Проплыть под парусом четыре северных моря, попасть в шторм и встретить моржей
Как петербуржцы больше двух месяцев путешествовали на катамаране по северу России. Партнерский материал с «Газпром нефтью»

В сентябре завершилась экспедиция «Полстраны под парусом»: команда петербуржцев на катамаране добралась из Красноярска до Архангельска, преодолев часть Енисея, Карское, Печорское, Баренцево и Белое моря.

В партнерском материале с «Газпром нефтью», которая поддерживала проект, «Бумага» рассказывает о путешествии по северу России.

Как не замерзнуть в Арктике, где достать пресную воду и интернет, зачем ложиться спать в гидрокостюмах и с ножами и чем опасны путешествия по Заполярью? Руководитель экспедиции Сергей Северин рассказал «Бумаге» о том, как путешественники готовились к поездке и почему прошли маршрут на месяц быстрее, чем рассчитывали.

Сергей Северин

Руководитель экспедиции

Идея

У нас сформировалась большая компания, около 50 человек, с которыми мы вместе куда-то ездили. В свое время мы решили, что о наших зачастую небанальных путешествиях нужно писать и рассказывать. Так появился общий проект Plan X Adventure Team.

Мы много путешествовали по нашим ближайшим северам: объездили вдоль и поперек Кольский полуостров, ходили в горные походы в Хибины, праздновали Новый год в Териберке. Очень полюбили север как наш, так и зарубежный: например, ездили в Норвегию на мыс Нордкап.

Мы долго думали, как расширить нашу северную, заполярную географию путешествий на восток. Хотелось посмотреть сразу много, и мы решили, что самым оптимальным способом будет путешествовать на водном транспорте. Два года назад собрались вчетвером у меня в гостях, начали обсуждать и в итоге решили: едем в Арктику на парусном катамаране.

Фото из архива команды Plan X

Во-первых, у меня уже был небольшой опыт с парусным катамараном в Мексике. Мне очень понравилось, потому что за час я научился работать с парусами и управлять катамараном. Во-вторых, нам нужен был «разборный» вариант: в перерывах между путешествиями судно хранится у меня в гараже, а при необходимости забрасывается в транспортную компанию и доставляется до любой точки России или даже мира.

Вообще, в мире распространены катамараны пляжных вариантов, на которых катаются возле береговой линии. А крейсерские катамараны длиной от 7 метров и выше популярны в основном в России. У нас получилось найти бэушное судно за 300 тысяч. Тогда мы поняли, что пути назад нет.

74 дня

заняла экспедиция

6000 км

длина маршрута

4 человека

в команде

21 кв. м

площадь катамарана

73 градуса

самая северная точка (о. Шокальского)

4 моря

пройдено

Старт запланировали на начало лета, потому что период, когда в Арктике расходятся льды, относительно короткий. Изначально была мысль пройти весь северный морской путь — от Архангельска до Анадыря — это порядка 12 тысяч километров. Но существовал такой фактор, как ледовая обстановка в районе Таймыра: там льды могут разойтись только к сентябрю — тогда у нас осталось бы два очень холодных и штормовых месяца на то, чтобы пройти еще половину маршрута. Мы не хотели зависеть от того, на что сами не можем повлиять, и переформатировали маршрут, сделав его короче, но интереснее. Совместили два этапа: речной — 2 тысячи километров от Красноярска до устья Енисея — и еще 4 тысячи километров по морям.

Подготовка

Когда мы начали советоваться на форумах, среди опытных яхтсменов было много скепсиса: моря Северного Ледовитого океана считаются одними из самых сложных для экспедиций плюс у нас было очень мало опыта. С момента покупки катамарана до старта у нас оставалось 1,5 года, чтобы разобраться абсолютно во всём.

Тренировались мы на Ладожском озере. Это ближайший полигон, который нас очень хорошо подготовил, потому что на Ладоге бывают совершенно разные условия: постоянные сильные ветра, высокая волна, сложные заходы, где-то можно на скалу налететь, а где-то — мелководные берега.

Дальше судно нужно было оборудовать. На корму, где постоянно находится рулевой, мы сделали каюту из морской фанеры 4×2 метра. Туда поместили надувные матрасы, чтобы было теплее. Каюта разделялась на две части: в носу — спальное место, а ближе ко входу — тамбур, в котором стояли герметичные рундуки (ящики на судне, в которых хранятся личные вещи экипажа — прим. «Бумаги») со всей электроникой, а также две газовые горелки, на которых готовили пищу.

Мы пошили штормовой комплект парусов для сильных ветров: он меньше по площади, но более плотный. Баллоны (боковые надувные элементы катамарана, удерживающие его на воде — прим. «Бумаги») усилили, дополнительно наклеив слой ПВХ-ткани: в Карском море встретилось огромное количество дрейфующих бревен, которые вполне могли бы проткнуть баллон.

Путешествие

В южной части Енисея останавливались практически каждый вечер на ночевку: подходили к берегу, бросали якорь и ложились спать. В населенных пунктах нам ничего не нужно было, но мы стали заходить туда где-то через неделю после старта, потому что очень захотелось хлеба. Рыбацкие деревеньки по 50–100 человек там встречаются каждые 100 километров.

На морском этапе мы не заходили в поселки планово, а просчитывали наши переходы: смотрели по прогнозу погоды, куда успеем дойти. Допустим, заходили в Варандей (вахтовый поселок на побережье Печорского моря — прим. «Бумаги») и останавливались. Там есть порт, в котором можно стоять в любую погоду. Следующая точка по маршруту [где можно остановиться] — это поселок Тобседа (находится на берегу Колоколковской губы Печорского моря — прим. «Бумаги»). Расстояние до нее 250 км. Если дуют попутные ветра 6–8 м/с, то этот промежуток проходится за сутки. Если дуют встречные ветра, то это может растянуться на 2,5 суток.

Кроме того, на морском этапе где-то раз в четыре дня нужно было пополнять запасы пресной воды — либо в населенных пунктах, либо в реках.

Мы соблюдали вахтовый режим: два человека спят внутри, а два — на вахте. Один рулит, а второй подносит ему чай, работает с парусами, готовит еду. Потом все меняются. В конце вахты обязательно готовили еду на всех. Полтора месяца стояли белые ночи — разницы между днем и ночью не было вообще, и это позволяло идти очень свободно. Когда они где-то к середине августа кончились и ночью стало темно, идти, конечно, стало сложнее.

Вспомогательный мотор для катамарана у нас был совсем крошечный — всего 5 лошадиных сил. В основном шли на парусах, а мотором пользовались при заходе в мелководные бухты или когда нужно было быстрее пройти участок, чтобы успеть в погодное окно.

Для подзарядки общей электросистемы судна использовался бензогенератор, обычно запускали его часов на восемь раз в три дня. На катамаране стоял обычный автомобильный аккумулятор с подключенным к нему самодельным разветвлителем прикуривателей. Через них мы заряжали телефоны, ноутбуки, фотоаппараты, подавали питание к огню на топе мачты, подсветке компаса.

Соответственно, требовался бензин, и у нас было две точки пополнения: порт Дудинка в конце речного этапа и Амдерма — примерно на середине маршрута. Мы зимой договаривались, чтобы в Амдерму люди из Воркуты на гусеничном транспортере по зимнику (автомобильной дороге, эксплуатировать которую можно только зимой — прим. «Бумаги») завезли бочку с 200 литрами бензина.

В Амдерме мы простояли дольше всего — чуть больше десяти дней. Изначально планировали простоять там дней пять, пока штормит, и лебедкой затащили катамаран на берег. Но когда шторм утих и наступил полный штиль, остаточные явления еще пять дней разгоняли такой прибой, что выйти через него не удалось.

Погода

На самом деле было тепло, мы готовились к гораздо более холодным условиям: взяли с собой газовую печку, но в итоге так ее ни разу и не запустили.

На Енисее стояла лютая жара — 28–30 градусов. Мы шли, переваливаясь [искупаться] за борт и заползая обратно. Даже когда вышли в Заполярье, в начале Енисейского залива, стояла жара. Мы купались и думали: «Наверняка в Петербурге дожди, там никто не купается, а мы купались в Арктике». Холодно стало только к концу августа: ночью температура падала до 4–5 градусов, днем — до 10–15. Но даже когда задувал северный ветер, было совершенно нормально. Спишь в теплом зимнем спальнике, который рассчитан на минус 30, — и очень тепло. А на вахте стоишь — надеваешь несколько слоев термобелья и сверху теплую куртку и штаны.

Интернет, еда и встречи с местными

Самое главное, что нужно в таких походах из снаряжения, это связь. В Арктике она спутниковая: сотовая есть только в населенных пунктах и то не во всех. У нас было два устройства. Первое — это спутниковый трекер, с которого мы каждый вечер отправляли нашим близким на Большую землю координаты, где мы находимся. Кроме того, там есть кнопка SOS, которая при активации посылает в МЧС координаты. Второе устройство — спутниковый терминал, который позволяет выходить в интернет и звонить.

При этом тариф спутниковой связи на месяц составляет 17 тысяч рублей за 25 мегабайт. Мы в эти 25 мегабайт старались укладываться с учетом того, что нужно было каждый день получать прогнозы погоды, чтобы безопасно двигаться, а также вести дневники экспедиции и отсылать их на Большую землю с фотографиями.

Провизию брали с собой сразу на весь маршрут. Общая масса составила около 360 кг, которые мы распределили на шесть сумок. В основном это были макароны или какая-то крупа — гречка, рис, пшенка — плюс тушенка. И всевозможные сладости: козинаки, сгущенка, варенье. На берегу мы ели блины, которые жарили на костре.

На Енисее, когда рассказывали, что идем в Архангельск, люди говорили, что мы сумасшедшие и это очень далеко. Для жителей приенисейских поселков Архангельск — это как другая планета. Но когда мы шли по морям, там уже относились гораздо спокойнее, потому что в основном все местные люди имеют морской опыт и знают этот маршрут. Поэтому они меньше удивлялись, но больше давали ценных советов.

В любом случае, где бы мы ни были, нас очень тепло принимали, угощали всем, чем можно, — и рыбой, и олениной. Старались провести какие-то экскурсии, в баню звали. Полярники нам отдавали еду. На севере вообще очень доброжелательный и гостеприимный народ.

Впечатлила встреча с нефтяниками в Варандее. Это настоящий островок цивилизации среди безлюдной тундры. На берегу Печорского моря стоит комплекс, напоминающий гостиницу, — перевалочная база «Газпром нефти». Сюда сотрудники компании прилетают самолетами с Большой земли и потом отправляются в море на добывающую платформу «Приразломная»

Вахтовый поселок в Варандее продуман до мелочей. Тут и столовая, и спортивные залы, и собственная прачечная. Организован даже раздельный сбор мусора. Это очень выделяет его на фоне многих мест в Арктике. Кстати, только здесь сотовая связь ловила как в большом городе.

Риски

Среди рисков — погодные условия, встречи с крупными хищниками, поломки, проблемы со здоровьем.

Один раз в Карском море мы попали в хороший шторм. Немного не рассчитали скорость и не дошли буквально 40 км до укрытия, когда задул встречный ветер до 16 м/с. Он раскачал такую волну, что пришлось разворачиваться в обратную сторону, ставить штормовые паруса и на них идти по направлению шторма, пока он не утих. Это единственный случай, когда, сдав вахту, мы легли спать в гидрокостюмах, потому что была вероятность перевернуться. Гидрокостюмы позволяют продержаться на воде шесть часов: они держат тепло и внутрь вода не затекает. Мы закрыли палатку, потому что с кормы приходили волны, но взяли с собой ножи, чтобы разрезать ткань и выползти, если судно перевернется.

Конечно, было волнительно, когда крупные морские животные находились рядом с катамараном. Моржи, например. Один раз в Печорском море мы посмотрели и увидели, как из воды высунулись головы и наблюдают за нами. Моржи очень здоровые — весом в тонну. Сперва они любопытствовали и поглядывали издалека, но потом поняли, что бояться нечего и начали выныривать совсем рядом. Мы опасались, что из любопытства они могут попробовать вылезти на палубу и проткнуть баллон. Потом мы наблюдали совершенно удивительную картину, как один морж лежал на спине, шевелил ластами и разглядывал облака. Он проплыл в двух метрах от катамарана настолько вальяжно — я был впечатлен. В Баренцевом море мы видели косаток: хотя они проплывали на глубине метров 10, в прозрачной воде их было отлично видно.

Нам повезло: белых медведей мы не встретили. Хотя в последние годы далеко не все уходят вместе со льдами на север: много медведей, как рассказали местные жители, остается на материке. Хотя их не так много, как бурых, которые водятся на Енисее, там их следами истоптан весь берег.

Огнестрельного оружия на этот случай у нас не было никакого, но мы взяли фальшфейеры (пиротехническое сигнальное устройство — прим. «Бумаги»), сигналы охотника и американские антимедвежьи баллоны — по сути, это очень мощная перцуха.

Ну и главный риск всего этого мероприятия — недостаточная скорость движения. Изначально мы рассчитывали, что экспедиция займет четыре месяца и придется зависнуть там до октября. Не думали, что сможем действительно двигаться круглосуточно, и предполагали, что гораздо чаще будем вставать на ночевку. Естественно, на крайние случаи просчитывали точки выхода с маршрута, например, если произошло какое-то чепэ, мы могли уйти и в Нарьян-Мар, и в Мезень. Но в итоге путешествие заняло только 2,5 месяца.

Опыт

Наш экипаж очень сработавшийся: в студенческие годы мы вместе работали промышленными альпинистами абсолютно такой же бригадой. Потом много путешествовали вместе, даже квартиру снимали, поэтому проблем со взаимоотношениями не было.

Быть готовым ко всему невозможно, и ты просто руководствуешься здравым смыслом. Но тот уровень комфорта, который мы обеспечили за счет подготовки и подбора снаряжения, позволил успешно пройти этот маршрут.

«Газпром нефть» — партнер экспедиции «Полстраны под парусом». Во время путешествия команда посетила перевалочную базу платформы «Приразломная» в поселке Варандей

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.