Участник Science Slam Марина Соломонова — о Гарри Поттере как социальном явлении

Филолог и специалист по иностранной литературе Марина Соломонова расскажет на Science Slam о том, как появился детский бестселлер и кто вместо Гарри Поттера стал самым популярным персонажем у молодых читателей.

Накануне второй битвы ученых «Бумага» поговорила с Мариной о появлении нового образа героя-ребенка, маргинальной филологии и несерьезном отношении критиков к детским книгам.


Фото: Анна Рассадина / «Бумага»

 

О работе в книжных магазинах

Я начала знакомиться с ассортиментом и читать детские книги, чтобы хотя бы знать, что рекомендовать покупателям

Вообще-то, в детстве я хотела стать балериной, занималась в кружке, а когда пришло время идти дальше, бабушка не отпустила. То был 90-й год — в стране все далеко не спокойно, а балетное училище находилось на другом конце города, и, естественно, в интернат меня не отдали. Я сидела дома, много ела, поскольку раньше не могла такого позволить, и думала: раз с балетом не вышло, чем бы я еще могла заниматься в жизни? И захотела стать писателем. Позже это переросло в журналистику: я пошла на журфак в Амурском государственном университете и с первого курса начала работать.

Позже мы с мужем переехали в Питер: поняв, что журналистикой больше не хочу заниматься, я стала искать новую работу. На тот момент самым большим книжным был «Буквоед» на Восстания (Зингер закрывали на ремонт). Туда я и пошла работать: меня поставили в самый ненавистный у продавцов детский отдел — все считали престижным продавать взрослую художественную литературу. Ну, а мне ничего не оставалось, как сделать из лимона лимонад: я начала знакомиться с ассортиментом и читать детские книги, чтобы хотя бы знать, что рекомендовать покупателям.

 

О том, зачем читать детские книги

Людям не хватает ценностей и ориентиров, из взрослых книг они ушли, а в детских будут всегда

Это был знаковый период для детской книготорговли — появилось издательство «Самокат», стали выходить книжки «Розового жирафа». Мне казалось, что я погрузилась в новый мир и классическая литература открылась для меня в новых версиях. То чувство, которое возникает при чтении детской литературы, трудно передать. Читаешь взрослые книги, и для тебя там — ничего нового, а детские книги совершенно непредсказуемые. Многие идеи, которые должны доноситься до детей через книги, более простые и понятные, во взрослых порой этого не хватает.

Ведь почему у нас произошла инфантилизация общества? Людям не хватает ценностей и ориентиров, из взрослых книг они ушли, а в детских книгах будут всегда, они обязаны там быть — да, это дидактика, но там она необходима. Детская книга не сможет, допустим, развить интеллект взрослого, но она меняет чувства.

Читаешь взрослые книги, и для тебя там — ничего нового, а детские книги совершенно непредсказуемые

Со временем я поняла, что хочу глубже разобраться в этой области и поступила на кафедру детской литературы РГПУ имени Герцена. Мы проходили весь курс детской литературы, учились тому, как доносить вечные идеалы, которые есть в книге. И это был потрясающий опыт. Я окончила магистратуру и стала дипломированным специалистом по детской литературе. Но потом поняла, что хочу заниматься не педагогикой, а филологией, то есть работать с текстами, а не с детской аудиторией.

Я пошла в аспирантуру на кафедру зарубежной литературы. Моя работа будет посвящена английским и американским книгам — речь пойдет о переводах и о том, как и чем зарубежная литература представлена на российском рынке. Пока я училась и работала в разных книжных магазинах, нам с мужем Костей пришла идея открыть свое дело. Так появился книжный магазин «Диккенс и дважды два» в ДК имени Крупской, где мы уже несколько лет продаем детские книги для взрослых и взрослые книги для детей — вот такой необычный формат.

 

О появлении детского бестселлера

Мы имеем миллионы тиражей современных книг, причем это действительно хорошая, качественная литература, а не диснеевские раскраски

Дети — совсем другая аудитория: они либо захотят читать, либо нет. И с этим ничего не сделаешь: на них не действует ни профессиональная критика, ни чье-либо мнение вообще. И вот в последние годы возникло такое явление, как детский бестселлер. Такого понятия раньше не было. Том Сойер стал классикой, мы не можем его оценить. А сейчас мы имеем миллионы тиражей современных книг, причем это действительно хорошая, качественная литература, а не диснеевские раскраски или какие-нибудь «Тачки», к примеру.

Детский рынок развивается быстрее взрослого за счет кризиса бумажной книги — родители покупали, покупают и будут покупать книги детям. Все мы помним такой феномен, как «Гарри Поттер», и он был такой один. Конечно, было много подражаний, все равно долгое время история о мальчике-волшебнике оставалась уникальной по своей популярности у детей и взрослых. Ее стали воспринимать не как детскую книжку, а как важное социокультурное явление, о котором просто стыдно не знать.

Но буквально недавно появился новый бестселлер — книга «Дневник слабака», получившая премию от передачи Peter Blue на BBC. Уникальность премии в том, что книгу десятилетия выбирали сами дети. Было очень забавно, когда в эфире показывали удивленных англичан, наблюдавших, как их Гарри Поттер прямо на глазах падал в рейтинге.

 

О новом образе ребенка в литературе

Он такой, какой есть, и, может быть, поэтому столь популярен у детей

Я думаю, что сменилось поколение детей и для нынешних подростков Гарри Поттер стал своего рода классикой. А ведь им нужен нужен новый герой, они выбрали Грега — среднестатистического американского школьника, жизнь которого описывает Джефф Кинни в «Дневнике слабака».

Грег на самом деле не очень хороший персонаж, он зачастую подставляет своего неуклюжего, толстоватого друга Роулли и даже не понимает, что поступает ужасно. Герой показан в процессе внутреннего развития. Это совсем не типичный образ для детской литературы. Раньше принято было рисовать героя или делать из него героя, победителя. Однако в «Дневнике слабака» отсутствует какой-либо пафос и налет героизма. Это история о среднем ребенке в семье, которому достается от старшего и младшего братьев, он совершенно обычный школьник, третируемый девчонками. Он такой, какой есть, и, может быть, поэтому столь популярен у детей.

О профессиональной критике

У нас по-прежнему отношение к детской литературе на уровне «ох, детские книжки — это так мило, какая прелесть»

Обычно анализом детских книг занимаются педагоги, библиотекари и родители. Все сидят на форумах: педагоги списки составляют, родители между собой общаются и пишут о литературе из серии «это хорошая книжка, та плохая, здесь мат есть, там нет». Но это не профессиональная критика, они не работают с категориями, глубинными для профессионального литературоведения. Сейчас, наконец, в Россию приходит культура комикса, дети меняются, начинают сдвигаться огромные культурные пласты, а у нас по-прежнему отношение к детской литературе на уровне «ох, детские книжки — это так мило, какая прелесть».

Главная проблема — отсутствие общего поля, благодаря которому все могли быть в курсе, что происходит в детской литературе. И вообще, считается, что литературы для подростков и детей у нас в стране нет. На филфаках восклицают, что детская книга погибла, а все что переводится — это треш с Запада. В Америке и в Англии все по-другому. Там действительно к детской книге относятся по-взрослому и изучают по-настоящему. С 69 года во Франкфурте существует Международное общество изучения детской литературы, в которое входят совершенно разные люди — педагоги, литераторы, социологи, культурологи, студенты. Там хранятся все работы, связанные с детской литературой. Это и есть единое поле, которого нам не хватает.

У нас вроде бы и о детях много пекутся, а вот элементарных вещей не делают

Именно из-за того, что у нас не было хорошей литературной критики, возникали такие недоразумения, как например, скандал вокруг книжки Берджеса Doing it. Автора в Россию привезла жена Тони Блэра в начале 2000-х годов, а представляла Людмила Путина. Но тут на него набросились наши депутаты. У нас книгу издавала «Ультра.Культура» и название перевели почему-то как «Трах». Вы бы видели, в какой обложке она вышла! Однако в ней нет ничего аморального, даже мата нет. Это история о трех мальчишках-подростках, которые переживают период гормонального всплеска. Один крутит роман с учительницей и очень боится признаться в этом своим друзьям. Другой — ухаживает за самой красивой девочкой в школе, но та ему отказывает.

И вот она у нас вышла вне контекста, никто не рассказал ни про автора, ни про ее суть. А если бы у нас была грамотная критика, то тогда вышла бы профессиональная статья, которую написали бы не с точки зрения «ах и ох, как это плохо», а с точки зрения того, что такие книги выходят с 60-х годов после сексуальной революции, и что это нормально, и что дети хотят об этом знать и им надо об этом знать.

Я хочу, чтобы у нас появилось сообщество экспертов в детской литературе и нормальные филологические журналы. Но это проблемы университетского образования — деньги даются на физику, на ботанику, а не на филологию. Мне кажется, очень важно сейчас продвигать детскую литературу. У нас вроде бы и о детях много пекутся, а вот элементарных вещей не делают.

Организатором выступает петербургская интернет-газета «Бумага» при поддержке генерального партнера компании JetBrains.

 9 июня. Начало в 18:00

Клуб MOD. Набережная канала Грибоедова, 7

Регистрация обязательна. Первые 100 билетов — 200 рублей, остальные по 300.

ТЕГИ: 

ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ

Mobile Analytics