«Диплом университета ничем не поможет»: теоретик образования — о несостоятельности школ и вузов
Майкл Стронг всегда увлекался идеями философии; он хорошо учился в школе и поступил в Гарвард, но почти сразу бросил его, потому что терпеть не мог традиционную систему «учитель-ученик». Сейчас он открывает по Америке школы новой формации, где вместо стульев стоят диваны, а ученики могут распоряжаться своим временем как угодно. «Бумага» публикует лекцию теоретика образования о том, почему школы и университеты исчезнут, отчего у нас есть математики, но нет Кремниевой долины и как мы должны учить детей.
Фото: из группы «Ткачей»
В 90-е годы существовал сайт AskMe.com, посвященный вопросам права, где было множество экспертов. Одним из самых популярных был 15-летний мальчик. Когда топ-эксперты сайта узнали, что ему 15 лет, они обрушили его рейтинг. Потом другие узнали, что его рейтинг обрушили, и специально подняли его. А история вот в чем: у этого 15-летнего мальчика за несколько лет до этого убили брата, и убийца избежал наказания. Мальчик посвятил себя изучению законов, потому что у него была мотивация. А вот история Лоры Дэвинг, которая никогда вообще не ходила в школу (сейчас в Америке все больше популярно домашнее образование): в 17 лет она стала венчурным капиталистом, занимается исследованиями технологий, замедляющих старение, и вкладывается в другие компании. Представьте себе, 17-летняя девочка уже имеет больше влияния, чем большинство ее сверстников, да и людей на Земле. Она получила стипендию от фонда Питера Тиля, одного основателей PayPal и инвесторов LinkedIn и Facebook; он, кстати, в фильме «Социальная сеть» появился в одном из эпизодов. Тиль — миллиардер и верит в то, что система образования должна быть вообще уничтожена. Он основал стипендиальный фонд, из которого выделяет по 100 тысяч долларов 200 студентам в год за то, что они бросили колледж и начали свое дело. Как правило, студенты, которым достаются гранты, очень энергичные и понимают, что нужно работать.
Тиль — миллиардер и верит в то, что система образования должна быть вообще уничтожена
Я иногда описываю себя как человека, который обожает учиться, но ненавидит университеты. Большую часть жизни, которую провел в образовании, я пытался уничтожить систему. Не говорю, что все системы на свете плохие, но я верю в творчество. Я сам вырос на ферме в штате Миннесота — в очень холодном климате, телек у нас работал плохо, поэтому я много читал. В американской версии ЕГЭ я получил высокие баллы, и мне посоветовали поступить в Гарвард. Я поступил, но мне слишком быстро надоело, поскольку там было уж больно много знаменитостей, которые разговаривали со мной сверху вниз. Этого я очень не люблю. Я перешел в колледж Сент-Джонс и там занимался философией.  

Как образование стало тем, чем оно является сегодня?

Большинство людей считает, что школы были школами всегда. Если мы обратимся к истории, то поймем, что никаких школ вообще не было. Если бы вы были мальчиком в племени, где охотились на оленей, вы бы тоже охотились на оленей, росли и становились охотниками. Дети учились в игре, а игры копировали с поведения взрослых. Это и было основной парадигмой. Но в Афинах создалась определенная культура, когда Сократ ходил по городу и расспрашивал людей, что хорошо, что плохо, что красиво, что такое справедливость, пытаясь вывести какое-то понимание терминов. Есть такое высказывание, что все западные цивилизации можно рассматривать как результат сократовских вопросов. Как мои идеи работают? Как твои идеи работают? Чьи идеи работают лучше? Какие идеи наиболее подтверждаются доказательствами? Существует паутина различных верований. В итоге Сократ и Платон создали такую движущую силу интеллектуального сознания западной цивилизации. В Средние века настоящая перемена в структуре образования происходит в Пруссии. Там государство осознавало, что ответственно за образование. У них были педагогические центры, где учителя получали одинаковое образование, чтобы давать одинаковые знания по всей стране, и правительство спонсировало образовательную систему. Один из видных американских общественных деятелей в XIX веке посетил Пруссию, ему понравилась система, и он стал ее развивать: сначала в Массачусетсе, затем по всей Америке.
Я иногда описываю себя как человека, который обожает учиться, но ненавидит университеты. Большую часть жизни, которую провел в образовании, я пытался уничтожить систему
Сейчас треть детей американцев принимает лекарства от синдрома рассеянного внимания и сидит на антидепрессантах, большое количество подростков принимают наркотики, употребляют алкоголь, у нас высокий процент убийств, самоубийств, случаев подростковой беременности, а аварий со смертельным исходом стало гораздо больше, чем было в 50-е годы. Многие смотрят на это как на отдельные вопросы, а мне кажется, что массовая школьная система и есть причина этих патологий. Многие смотрели мультфильм про Бивиса и Батхеда? В реальности подростки ведут себя как они, потому что они ненавидят школу, школа для них как тюрьма. Лучший способ понять, что такое американская школа, — поставить камеры в столовых и коридорах: если бы родители видели, что там происходит, они немедленно забрали бы детей оттуда.  

Эволюция образования и государственный контроль

Сейчас мы имеем систему, которая устанавливалась веками. В большинстве стран мира правительства сами контролируют систему образования и указывают, кто может преподавать, где ему получать соответствующее образование и так далее. Пока правительство контролирует эту систему, она не сможет разрушиться и преобразоваться, как, например, когда мобильный телефон уничтожил домашний. Школа-одиннадцатилетка и университеты, как любая устаревшая система, должны пройти через этот цикл разрушения. Или, например, американская почта: когда-то она значила так много, а сейчас гоняет туда-сюда ненужные рекламы, но при этом в ней заняты сотни тысяч людей, там самое большое количество машин. Получается, мы рубим леса, но толку никакого, потому что есть гораздо более эффективные системы. Со школами, мне кажется, будет то же самое. Может, стандартная старшая школа и будет существовать, как американская почта, но люди все равно найдут ей более эффективную замену. Я не очень знаком с российской системой образования, но у вас есть некая авторитарная модель, сложившаяся в СССР, в которой нужно уважать профессора. Кремниевая долина, один из основных центров роста финансового благополучия, полностью был основан на математике. А в СССР было до черта математиков, но не было никакой свободы, поэтому у вас своей Кремниевой долины нет. Когда вы существуете в системе, где все регулируется, и вы в нее встроены, вы не будете творческим человеком. Те россияне, которые попадают в Америку, сильно бизнес-ориентированы, поэтому они и уезжают отсюда. В Москве я видел небольшие островки очень классной бизнес-культуры, поэтому я думаю, что в России есть представители молодой бизнес-культуры и они хотят заниматься классными вещами. Нам нужны такие школы, в которых люди могли бы улучшать и развивать те умения, которые у них есть, и тем самым улучшать существующую систему. Одна из причин, по которой этого еще не произошло, — законодательные препоны. Например, постоянное лицензирование всего: в Америке нужны лицензии не только для того, чтобы стать врачом или адвокатом, а вообще на все: чтобы стать дизайнером интерьеров, чтобы заплетать косички, чтобы работать в похоронном бюро. Все эти лицензии нужны практически на любую работу, для того чтобы заставлять людей проходить все больше государственных процедур и уменьшать конкуренцию. Бюрократия замедляет инновации. Революция в ПО свершилась, потому что не было никаких барьеров, потому что не было мира ПО.
Монтессори сама говорила, что лучший класс — это тот, в котором учителя вообще не видно
Безусловным инноватором в системе образования была Мария Монтессори, которая в начале XX века преподавала в Италии. Она занималась с детьми, у которых были проблемы умственного развития, и начала разрабатывать систему, при которой они сами могли себя образовывать. Потом она перенесла эту систему на других детей. В классе, который работает по методике Монтессори, у учителя нет открытой роли, дети распределяются по периметру класса и работают с различными материалами. Они ощущают себя как взрослые и зачастую вообще не обращают внимание на учителя. Монтессори сама говорила, что лучший класс — это тот, в котором учителя вообще не видно. Сейчас система Монтессори воспроизведена во всех школах для детей привилегированных классов. Начиная с трехлетнего возраста ребенку дается такая творческая свобода, которая гарантирует развитие его навыкам и способностям. Сейчас количество школ с системой Монтессори растет, все основатели Google ходили в аналогичные школы, основатель Amazon тоже. Когда учитель говорит вам, что делать — когда пойти в туалет, что учить, что не учить, — нет никакой своей мотивации и драйва, нет ощущения того, что ты сам хозяин своей судьбы. В школах Монтессори ты с детства получаешь чувство ответственности за себя и свою жизнь.  

Свобода детей и убеждения взрослых

В наших школах мы хотим, чтобы люди были активными и классными. Три часа в день дети изучают основные дисциплины, а оставшееся время занимаются тем, чем хотят. Мы хотим помочь детям стать классными, чтобы вместо телевизора и других глупостей они занимались полезными вещами. Вот, допустим, история: ребенок был типичным ботаником, сидел в своей комнате и программировал. Отец, выпускник Гарварда, делал все, чтобы ему помешать этим заниматься, поскольку не понимал цели. В итоге мальчик все равно продалбливал свой интерес и теперь работает над тем, чтобы послать человека на Марс. Он не окончил школу и теперь зарабатывает больше 200 тысяч долларов в год, проводит время с классными людьми и создает то, что ему нравится. Мне хочется, чтобы все наши дети думали так же.
Взрослые думают: жизнь должна быть тяжелой и несчастной, надо ходить на работу и быть несчастным, детям нужно быть такими же. Дерьмо!
Взрослые думают: жизнь должна быть тяжелой и несчастной, надо ходить на работу и быть несчастным, детям нужно быть такими же. Дерьмо! Почему все думают, что место работы или учебы должны быть скучным? Вбейте в Google: cool places to work. Кремниевая долина, кампус Google, кампус Apple… Когда я открывал школу по методике Монтессори, то думал: что же больше всего нравится детям? Диваны! Мы напихали кучу диванов, и дети были счастливы. В школе же, которую сейчас я строю, не будет парт, не будет рядов. Будут диваны, стулья и прикольные места для игр.
Я не очень знаком с российской системой образования, но у вас есть некая авторитарная модель, сложившаяся в СССР, в которой нужно уважать профессора
Успех на рынке в XXI веке будет зависеть от левого полушария, как говорил Дэн Пинк. В Азии все товары производятся очень дешево, и конкурировать с Китаем, Вьетнамом почти невозможно. Автоматизация сделает производство еще дешевле. Поэтому в развитом мире люди хотят более красивых вещей. Сейчас в Америке существует тенденция перехода от количества к производству штучного товара, но более эстетически выверенному. Произойдет революция дизайна, как мне кажется. Например, сейчас есть 3D-принтеры, которые позволяют кому угодно и где угодно производить объекты и продавать их на глобальном рынке. Вы можете в Петербурге сделать нечто, что будет популярно во всем мире. Женщина в Австрии производит соски из биоматериалов для женщин, которые пережили рак груди. Я вижу в будущем мир, где будет развиваться все больше и больше классных профессий, основанных на улучшении качества жизни. Те, кто будет пионерами в этом, преуспеют в карьере. А диплом университета ничем не поможет.

Лекция была организована журналом Esquire и проектом InLiberty

ТЕГИ: 

ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ