросить?

Я работал три года на телевизионном проекте «Удиви меня» на ТВ-3. В этом проекте я ставил все трюки — не как режиссёр, а постановщик. А до телевидения чем я только ни занимался: и на радио работал, и на праздниках всяких, и пресс-аташе, — много чего делал. Потом я попал в мир медиа и кино. Когда проект закончился, мне захотелось продолжать, но в качестве сотрудника какой-то компании, а организовав свою собственную студию. Первый ролик я делал как раз для фокусника, моего друга Юры Мончака. Маленькое промо мы ему сделали. Без какой-либо коммерческой выгоды, фактически, без денег, — ради интереса.

Кто вам помог начать собственное дело?

Мы все делали сами по себе. В продакшне все завязано на согласованный с заказчиком бюджет. Если вы его превышаете, то вкладываете свои деньги. А чтобы начать снимать, не нужно практически никакого стартового капитала. Вы не покупаете парк техники, вам не нужно даже покупать камеру, если вы не свадебный фотограф. Все это можно взять в аренду. Поскольку я работаю как продюсер, я должен находить клиентов, формировать команду и организовывать процесс. Все вложения в бизнес за первые полтора года работ связаны с нашими собственными ошибками. Где-то до второго снятого нами клипа «Ленинграда» «Плачу и плачу» мы практически на каждом проекте уходили в минус.
Дмитрий Муравьёв

Как вы работаете теперь?

Сейчас мы принимаем примерно каждое восьмое-девятое предложение. Отказываемся по разным причинам. Бывает, мы начинаем говорить с клиентом и понимаем, что он неадекватно себя ведет. Из последнего: «Почему я должен выбрать вас?» — задал вопрос клиент, который сам же к нам и пришел. И мы поняли: с этим человеком у нас не получится общаться. Мы не найдем общий язык. В то же время я уверен, что найдутся 25 агентств, которые с этим человеком поработают.
Бывает, мы отказываемся, если к нам приходят не с определенной заранее задачей – мы такая-то компания, нам нужно примерно вот это – а уже с каким-то видением креатива, который нам не нравится. Нам кажется это странным поведением. Если вы приходите к зубному, вы же не учите его ставить пломбы. Мы не работаем с чужим креативом, нам это просто неинтересно. Мы пробуем переубедить клиентов, иногда это получается. Е
Те люди, которые нам нужны, — это большие специалисты, которые никогда в жизни не пойдут в найм на постоянную работу. У нас будет два проекта в месяц, а этот человек может заниматься девятью проектами одновременно. И зачем ему к нам идти?
Сережа [Шнуров] – заказчик мечты. Он нам верит. Мы получаем от него песню, предоставляем написанный с режиссером сценарий, утверждаем бюджет и встречаемся только на премьере. Сережа приезжает на площадку на полчаса, если у нас тяжелые съёмки, фоткается со съемочной группой, — это дает заряд людям, которые последние четыре дня буквально умирают.
Нам очень понравилось работать с BioFoodLab — это батончики SlimBite. С “Абсолютами” было очень здорово работать. С Mail.Ru. Они умницы и Жора Лобушкин — тоже. Мы считаем, что это потому что мы все — питерцы. Нам просто найти общий язык. При этом проект был абсолютно адский. Мы его готовили удалённо. Петя был не в России, я — тоже, режиссёр — в Сочи, мы обсуждали работу по скайпу и собрались вместе только за три дня до съёмки.
А там сложнейшая история. Мы же снимали не профессиональных актеров, а обычных работников Mail.Ru. Надо было найти среди двух тысяч человек пластичных, артистичных, незажатых, которые могут станцевать и изобразить какое-то движение. В итоге Mail.Ru пришло 800 заявок на вакансии. Они многократно компенсировали свои расходы на съемки теми кадрами, которые к ним в итоге пришли. Все остались довольны. Хотя эту рекламу я не назову особо смелой — она классическая. Но Mail.Ru – это огромная корпорация на русском рынке, где на провокации способен, наверное, только Олег Тиньков.
Съемочная площадка клипа «Ленинграда» «Экспонат»
С петербуржцами проще договориться, но работать в Петербурге невозможно. В Питере нет денег и особый менталитет. В Москве вы можете быть знакомы с человеком двадцать лет, и у вас не возникнет просьбы о скидке. А в Питере, поскольку все друг друга знают, разговор с тобой начинается так: «Привет, Митя, мне твой номер дал Вася, которому дал Петя. Нам нужно сделать такую-то рекламу. Но давай со скидочкой. В общем, у нас есть 300 тысяч». Поэтому идеальный вариант — петербуржец, работающий в Москве. Там другие деньги, другое отношение к работе. Большой любви к тебе у москвичей не будет, но тебе будут платить.

Каково самое неожиданное открытие, которое вы сделали, начав свой бизнес?

99 % людей – мудаки. И верить никому нельзя, и дружить лучше не надо с теми людьми, с которыми работаешь. При этом я люблю своих коллег, у нас сложилась за четыре года работы очень хорошая команда, но интеграция любых новых людей – это очень сложно.
Ещё одно открытие – любая проблема любого из задействованных на съемке департаментов — все равно лично моя проблема, которую мне как продюсеру надо будет решать. И за любое происшествие на площадке в конечном итоге отвечаю я — и Петя, мой партнер.
Дмитрий Муравьев и режиссер Анна Пармас на съемках клипа «Ленинграда» «В Питере — пить». Фото: Станислав Ахунов

Каких рисков вы опасаетесь больше всего?

Наверное, мы боимся дойти до планки и не иметь возможностей для профессионального роста. Поэтому мы всеми силами пытаемся выйти из России на международный рынок. При этом мы не хотим идти в кино. Мы хотим оставаться в рекламном и клиповом бизнесе.
Мы cделали клип для британцев Tiger Lilies. Сейчас мы готовимся работать с французским агентством на проекте в России, но с зарубежными режиссёрами. Мы стараемся подаваться на все возможные фестивали. В какую страну мы бы ни приехали, мы составляем список агентств и просто приходим к ним знакомиться. Это всегда очень смешно, потому что в Европе так заявляться не принято. Там надо писать письма, согласовывать.
Самое страшное для нас – встать у конвейера, который будет приносит нам даже очень большие деньги, и потерять драйв и удовольствие, которые мы сейчас получаем от работы. Ты приходишь в этот мир, чтобы делать что-то, без чего не можешь жить. И этот мир тебя начинает потихонечку душить, и ты все время идешь на компромиссы. Начинаешь брать какой-то неинтересный заказ, потому что там больше заплатят.
Мы пока что на эти компромиссы не идем. Отчасти поэтому мы не заводим штат сотрудников, которым надо каждый месяц платить зарплаты. Самое страшное — уйти в съемки пельменей. Потому что это ****** [очень плохо]. Есть люди, которые тридцать лет снимают эти пельмени, делают это очень хорошо и ненавидят свою работу. Как только мы почувствуем такую ненависть, мы закроем компанию.

Что бы вы сейчас сделали по-другому?

Я бы выучил ещё один язык. Наверное, португальский. Португалия – это очень удобная страна для съемок. Сейчас у нас там есть партнеры, с которыми мы поддерживаем связь. Но порой общаться бывает сложно, потому что я знаю английский и голландский, а португальский не знаю. А Португалия — это прекрасная страна, где в 320 из 365 дней в году светит солнце. И, к тому же, самые низкие цены в Европе на любые услуги. Там безумно удобно работать.

button

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь на «Бумагу» там, где вам удобно
Четвертая волна коронавируса
Смольный: более 80 % госпитализированных в Петербурге старше 60 лет
За последний год в России умерли 2,4 миллиона человек. Это худший показатель смертности со времен войны
Оправдана ли паника из-за омикрон-штамма? Ирина Якутенко — о самом необычном варианте коронавируса
❗️ Роспотребнадзор ограничит срок действия ПЦР-теста 48 часами. Для приезжающих из стран, с которыми не возобновлено авиасообщение, введут двухнедельный карантин
Законы о QR-кодах в транспорте могут не успеть принять до Нового года, пишут «Ведомости». Предположительный срок — февраль
Новый год — 2022
В Петербурге запустили почту Деда Мороза — письмо можно отправить в Великий Устюг. Как это работает?
12-метровая горка, карусель и маркет. Как этой зимой выглядит двор «Никольских рядов»
В Ленобласти можно бесплатно заготовить новогоднюю елку. Рассказываем как
В Петербурге запустили бота по поиску катков и лыжных трасс в каждом районе
Сколько потратят на украшение Петербурга к Новому году? А на главную ярмарку? Одна картинка
Как меняется Петербург
В Ломоносове появилось новое общественное пространство — на месте бывшего пустыря
В саду Дружбы закончились работы по благоустройству. Показываем, как изменилось общественное пространство
Ради строительства Большого Смоленского моста хотят снести восемь исторических домов. Что это за здания?
Смольный может построить велодорожку из Лахты до Смолячкова. На «технико-экономическое обоснование» проекта выделили 11 млн рублей
Новый мост через Неву свяжет два берега Невского и Красногвардейского районов. Что известно о разводной переправе и как она может выглядеть
Вакцинация от коронавируса
В Петербурге задержали четырех человек, организовавших бизнес по продаже поддельных QR-кодов. Позднее прокуратура отменила возбуждение уголовного дела
В Петербург поступила новая партия вакцины «Спутник V» — более 100 тысяч доз
Что известно про новый штамм коронавируса B.1.1.529? Насколько он опасен и заражен ли им кто-то в России?
В общественном транспорте Петербурга не будут вводить QR-коды. А что насчет такси?
В Ленобласти введут обязательную вакцинацию вслед за Петербургом. Рассказываем, кого она коснется
Коллеги «Бумаги»
Обвинительные клоны
Непрофессиональное заболевание
Как читать новости о ковиде?
Научпоп
В России вручили премию «За верность науке». Лучшим научно-просветительским проектом года стал Science Slam 🙌
Мы заполнили два вагона поезда Москва — Петербург молодыми учеными. Что было дальше?
«Мир знаний» — ежегодный фестиваль научного кино. Как он изменился и что покажут в этот раз
Фестиваль научных и исследовательских фильмов «Мир знаний» проведут в Петербурге с 1 по 6 декабря. Тема этого года — космос
Почему у облаков в Петербурге бывают ровные края? Мы узнали у популяризатора астрономии и синоптика. Обновлено
Подкасты «Бумаги»
Можно ли воскресить динозавров и мамонтов? Обсуждаем с учеными, зачем восстанавливать древних животных и что с ними стало бы сегодня
Мы всегда онлайн! Не пора отдохнуть от интернета? В этом подкасте обсуждаем зависимость от соцсетей и диджитал-детокс
Как большие данные изменили науку? В этом подкасте слушайте, что можно узнать о соцсетях, дружбе и неравенстве благодаря big data
Как понять, что вы живете в гетто? Слушайте лекцию о том, почему происходит сегрегация в городах
Зимовка в теплой стране — это дорого и сложно? А что с границами? В этом подкасте планируем побег от холодов
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.