«Если герои „Нелюбви“ отрицательные, то мы все с вами таковы»: Андрей Звягинцев — о критике, морализаторстве и своих персонажах

В начале июня в российский прокат вышел фильм «Нелюбовь» Андрея Звягинцева. Картина, рассказывающая о современной московской семье, переживающей тяжелый развод, получила приз жюри Каннского фестиваля и вызвала резонанс у российских зрителей.

«Бумага» встретилась со Звягинцевым в «Эрарте» и узнала, почему «Нелюбовь» задевает людей, к какому произведению отсылает символика финального эпизода картины и как режиссер относится к своим персонажам.

Фото: Антон Ваганов

«Картина ранит зрителя, но она при этом как горькая пилюля, которая приносит исцеление»

Знаю об атмосфере, которая витает вокруг фильма «Нелюбовь». Я не представлен в «Фейсбуке», как и в других социальных сетях, но я знаю примерно, что там происходит, некоторые настроения до меня долетают. Однако это не повторение истории «Левиафана», когда было слишком много негативной реакции. «Нелюбовь» ранит зрителя, но она при этом как горькая пилюля, которая приносит исцеление.

Что касается проката, мне кажется, по меркам авторского кино, «Нелюбовь» очень успешна. У «Левиафана» было по итогу 93 миллиона рублей, с «Нелюбовью», насколько я знаю, мы уже миновали рубеж в 90 миллионов. Спустя месяц от начала проката количество экранов с 500 сократилось до 65. Но, как мне сказали в компании Sony, соотношение количества купленных билетов на количество копий в иные дни превышает даже интерес к фильму «Трансформеры». Это уж совсем выглядит забавно.

Я так подробно останавливаюсь на цифрах, хотя мне от этого, честно говоря, ни холодно ни жарко. Я не слежу за рейтингами, просто вчера разговаривал с друзьями из Sony.

«Ты думаешь об одном, а зритель интерпретирует по-другому»

День, в который мы попадаем в эпилоге «Нелюбви», это 1 февраля 2015 года. Я точно знаю дату, потому что в этот день вышел сюжет «Вестей» Дмитрия Киселева про Дебальцево (этот выпуск смотрят герои фильма — прим. «Бумаги»). Ровно за год до этого проходила Олимпиада в Сочи, и в течение следующего года очень многие, особенно состоятельные люди, ходили в спортивной одежде «Боско». Это было модно. Заходишь в самолет, видишь в бизнес-классе юных и не очень юных барышень в этой форме — и создается ощущение, что ты летишь с олимпийской сборной России.

То есть в финальном эпизоде фильма заключена дань моде того времени. В метафорическом же плане я предпочитаю говорить о нем как об аллюзии на Николая Гоголя: Русь-тройка, куда ж ты мчишься? (в оригинале: «Русь, куда ж несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа». — прим. «Бумаги»). Куда-то она мчится, а куда — никто не знает ответа.

Интерпретация некоторых зрителей этого фрагмента, как идеи о «приговоре России, которая бежит на месте и теряет своих детей», по мне так, это слишком в лоб. Впрочем, я привык к тому, что каждый видит в фильмах свое: и свою нищету и свое богатство. Тут ничего не поделаешь, ты думаешь об одном, а зритель интерпретирует по-другому. Я стараюсь не вмешиваться в отношения зрителя с экраном. У зрителя свой взгляд, и у каждого свой фильм.

«Я не нахожу своих персонажей отрицательными, я нахожу их людьми»

Традиция социалистического реализма приучила нас к тому, что непременно должен быть положительный персонаж и персонаж отрицательный. Я такой риторикой не пользуюсь принципиально, потому что не нахожу своих персонажей отрицательными, я нахожу их людьми. Человек сложен, он не сводим к таким простым определениям. Все мы часто презентуем себя с самой выгодной стороны. А возвращаясь домой, становимся самими собой. И там проявляются все наши сложности. Иначе не было бы такой реакции на картину «Нелюбовь». Люди узнают в этих персонажах самих себя или тех, кем бы не хотели быть никогда.

Одна зрительница в Новосибирске после просмотра написала смс своей подруге и моей знакомой, что не могла после окончания фильма встать с кресла, а, придя домой, «обняла своего сына и не выпускает из рук до сих пор». Это свидетельство того, что мы всё-таки попадаем в портрет современника, в образы его страхов о самих себе. Если эти герои отрицательные, то мы все с вами таковы.

У меня персонажи фильма вызывают только сочувствие, и потому это не взгляд высокомерного автора — ничего подобного. Это скорее взгляд высокомерного зрителя — не замечать людей вокруг, утверждать, что таких людей не существует, транслируя нечувствительность своего взора. Заниматься творчеством можно только исходя из наблюдений за окружающими тебя людьми, близкими или дальними и сквозь призму честного взгляда на себя самого. Если мы отстраняемся и называем персонажей отрицательными, то обкрадываем себя, лишаем себя нужного и полезного опыта. Подобное лицемерие произрастает из привычки видеть фальшивых героев и награждать себя их чертами, притом задаром, просто взглянув на экран и поверив, что эти персонажи и есть наш портрет. Чем требовательней автор относится к нам, зрителям, тем старательнее мы отгораживаемся от этого честного зеркала. Мы желаем видеть себя прекрасными. И не хотим видеть себя такими, какие есть.

«Если бы не было искусства, мы были бы стаей волков, которые рыщут в поисках заработка»

Я никогда не возьмусь раздавать советы зрителю. Тем более, взрослому. Сколько людей — столько взглядов на жизнь. Это ответственно — говорить человеку, что делать. А сказать, что происходит, — это возможно. Меня могут упрекать в том, что я рисую людей, которых не существует, и пусть эти упреки звучат — я их не слышу, потому что точно знаю, что такие люди есть: мне же хватает мужества смотреть на себя в зеркало.

Рецепты и рекомендации — это уже к морализаторам. Зритель сам решает, что ему делать. Либо больше не ходить на фильмы этого автора, либо ходить и получать «инъекции», которые позволяют ему горько поразмышлять о самом себе.

Культура неизбежно влияет на жизнь общества. Если бы не было искусства, мы были бы стаей волков, которые рыщут в поисках заработка. Искусство возвращает нас к идеалу — к тому, кем мы могли бы быть, кем можем быть. И «Нелюбовь» в этом смысле устроена так, что если смотреть на экран непредвзято, если желать встречи с фильмом, то он работает как лук с натягиваемой тетивой. Тетива с усилием движется в направлении, обратном тому, куда полетит стрела.

Когда государство в лице министерства культуры в пропагандистском угаре заявляет, что будет пестовать только те цветы, которые им нужны, это губительно для общества. Нельзя всё сводить только к тому, что необходимо государству, как же быть с тем, что необходимо человеку? Напротив, нужно создавать все возможности для свободной речи автора. И критерий может быть только один — талантливо или нет. Неталантливое само по себе засохнет. Жить будет талантливое, чего бы ни изобретали в стенах министерства, каких бы препон ни ставили, каких бы цензурирующих мер ни вводили. Художник должен быть честен, рассказывая о своем времени, нельзя приукрашивать действительность, потому что обязанность художника — свидетельствовать правду.

За помощь в организации интервью «Бумага» благодарит Музей современного искусства «Эрарта», где 28 июня прошел творческий вечер режиссера

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

НОВОСТИ

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.